Чтение онлайн

Так, что вместо, того чтобы перешагнуть его ногу, я наступила со всего маху, прямо на его пальцы, отчего Фассах взвыл на всю округу от боли, а я тут же сделала невинные глаза:

— Ой извини, пожалуйста, я такая неуклюжая, не заметила твою ногу больно, да?

— Ты специально это сделала, специально, — кричал противным тоненьким голоском Фассах.

— Ну что ты Фассах, я не специально, просто я не хотела падать, и в результате оступилась точнехонько на твои пальцы, уж будь аккуратнее, а то в следующий раз, и нога может сломаться, — смотрела я ему в глаза, с самой милой своей улыбкой.

— Стерва, — завывал Фассах, потирая ушибленную ногу, — Какая же ты Стерва.

Мартинос не спешил, защищать своего приятеля, явно развлекаясь, наблюдая за его позорным провалом. Вдоволь насмеявшись, он подошёл ко мне вплотную:

— Диана, стоит только тебе принять моё покровительство, и никто не посмеет даже криво посмотреть на тебя. Не забывай, что я будущий альфа. Именно я буду решать твою судьбу, когда отец уйдет в долину вечной охоты, — будущий альфа самоуверенно улыбался, не сомневаясь в безотказности своего предложения. Вот только я прекрасно понимала, что означает покровительство Мартиноса, от его покровительства, уже десятка два лисят по всем владениям лесных стражей бегает и у меня только от одной мысли, что он будет прикасаться ко мне, все внутри переворачивалось.

— Мартинос, но альфой может стать только чистокровный лис, — изобразила я удивление.

— Я и есть чистокровный, в нашем роду издавна рождались только альфы, сама великая лисица дала начало роду Этмурали, — говоря это, Мартинос чуть не лопался от напыщенности у кого-то, похоже, начинает развиваться мания величия.

— Не знаю, не знаю, судя по тому, как часто ты оказываешь, покровительство красивым девушкам тебя, похоже усыновили у кроликов. И кстати, что б ты знал, великая лисица дала начало всем кланам лесных стражей, — невозмутимо ответила я. Дружки Мартиноса засмеялась, отворачиваясь в попытке спрятать от него смешки. Сын альфы побагровел, но старался держать себя в руках:

— Я знаю, почему ты такая злая, отец наложил на тебя заклятие запрета оборота, ты не можешь обернуться, и только я могу помочь тебе в этом. Так, что не ломайся, тебе одна дорога покорится мне и быть хорошей девочкой, — бросил он мне в лицо раздраженно.

На самом деле, я практически сразу преодолела силу этого заклятия, и регулярно оборачивалась на лесных прогулках. Но им не нужно было об этом знать, меньше знают, крепче спят:

— А ты не боишься, что я порву когтями твоё горло, сразу после оборота, как той утке на забеге и я сделала рассекающее движение руками, имитируя когти. Мартинос отшатнулся, побледнев, да так и остался стоять, смотря на меня исподлобья, похоже, настроение покровительствовать мне у него резко пропало. А я поспешила уйти, в прекрасном расположении духа.

Придя домой, я собиралась тем же путем, пробраться к себе в комнату. Но тут моё внимание привлекла карета, стоящая у нашего парадного крыльца. На дверце, отделанной чёрным бархатом, была эмблема академии Илларии, знакомая каждому лисенку с детства. Я не верила своему счастью, неужели родители решили отправить меня учиться. Это будет лучший подарок на все дни рождения вместе взятые. Сердце радостно забилось, предвкушая исполнение моей самой заветной мечты, и я стрелой взлетела по дереву, быстро пройдя по карнизу в свою комнату. Надо было спешно переодеться в платье. Рано или поздно меня позовут вниз, и я должна выглядеть подобающим образом. Только я переоделась, как в коридоре послышалось торопливые шаги. Я схватила первую попавшуюся книгу, делая вид, что читаю. "Правильное воспитание лисят, от пелёнки до первой охоты" О Иллария, что я взяла, если увидят эту книгу, которую я якобы читаю, я просто сгорю со стыда. Дверь распахнулась на пороге, к моему счастью, показался младший брат Давид:

— Ди, спускался скорее вниз, там важный дяденька из самой академии Илларии приехал, просит тебя показать.

Сказав это Давид, тут же убежал обратно а я, закинув эту непонятно, откуда взявшуюся у меня книгу подальше, пошла спускаться вниз.

Войдя в гостиную, я увидела такую картину — на кресле у камина сидел пожилой мужчина, вальяжно закинув ногу на ногу. Правая рука его сжимала ручку элегантной трости, а в левой он держал изящно вырезанную трубку из меркианской сосны. Все в этом господине было идеально: — тщательно отглаженный костюм с иголочки, накрахмаленный галстук, приколотый бриллиантовой брошью, напомаженные волосы уложенные согласно новому, модном веянью. Он обшаривал своим цепким взглядом нашу гостиную, словно сыщик, место преступления.

Моя мама, надев самое лучшее платье, крутилась вокруг этого господина, умудрясь предлагать ему кофе и расхваливать меня одновременно. Папа, тоже приодевшись по случаю в свой единственный костюм, сидел в кресле напротив, от него шёл, едва ощутимый запах кошачьей мяты.

Только я спустилась в гостиную, как взгляд это господина остановился на мне, буквально пригвождая меня к полу. Сразу стало как-то не по себе, он дотошно осматривал меня, словно не ученицу в академию принимает, а лошадь на базаре выбирает, казалось, еще чуть-чуть, он встанет и посмотрит зубы. Я скромно потупила взгляд, мне было неприятно такое пристальное внимание.

— Диана, познакомься это господин Фольк, он из академии Илларии, — доброжелательно улыбалась мне матушка, что было не привычно и поставило меня в тупик.

— Сколько вам лет мисс?

— Сегодня мне исполнилось 16.

Господин Фольк одобрительно улыбнулся:

— То, что нужно.

— Диана, согласна ли ты поехать с господином Фольком в академию, — спросил у меня отец, обдав неприятным запахом мяты.

— Да, папа согласна, я давно мечтала об этом.

При этих словах лица моих родителей вытянулись, как будто я сказала, что-то неприличное.

— Ну, раз все согласны, соединение пары проведёт завтра альфа Асмадьяр и можете забирать счастливую невесту. Приданое мы отправим позднее, — протянул руку мой отец господину Фольку, тот пожал её в ответ, но перчатку снять при этом побрезговал. Я застыла, не в силах поверить в услышанное, так этот граф приехал не в академию меня принять, а взять себе в пару, но он ровесник моего отца, ураган мыслей прервал вопрос господина Фолька:

— Я слышал, ваша дочь оборачивается гарпией, могу я увидеть её вторую ипостась, — сказав это, он убрал трубку в карман и, облокотившись на спинку кресла, подпер подбородок длинными пальцами рук, украшенными массивными кольцами. Устремив на меня взгляд, словно в ожидании представления, как на зверушку в цирке.

— Нет, — крикнула я раздражённо и убежала в вверх по лестнице. Вслед мне понеслись заискивающие слова моих родителей:

— Ей запрещён оборот, на неё запрет наложен, не может она оборачиваться, - тараторили они, перебивая друг друга.

— Почему она так дерзко ответила, - возмутился вдруг мой жених.

— Волнуется, свадьба все-таки, ничего, до завтра успокоится, — успокаивала, как могла господина Фолька матушка.

— Я рассчитываю на это, но пока я не увижу её вторую ипостась, ни о каком соединении пары не может быть и речи.

— Конечно, конечно, она будет как шёлковая на соединении, альфа Асмадьяр не посмеет вам отказать и снимет с неё запрет.

Хлопнула входная дверь, я стремительно пробежала коридор, чтобы меня не застали за подслушиванием, и упала на кровать, совершенно опустошенная.

Свадьба! А я глупая подумала, что они отправят меня в академию учиться. Родители просто нашли способ избавиться от меня выдав замуж, за единственного кто не испугался. Об их попытках найти мне жениха я знала давно, но стоило моим потенциальным женихам узнать, кто невеста и они в ужасе сбегали. Но господин Фольк не сбежал и это очень странно.