К-394
Шрифт:
– Разве обязательно говорить об этом прямо сейчас?
– Я сглотнул комок, вставший у меня в горле из-за чрезмерных эмоций.
– Знаю, чем все закончится, просто хочу наслаждаться временем, которое нам осталось, не омрачая его тенью смерти. Ты же знаешь, живи моментов и все такое.
– Справедливое замечание, - усмехнулась мама.
– Я хочу кое-что узнать…
Мама хмыкнула и, потянувшись к стандартному розовому пластиковому больничному кувшину на прикроватном столике, сделала глоток, взглядом пригвоздив меня к месту.
– Что произошло сегодня?
– Ну, Нэнси приехала на обед, как мы и планировали на выходных. Мне жутко захотелось китайской кухни, поэтому мы оформили заказ в той небольшой лавочке в паре кварталов от нас.
– Мама вернула кувшин на его законное место.
– Когда мы, наконец, сели за стол, я уже запыхалась, но списала все на то, что спешила накрыть на стол и дать чаевые курьеру. Но чем больше мы ели, тем тяжелее мне становилось, чего не упустила Нэнси. Думаю, об остальном она уже тебе рассказала.
Я кивнул и, обдумывая мамин рассказ, посмотрел в окно за ее спиной, за которым начало садиться солнце. Меня сбивало с толку и тревожило, что сервировка стола для двух человек и поход до парадной двери дома так повлиял на маму. Я не понимал, как она умудрилась сделать перестановку в кухне и переставить в гостиной коллекции без инцидентов, в то время как простые бытовые дела привели ее прямиком в больницу.
– Рассказала, - ответил я, наконец.
– Напомни мне сердечно отблагодарить ее, когда она придет сюда.
– Нет, - понимающе улыбнулась мама.
– Напомни мне отблагодарить ее, когда она придет.
– Договорились, - фыркнул я себе под нос.
Тук-тук.
Мы с мамой повернулись к двери, ожидая увидеть упомянутую женщину, но вместо нее в палату вошла крошечная брюнетка с широкой улыбкой.
– Миссис Ройс, меня зовут Джейд, и до конца дня я буду вашей медсестрой, - прощебетала она, в то же время написав свое имя на маркерной доске вместе с датой, номером палаты, фамилией врача и несколькими прочими деталями.
Повернувшись к нам, она закрыла маркер колпачком и, положив его на место, сразу же посмотрела на меня глазами цвета виски. Джейд еще мгновение удерживала мой взгляд, после чего невозмутимо и заинтересованно оценила меня ниже. Вероятно, медсестра действовала преднамеренно, но все же едва заметно покраснела, пока пробиралась к монитору прямо возле маминой кровати и садилась на табурет. Я не оставил без внимания, как с каждым шагом она покачивала бедрами. Язык тела говорил громче всяких слов и передал ее сообщение четко и ясно.
Я с радостью и сам оценил Джейд, отслеживая изгибы и округлости ее тела. Даже светло-синяя медицинская форма не скрывала, что она была хороша. Очень хороша. Непринужденная естественность, и ее красоту не скрывала ни косметика, ни что-либо еще. Также Джейд относилась к моему типу женщин - светлокожая голубоглазая брюнетка, притом соблазнительная. Должно быть, я разглядывал ее слишком откровенно, потому что мамин прославленный стальной щипок застала меня врасплох, вынудив посмотреть на нее.
Я отдернул руку, избегая еще одного возможного щипка, и преувеличенно ойкнул.
– Манеры, Ксандер, - прошептала мама, скрестив руки на груди.
– В чем дело, миссис Ройс?
– спросила Джейд, замерев возле клавиатуры для ввода данных.
– О, ни в чем, просто напомнила своему сыну о ценном уроке.
Улыбнувшись, Джейд покачала головой и, мельком глянув на меня, пододвинулась ближе на своем табурете.
– Прошу прощения, я повела себя некрасиво. Меня зовут Джейд, - снова представилась она и протянула мне руку, которую я пожал.
– Ксандер.
– Приятно познакомиться, Ксандер. Ладно, - она откатилась обратно к мониторам, - вот что мне известно на данный момент. Доктор Гарднер уже едет. Он хочет просмотреть результаты сканирований и узнать, какие отклонения выявлены, если выявлены вообще. Также он хочет оставить вас на ночь в больнице и убедиться, что инцидент не повторится.
– На ночь?
– недоверчиво спросила мама.
– Это смешно, я отлично себя чувствую.
– Знаю, миссис Ройс, - от сочувствия выражение лица Джейд смягчилось, и она поджала губы, - но лучше перестраховаться, чем потом жалеть. Теперь, когда вы немного отдохнули, давайте измерим ваше давление, чтобы я могла обновить данные. Чем чаще мы будем проводить контроль, тем выше вероятность, что утром вас сразу же выпишут. Что скажете?
Хоть мама и кивнула, было более чем очевидно, что ее не устраивала ночевка в больнице. Не сказать, что я мог ее винить. Больничные койки были неудобными, а еда настолько мягкой, что такую впору давать ребенку.
– Ксандер, милый. Можешь сделать мне одолжение?
– спросила мама, пока Джейд закрепляла на ее руке манжету для измерения давления.
– Зависит от того, о чем ты попросишь, мама, - наклонившись вперед, я прикрыл ладонью рот.
– Не думаю, что при всем желании смогу вытащить тебя отсюда.
– Я учту, - рассмеялась она, закатив глаза.
– А пока что не мог бы ты принести мне воды, но положить в кувшин побольше льда?
– Будет сделано. Скоро вернусь.
Схватив со стола розовый кувшин, я поцеловал ее в щеку и протиснулся мимо Джейд по пути к двери - ее вина, не моя - после чего осмотрел коридор в поисках ледогенератора. Коридоры напоминали улицы города-призрака, где был и небольшой зал, заполненный всевозможными вкусностями, не включенными в меню пациентов, что превратило мой поиск в трехминутное испытание. Я уже взялся за ручку двери, когда она распахнулась, и до меня донеслось хихиканье Джейд, сопровождаемое хрипловатым маминым смехом. Не поймай я Джейд за талию, она бы налетела на меня, залив нас обоих ледяной водой.
– Аккуратнее, - упрекнул я.
Опустив руку на мое предплечье, она посмотрела мне в глаза, и уголок ее рта приподнялся будто бы в довольной улыбке.
– Я тебя не сразу увидела, извини, - изобразила Джейд раскаяние, потому что мы оба прекрасно знали, что она меня видела.
– Все в порядке, никто не пострадал. Я ведь цел и невредим, да?
– Это точно, - согласилась Джейд.
– Хочешь знать, что не цело и невредимо?
– Я наморщил лоб, заинтересовавшись.
– Мой номер. Позвони мне, если есть желание попробовать кусочек, - промурлыкала она и, вытащив из кармана листок, вложила его в мою руку, легко чмокнув меня в щеку.