Чтение онлайн

Отвернувшись, чтобы его не видели остальные, полковник сорвал часы с руки и незаметным жестом забросил их в воду: теперь ему казалось, что безобидная электронная игрушка жжет ему руку.

В зале стояла полнейшая тишина, лишь едва слышно шумела медленно уходившая куда-то в подземные пропасти вода. Перестав ощущать время: ему казалось, что они стоят тут уже битый час, Козак приблизился к «своей» дыре вплотную и напряг слух, но из туннеля не доносилось ни звука.

– Спят они там, что ли? – пробормотал он. – Или мы все же ошиблись? Пойти что ли вышибить мозги из хренова Дзе?..

Внезапно он ощутил, как пол под ногами покачнулся. Кто-то слабо вскрикнул рядом с ним. Козак инстинктивно уперся рукой в стену и зашипел в темноту:

– Дервиш, что это такое?

– Без понятия, – с тревогой в голосе отозвался проводник.

– Может, арелиат уже сел?

– Вы думаете, он должен приземляться? Мне кажется, тут не все так просто…

Борис снова прислушался. В какой-то момент ему почудилось, что внизу, во все еще залитом водой пространстве под галереей, кто-то скребется. На лбу у полковника выступил пот. Резко повернувшись, Козак врубил свой прожектор на полную мощность и принялся полосовать широким лучом темное зеркало бассейна. Вода стояла еще довольно высоко, уйдя за все это время лишь на полтора метра – теперь стало видно, что галерея с обеих сторон действительно ведет куда-то вниз, как будто вход во внутренние помещения находился почти напротив того туннеля, по которому они пришли сюда. Ничего так и не увидев, Борис выключил свет. И скрежет, уже более отчетливый, повторился вновь, причем звучал он как бы издалека… очередные акустические фокусы?

Козак не успел обсудить эту тему с Дервишем – в туннеле, рядом с которым он стоял, раздался крик: такой же далекий, но совершенно отчетливый. Кто-то вопил там, далеко от них, и в вопле его смешивались ужас и боль. Борис крепче сжал рукоять излучателя и отодвинулся чуть назад.

– Там кто-то… – проговорил Новак.

– Тихо! – яростно зашипел на него Борис. – Готовность один!

Он поднял над головой прожектор – палец лежал на кнопке включения, – и приготовился стрелять. Лишь бы, черт, первым не вынесло Хендрика!.. и тут прямо ему под ноги вылетел какой-то куль.

В ослепительно брызнувшем потоке белого света лежало окровавленное и изломанное до совершенно ватного состояния человеческое тело. Никто даже не подумал выстрелить в него: настолько непонятным и пугающим выглядела открывшаяся, едва загорелся прожектор, картина. Конечности трупа – при жизни это был мужчина с густой черной бородой, – оказались переломаны в нескольких местах сразу, а лицо представляло собой сплошную кровавую маску, выбитый правый глаз повис на нервах…

– Что. Там. Происходит? – очень четко поинтересовался серый от ужаса Дервиш.

– Лучше помолчать, – шепотом ответил ему Козак и выключил фонарь.

Рядом с ним отчетливо щелкнули несколько раз чьи-то зубы. Борис не понял даже а – ощутил: Азаро, и повернувшись, хлопнул парня по плечу. Брайан немного обмяк.

– Если мы тут не свихнемся, – прошипел Козак, – выпивка в лучшем кабаке – за мой счет.

Труба донесла до него непонятный звонкий удар, потом наконец раздалось приближающееся шуршание. Палец на кнопке фонаря напрягся почти до судороги. Шуршание быстро усиливалось, и вот что-то шлепнулось в метре от полковника. Вспыхнул свет. На темном каменном полу лежал, суча ногами в попытке подняться, громадный человек в каком-то незнакомом Козаку светлом шлеме с поднятым забралом. Его одежда – нечто вроде коричневого плаща с короткими рукавами, была разодрана в клочья и окровавлена.

– Не стрелять! – рявкнул Козак и, наклонившись над пришельцем, придавил его грудь носком сапога.

– Что там такое? – зарычал он, держа фонарь так, чтобы свет бил тому прямо в глаза. – Кто там стреляет?

– Не пойму… – просипел мужчина, и на губах его вдруг запузырилась темная кровь. – Какие-то парни… снаружи…

– Где Ледбеттер?! Он с вами?

– Ка… кой бет… тер?

– Хендрик Ледбеттер, ученый – высокий, светловолосый? Отвечай!

– Они… с другой стороны… я с Гу…

Раненый страшно захрипел, несколько раз дернулся и обмяк.

– Дьявол… – Козак выпрямился и посмотрел на своих людей. – Там их кто-то убивает… всерьез.

Ингмар Хеннен медленно сполз по стене и уселся на корточки, не выпуская, впрочем, из рук излучатель. Козак увидел, как побелели костяшки на пальцах Жакова, сжимавшего рукоять своей пушки. Азаро смотрел куда-то в сторону, и один лишь Новак оставался по-прежнему невозмутимым.

– Это был человек Гусака, – уверенно произнес Дервиш. – Я видел такие шлемы. Кто их делает, не знаю, но – не у нас.

– Чихать на Гусака! Где, интересно, остальные?

Борис всунул голову в черный провал наклонного туннеля и прислушался, но не услышал ничего, кроме легкого подвывания ветерка.

– Пауль, – очень тихо позвал он, – залезьте-ка в свою дырку, может, там чего происходит?

Дервиш послушно приблизился к жерлу туннеля и заглянул туда. Через пару секунд он резво выпрямился:

– Гасите свет, сюда едут. Сразу двое, кажется…

Козак развернулся, немного отодвинув в сторону трясущегося от ужаса Азаро.

– Не бойся ты так, – сдавленно попросил он его. – Все там будем…

Шуршание, слышимое на этот раз даже снаружи, потом короткий вскрик, свет – и из трубы вылетел, тотчас же вскочив на ноги, рослый молодой парень в камуфляже без знаков различия. Борис замешкался, не желая пока стрелять, и тут следом за первым появился второй, чуть постарше, точно так же одетый и экипированный, с армейским излучателем в руках.

– Бублик! – рявкнул Борис и выстрелил одновременно со снайпером.

Тела вновь прибывших – те, ослепленные невыносимо ярким после путешествия по темной трубе светом прожектора, среагировать попросту не успели – брызнули фонтанами крови. Одному снесло верхнюю часть черепа, и он рухнул в воду, а второй получил очередь поперек груди (это была работа Бориса) и, упав на колени, медленно завалился вбок.

– Слушать! – приказал Борис.

Но в трубах была тишина. Опять…

Козак молча указал Хеннену на темный провал – тот послушно влез туда аж по плечи, – а сам шагнул к мертвецу, под которым быстро расплывалась огромная лужа крови. За его спиной Новак что-то вполголоса объяснял высунувшейся на галерею Жаклин.

– А снаряженьице у нас родом с Аллераны, – определил полковник. – Пауль, проверьте, что там у него в карманах. И пояс снимите.

Дервиш без возражений опустился на колени и принялся расстегивать карманы пятнистого колониального комбинезона. В карманах не обнаружилось ничего интересного, кроме обычного набора мелочей – сигареты, зажигалка, перочинный ножик, зачем-то – складной бутылочный штопор. В прикрепленной к поясу набедренной сумке оказалась потертая армейская рация взводного командира. Дисплей ее был мертв. Повертев рацию в руках, Дервиш опасливо бросил электронную игрушку в воду.

– Ни хрена, – сообщил он, поднимаясь. – Какая-то странная ситуация, мистер Козак. Эти двое не очень похожи на искателей приключений. Вот этот – точно офицер, вам не кажется?

– Кажется, – процедил Борис. – Но ни армейские, ни «спецы» никогда не стали бы действовать на своей территории в маскировке. Не бывает такого. Того, кто осмелился бы отправить оперативную группу в «камуфле» колониальных сепаратистов, я сам заставил бы эту камуфлю и сожрать.

– То есть вы хотите сказать, что мы имеем дело с регулярным подразделением, выполняющим «левое» задание? – уточнил проводник.