Чтение онлайн

Вхожу во дворик трёхэтажного дома и стону от отчаяния — внизу кодовый замок, а кода я естественно не знаю. Придётся снова звонить этому глупому агенту, который не может толком изъяснить куда идти и выслать полный адрес. На этот раз он отвечает грубо, и я с удовольствием первой кидаю трубку, даже не попрощавшись. Сам накосячил, а злится на меня. Нас вообще обещали встретить на остановке! Ввожу код и тащу тяжёлый чемодан по крутым ступенькам. На третьем этаже уже начинаю обливаться потом. Я уже ненавижу эту страну! Хотя успеваю заметить, что дом деревянный и очень старый, внутри вовсе не похож на современные дома с типичными подъездами. Между номерами висят картины, лежат ковры на ступеньках, и даже есть люстра. Это здание больше похоже на особняк богатого человека, жившего здесь веке эдак в девятнадцатом. А теперь всё поделено на отдельные квартиры.

Но мне не хочется больше ничего рассматривать. Я хочу избавиться от удушающего присутствия Давида. Вхожу в нужный номер, дверь которого нам открывает соседка по комнате. Это пожилая женщина — тоже из нашей страны. Хозяин ресторана, в котором мы собрались работать, всех нанятых людей поселил здесь. Мы знакомимся, и женщина показывает комнату, которая конечно же, предназначена для нас. Я мысленно отчаиваюсь ещё сильнее, но тут же беру себя в руки. Я приехала работать, и мне не обязательно часто сталкиваться с Давидом или общаться с ним. Я могу выходить гулять, если мне и вовсе станет несносно находиться рядом, или ложиться спать пораньше.

Уместив все вещи в миниатюрной комнатке, я купаюсь в душе, и ложусь отдыхать. Слава богу, у нас кровати отдельные, потому что двухэтажные. В этой каморке другая кровать бы не влезла. Спустя два часа нас забирает работница ресторана, провожает туда, объясняя что нужно будет делать. Хорошо, что она говорит на нашем языке, иначе мне пришлось бы туго. Меня заверяют, что бояться не стоит — здесь привыкли к приезжим и всё будут растолковывать. Но мне страшно. Я хоть и приехала с Давидом, но чувствую, что на самом деле я одна.

Мучительный месяц притираний к новому месту позади. Мне удавалось избегать Давида максимально, если такое вообще возможно, живя в одной комнате. Я каждый день после работы ходила на пляж любоваться морем, глазеть на отдыхающих и просто наслаждаться свежим воздухом. Иногда позволяла себе выпить вкусный безалкогольный коктейль или полакомиться мороженым. Эти минуты были беззаботными и радостными на самом деле, хоть и проводила я их в одиночестве.

С родителями связывалась по два раза в день через телефон, но так сильно скучала, что не передать словами. Я никогда никуда не уезжала так надолго! А к маме я вообще привязана неразрывно — у нас близкие хорошие отношения. И она тоже безумно по мне скучает.

Один день сменялся другим. Давид снова загулял, но мне теперь было всё равно. Он расхаживал по квартире, как павлин, распустив хвост и хвастаясь живущим с нами ребятам о том, как подцепил новую подругу-иностранку. А на следующий день — другую. И так до бесконечности. Я перестала на него реагировать, чем задела эго Давида, и он выхватил мой телефон, где была открыта моя переписка с другом.

— Отдай мне телефон! — рассержено говорю Давиду, но он строит из себя моего повелителя и отходит со смартфоном в руке, в сторону. Я вскакиваю с места.

— Живо отдай телефон!

— Вот так ты меня любишь, да? Мужиков в списке контактов — пруд пруди! Ты, оказывается, та ещё дрянь! А я купился на твою скромность. Думал — ты не гулящая. Да ты ещё похлеще обычной потаскухи!

Поток этой грязи льётся из него вёдрами, а я так и хочу заткнуть уши. Я-кто? У него крыша съехала! Давид же знает, что у меня ни с кем никогда не было всё так серьёзно, как с ним. Те парни, с которыми я гуляла ранее — мы просто проводили время вместе. Я даже не целовалась ни с кем!

Но остановить его невозможно! Он всё оскорбляет меня, параллельно удаляя все мои контакты! Он просто тупо чистит мой телефон!

— Отдай! Ты не имеешь права! — я не могу выдрать свою вещь из его рук, и он сейчас кажется мне безумным. Я даже боюсь подходить к нему. Он некогда говорил мне, что презирает мужчин, способных ударить женщину, но почему-то я ему не верю. Мне кажется Давид может меня ударить вполне серьёзно.

Мой телефон полностью пуст. Нет ни имён, ни номеров телефонов, ни переписок. Нескольким моим друзьям по институту — бывшим сокурсникам, он вообще написал гадости о том, что я шляюсь налево и направо, поэтому не стоит мне отвечать. Довольный собой он вышел за дверь, а затем на улицу.

Как мне вылезти из этого болота? Я должна доработать ещё полтора месяца, прежде чем вернусь домой. Уже и хозяину ресторана сказала об этом. Я всхлипываю. Слёзы текут ручьями по щекам от такой несправедливости. Кого я вообще любила? Это не человек — это монстр! Обнимаю себя руками за плечи, скручиваясь на кровати и плача. Мне бы пережить эти полтора месяца, чтобы подзаработать. Просто пережить.

— Ну и как? Здорово было? — смеясь спрашивает одна сотрудница у другой.

— Нормально. Мы так напились с Давидом, что едва выползли из клуба, а потом пошли ко мне. Ну а дальше ты знаешь, чем всё закончилось.

Прохожу мимо двух работниц к раздевалке, чтобы переодеться. Я уже привыкла, что все здесь болтают о том, что мы якобы приехали вместе, а Давид пустился во все тяжкие. Но я никого не пускаю к себе в душу и не говорю, что это случилось давно, а мы вовсе не вместе. Он уже всех сотрудниц ресторана перелапал прямо у меня на глазах. Но мне уже не больно. И даже не страшно. Я просто доработаю месяц, и вернусь домой одна — вот и всё.

Настроение у меня подавленное, но стараюсь не сбиваться с рабочего ритма.

— Мне так жалко эту девочку. — слышу голос из кухни.

— Нечего её жалеть. Упустила такого парня — значит делала что-то не так.

— Наверное ты права. Мия недостойна такого, как Давид.

Глотаю ком в горле и на автомате отрабатываю смену. С работы бегу, опять-таки не зная куда. Этот человек поглотил всё, осквернил, очернил всё кругом своим присутствием, убивая хорошие моменты. Я бы могла полноценно насладиться морем, работой, новой временной жизнью, но он намеренно влезает в неё и портит. Губит мою репутацию, плетёт интриги за моей спиной, делает так, чтобы мне было плохо.

Сижу на пляже до вечера, слушая шум волн. Не плачу, не рву на себе волосы. И в какой-то момент срываюсь. Плачу и кричу. Людей вокруг уже нет, а я воплю во всё горло только одно: «За что он так со мной? Я же любила его! Почему я? Почему он выбрал жертвой своих издевательств меня?». Падаю на колени, рыдая. Ответ знаю — я безвольная. Сама довела до такого. Надо было смотреть на вещи здраво, а не сквозь голубые мечты.

К чёрту работу — я не выдерживаю. Звоню своему агенту и отказываюсь от места, говоря, что вернусь домой раньше по семейным обстоятельствам, при этом продолжая рыдать в трубку. Но даже агент уже в курсе, что Давид топчется по мне, как по тряпке и предлагает перевести меня в другую квартиру. Я соглашаюсь.