Чтение онлайн

Поездка продолжалась две недели. По пути Крашенинников побывал на теплых ключах около реки Большой Баашо. А доехав до Авачинской горы, он увидел, что придется взглянуть на нее только издалека.

— Ради весьма глубоких снегов' и частого кедровника на санках никакими мерами на подножье горы взъехать было невозможно, — сказал Крашенинников, вернувшись в Волынерецк.

Над белой вершиной Авачинской горы только курился дымок. Огня не было видно. А во время летнего извержения над ней поднималось огненное зарево, видное издалека.

«Подземные боги китов жарят», говорили камчадалы.

Крашенинников собрал сведения об осеннем землетрясении. Ему рассказали, что от-подземных толчков обвалились многие жилища камчадалов. Море точно всколыхнулось. На берег набежала волна во много сажен вышиною. Потом вода хлынула назад, и дно моря обнажилось на сотни сажен. Море колебалось таким образом несколько раз.

«От сего наводнения тамошние жители вовсе разорились, а многие бедственно скончали живот свой. В некоторых местах бегов рега изменились: луга сделались холмами, а поля — морскими заливами», писал впоследствии Крашенинников.

Вернувшись в Большередкий острог, он записал все, что узнал и увидел.

Когда подошла весна, Крашенинников начал еще одну работу : стал устраивать огород. Нужно было сделать опыт выращивания разных овощей, которых не сажали на Камчатке. Крашенинников посеял много ячменя и посадил репу, горох, редьку и другие овощи.

Лето пришло поздно, а в августе уже начались заморозки. Почти все лето шли дожди, и ясные дни проглядывали очень редко. Огород радовал глаз вышиной зелени, но хорошо уродилась только репа.

Старожилы рассказывали, что такое лето бывает обычно.

«Все сочные овощи, например капуста, идут только в лист и ствол. За краткостью лета и недостатком теплоты не созревают»,, записал Крашенинников.

Огород не помешал Крашенинникову поехать к устью Большой, чтобы делать измерения приливов и отливов моря. Он прожил там больше месяца, собирая в то лее время растения и наблюдая, как рыба идет из моря в реки метать икру. Большие, нежные и жирные лососи, которые не встречаются в российских реках — чавыча, нярка, кета,—-шли вверх по рекам, начиная е мая, все лето в невероятном изобилии.

Крашенинников порой с трудом верил своим глазам. Рыбы было так много, что реки выступали из русла. Вода текла иногда целый день по берегам, пока рыба не переставала итти из моря в реку. Можно было ударить острогой наудачу и почти наверняка вытащить рыбу.

Жители Камчатки спешили сделать запасы на всю зиму. Камчадалы забрасывали сети, сплетенные из волокон крапивы, и торопились вытащить, чтобы рыбы не набилось больше, чем может выдержать сеть. Женщины распластывали рыбу и вешали вялиться. Балаганы, как назывались летние юрты камчадалов, возвышавшиеся на вкопанных в землю столбах, обвешивались распластанной рыбой. Издалека казалось, что между столбами висят громадные красные листья, нанизанные на нитку.

Звери также спешили к рекам. Бурые медведи, которых было очень много па Камчатке, приходили сразу по нескольку штук. Усевшись в воде, они протягивали передние лапы, хватали ими рыбу, как щипцами, и выбрасывали ее на берег, накидывая целые кучи. (Лисицы ловили рыбу и лапами и зубами. От них не отставали и собаки.

«Медведи и собаки в том случае больше промышляют рыбы лапами, нежели люди в других местах бреднями и неводами», писал потом Крашенинников.

Лето 1738 года подошло к концу. Прошло уже десять месяцев с тех пор, как Крашенинников приехал на Камчатку. Он привел в порядок свои заметки, отчеты о поездках и собранные коллекции.

В начале сентября должен был отплыть в Охотск «Святой Гавриил». Крашенинников решил отправить с ним все материалы и подробные рапорты о своих работах Гмелину и Миллеру. Из Охотска эту посылку должны были переслать через Якутск академикам.

Крашенинников не знал точно, где находятся Гмелин и Миллер, но надеялся, что они готовятся к поездке на Камчатку.

А Гмелин и Миллер постепенно все больше и больше удалялись от Камчатки. Они просили послать других ученых им на смену. А сами, выехав из Иркутска на запад, подолгу жили в разных местах Сибири, дополняя материалы, собранные в пути.

Старый бот не дошел до Охотского острога. Буря выбросила судно на берег Камчатской земли. Однако письма и материалы Крашенинникова уцелели. Он опять послал их при первой возможности „академикам. Только через год Гмелин и Миллер получили наконец в Красноярске отчеты и описания, составленные Крашенинниковым.

«Каждый из нас, профессоров, что до его науки принадлежит, с прилежанием читал и сей пзрядной работе сердечно порадовался. Крашенинникову лучше присланной к нам работы едва ли и сделать можно», сообщил Гмелин в Академию наук.

Гмелин и Миллер послали Крашенинникову письма и новые инструкции, а он тем временем продолжал один настойчиво изу-

чать Камчатскую землю и ее обитателей. Жизнь на Камчатке давалась ему нелегко. Хлеб стоил очень дорого, а запас муки, который вез с собой Крашенинников, погиб в пути. .Жалованье, взятое вперед, быстро подходило к концу.

«Терплю немалую нужду и впал в долги», писал Крашенинников.

Летдие жилища камчадалов.

С гравюры из книги С. П. Крашенинникова «Описание земли Камчатки», СП Б. 1753.

Он работал, однако, все с тем же увлечением и упорством. Зимой Крашенинников наискось пересек Камчатскую землю, совершив длительную поездку в Нижне-Камчатский острог. По пути он надолго остановился в Верхне-Камчатском остроге.

Так же как в Болыперецке, Крашенинников нашел здесь старого казака, которого можно было расспросить о том, как завоевывалась Камчатская земля. Старик многое рассказал совсем иначе, чем болыиерецкий казак Кобычев.

«Великое оказалось несходство», отметил Крашенинников.

Старые документы могли точнее рассказать о прошлом, чем старые люди, и Крашенинников стал изучать архивные бумаги, уцелевшие в Верхне-Камчатском остроге. Потом, приехав в Нижне-Камчатск, он подробно разузнал о восстании, происшедшем в 1731 году, когда камчадалам удалось захватить и разорить Нижне-Камчатский острог.

Вблизи реки Камчатки, около устья которой стоял острог, было много мест, где жили камчадалы. Крашенинников старался поближе присмотреться к их жизни. Он побывал на их ежегодном большом празднике, видел, как справляется камчадальская свадьба и шаманы отгоняют злых духов.