Чтение онлайн

Но ещё страшнее — это проявлять инициативу. Или лезть поперёк батьки… Поэтому очень важно, вовремя решение подсказать командиру своему, начальнику, так сказать. Он, начальник всё равно за порученное дело отвечает, так ему один хрен, больше или меньше. А правильно подскажешь… Всё равно виноват окажешься, но не сразу. Да и делать это будет другой. А сам полезешь, с какой инициативой, то тебя же заставят делать, а потом сразу же и накажут за то, что плохо сделал. А так, глядишь, и запутаются, разбираясь чья инициатива была.

Дуракам конечно в армии просто. С дурака какой спрос. Вот, когда все убедятся, что это дурак, перестают его трогать. Используют, например, по принципу "Старший — куда пошлют" или "Круглое таскать, квадратное катать", и ладушки.

Оно конечно, можно и шлангом прикинуться. Шланг он лежит, никого не трогает, пока об него кто-нибудь, да и не споткнётся. А споткнутся, пнут, да и дальше пойдут. Но, на мой взгляд, скучно это. Ибо шланг он пустой и часто гофрированный, да ещё и с двумя дырками.

Было это на первом полевом выходе, занятия такие у нас были — ТСП называлось. Тактико-специальная подготовка. Мы это называли между собой — попехотиться. Пошёл я до ветру. Как водится, не один в этом месте оказался. Кустики, они и есть кустики. Взял сапёрку, снял дёрн (уже ноябрь был, так что пришлось поковырять — морозец прихватил, понимаете), а после завершения процесса, этим дёрном сверху прикрыл и притоптал. Угадайте с трёх раз, какова была реакция окружающих? Во-во. Куда там Шифрину с Петросяном. Я так пацанов развеселил, что месяц на эту тему прикалывались. Надо мной, естественно.

Дальше — больше. Вечерком согрел кружку воды на костерке, да и отошел в сторонку, извините, личную гигиену соблюсти, ну не могу я с потными и грязными частями организма совместно жить. Не привык. Наверное, потому что москвич, а не, скажем… или… еще там кто. Это было вааще. Я думал, что своим поступком подорву боеготовность роты на всю оставшуюся службу.

Не скрою — реакция меня напрягла. Спасибо Серёге Прищепову. Старшему сержанту, нашему замку. Отвёл он меня в сторону, типа пошли мы с ним охранение проверять. И простенько, но серьезно так объяснил, что, мол, с волками жить — по-волчьи выть. Не умничай, а делай как все. И обижаться не вздумай. А то затопчут, потому как подколки и т. п. — развлечение в армии наипервейшее.

Цель проста. Того, кто от остальных отличается заставить быть как все. Ну, а тех, кто сопротивляется, участь ждёт незавидная. Ибо не умеешь — научим, не хочешь — заставим, а окажешь противодействие здоровой силе коллектива, и будешь продолжать высовываться — зачморят. Другого выхода нет. Будь как все.

Вот в этой-то науке и вся суть. Другого подхода к воспитанию, вернее бытию в Армии я потом не встречал. Да и нет его, другого, мне кажется, по сей день.

Я уже упоминал однажды о своей армейской "любви". Об аппаратуре управления… но не суть. Ему, комплексу, даже ещё кодовое название ещё не придумали тогда. Заводские, которые его у нас в классе монтировали, говорили просто "ящик" о головном аппарате или "комплекс" обо всей аппаратуре в этом, извините за повтор, комплексе. Я так и буду это называть.

В передвижном виде этот комплекс монтировался чаще всего на УАЗ 469, реже на "таблетке" УАЗ 452.

Также эти комплексы монтировались стационарно, на кораблях, и даже на еропланах с вертолётами.

Теоретически, всё это в комплексе должно было работать так.

Оператор прослушки обнаружив станцию супостата, отдавал частоту на КП. Там определив необходимость, давали частоту на комплекс. Оператор уже комплекса, настроив ящик на эту частоту, на правом экране видел спектр сигнала, на левом экране отстраивал спектр сигнала помехи по нескольким параметрам, амплитуде, частоте и т. п. Затем чистая перфокарта вставлялась в перфоратор и нажималась пимпочка. Перфоратор, утробно рыча и треща, плюваясь кусочками картона, выдавал уже прокусанную карту. На ней писались номер и частота станции, эти данные докладывались на КП. Там это фиксировалось чаще всего прямо на карте. Потом эта карта откладывалась в ящичек. И процесс продолжался по приказам с КП.

Кстати, перфоратор карточки то зажёвывал, то рвал. Это была самая капризная и стервозная часть комплекса.

Когда на КП принималось решение, что эту станцию надо давить, по команде бралась соответствующая карта, вставлялась в дырдочку на блоке управления и… как по мановению волшебной палочки на экранах БУ возникали картинки "сигнал-помеха". Оператор опять жмакал другую пимпочку, и на позиции начинала гудеть станция постановки помех, которая управлялась автоматически с описываемого комплекса.

Ребята, это была середина 70-х. Что такое компьютер зачастую знали только из научно-фантастических книг. И эта машина была чудом. Ну и пусть она управляла только одной станцией. И пусть она могла одновременно держать тоже одну станцию на подавлении, зато можно было переключать управление на все станции роты, а их было, кажется шесть. Но настраивалась аппаратура постановки помех быстрее и точнее, чем это мог бы сделать оператор. Но это был первый шаг на пути компьютеризации и автоматизации. Это надо было сделать. И работал этот комплекс прекрасно. Любая дорога начинается с первого шага.

Вот только нигде я его больше не встречал. Т. е. сам головной, так сказать, аппарат видел. А вот всего остального нет. Скорее всего, была эта игрушка весьма сложна, да и не нужна, по большому счёту.

Итак, полюбил я это железо. И с попустительства взводного и замкомвзвода стал пропадать в классе. Сначала с работягами с завода, пока они её монтировали, а потом и просто сидя около ящика или обложившись схемами и инструкциями, рылся, насколько это было возможно, в железе комплекса. Очень было интересно.

И вот однажды. Шли обычные занятия. Сидели мы в наушниках и писали… писали… писали, все эти буковки и циферки. Я, кстати, так и затормозился на двенадцати группах. Это вообще была не скорость. Даже норматив 3-го класса был шестнадцать. Ну не получился из меня слухач. Что потом боком выходило не раз. А что делать, если я напрочь лишен музыкального слуха.

И вдруг стук в дверь. Посыльный. Меня к начальнику штаба. Это был взрыв. Какого-то курсанта вызывает не ротный, который нам казался вообще главным начальником во всех ВС СССР, а к начальнику штаба центра, к целому полковнику. Это дома друзья-товарищи отца или соседи были просто людьми, даже генералы и не с одной звездой на погонах. А тут… Да просто представить не может, тот, кто не служил, что означает для рядового курсанта учебного подразделения такой вызов.