Чтение онлайн

— Наверно.

Черный ил образовал некое подобие дорожки по дну тоннеля. Стены были покрыты слизью, это говорило о том, что в недавнем прошлом тоннель был заполнен водой. Кое-где со стен свисала гниющая плесень, тускло освещающая древнюю кладку [22] .

Настроение Дуббинса постепенно улучшалось. Под землей гномы всегда чувствуют себя лучше.

— Мы должны найти выход, — заявил он.

— Верно.

— Слушай… а почему ты записался в Стражу?

— Ха! Моя подруга Рубина сказала, что я должен найти настоящую работу, если хочу жениться. Сказала, что не желает выходить за тролля, которого все считают никчемным и тупым, как короткий обрубок деревяшки. — Голос Детрита эхом разносился в темноте. — А ты?

— Мне стало скучно. Я работал на своего шурина Занудингссона. У него было свое, очень выгодное дело. Он поставлял в гномьи рестораны особое блюдо — жаренных крыс, внутри которых были разного рода предсказания. Но мне показалось, что не гномье это дело…

— А по-моему, непыльная работенка…

— Да, но многие клиенты были очень недовольны предсказаниями.

Дуббинс остановился. Изменение в потоке воздуха сообщило ему о том, что впереди находится другой, более широкий тоннель.

И действительно, тоннель вышел в другой, гораздо более широкий. На полу лежал толстый слой ила, по которому бежал тонкий ручеек. Дуббинсу показалось, что он услышал, как в темноте разбегаются крысы, — во всяком случае, он искренне надеялся, что это были крысы. Ему даже показалось, что он слышит шум города, едва различимый, перепутанный и приглушенный толщей земли.

— Похоже на храм какой-то, — сказал он, и его голос разнесся далеко по тоннелю.

— На стене что-то написано, — заметил Детрит.

Дуббинс разглядел глубоко вырубленные в камне буквы.

— ВИА КЛОАКА, — сказал он. — Гм-м. «Виа» — так в старину называли улицу или дорогу. «Клоака» означает…

Он всмотрелся в темноту.

— Это канализационная труба.

— А что такое канальязационная труба?

— Ну, это то же самое… Куда тролли ходят избавляться от… э-э, всякого внутреннего мусора? — спросил он.

— На улицу, — ответил Детрит. — Так велит богиня Гиена-Ги.

— В общем, это… подземная улица для… всякого рода отходов, — пояснил Дуббинс. — Не подозревал, что в Анк-Морпорке есть канализация.

— Может, Анк-Морпорк тоже не знает, что в Анк-Морпорке она есть? — предположил Детрит.

— Верно. Ты прав. Это место очень древнее. Мы находимся в кишечнике земли.

— В Анк-Морпорке даже у дерьма есть своя улица! — восхитился Детрит. — Вот уж действительно, город неограниченных возможностей.

— Здесь тоже что-то написано. — Дуббинс счистил слизь. — «Цирон IV уделал меня», — прочел он вслух. — Цирон — это ведь один из древних королей, верно? Эй… а знаешь, что это значит?

— Это значит, что со вчерашнего дня здесь никого не было, — сказал Детрит.

— Нет! Этому месту… этому месту более двух тысяч лет. Возможно, мы первые люди, оказавшиеся здесь с…

— Со вчерашнего дня, — закончил за него Детрит.

— Со вчерашнего дня? Да что ты заладил?! При чем здесь вчерашний день?

— Следы еще свежие, — сказал Детрит.

И ткнул пальцем вниз.

По грязи шли чьи-то следы.

— Ты уже сколько времени в Анк-Морпорке? — спросил Дуббинс, которому вдруг стало как-то очень неуютно в тоннеле.

— Девять лет. Это количество лет, которые я здесь прожил. Девять, — с гордостью повторил Детрит. — И это только одно из многих чисел, до которых я теперь могу досчитать.

— А ты когда-нибудь слышал о тоннелях под городом?

— Нет.

— Но кто-то о них все-таки знает.

— Да.

— Что будем делать?

Ответ был очевидным. Они последовали за таинственным человеком в склад фьючерсной свинины и едва не погибли. Потом оказались в эпицентре маленькой войны и едва не погибли. А теперь они находились в таинственном тоннеле, где обнаружили свежие следы. Если капрал Моркоу или сержант Колон спросят потом: «И что же вы сделали?» — что им ответить? «Мы повернулись и пошли своей дорогой?» Никогда!

— Следы ведут туда, — Дуббинс ткнул пальцем, — а потом возвращаются. Но обратный след не такой глубокий, как след, э-э, тудашний. И обратный след идет сверху. Значит, тот, кто оставил следы, был тяжелее, когда уходил, и легче, когда возвращался, так?

— Так, — согласился Детрит, наконец разобравшись в хитросплетениях логики.

— А это значит…

— Он похудел?

— Он что-то нес и оставил это что-то… где-то там.

Они всмотрелись в темноту.

— И мы сейчас пойдем и найдем это что-то? — спросил Детрит.

— Думаю, да. Ты как себя чувствуешь?

— Нормально.

Несмотря на то что они были представителями разных видов, в их воображении возникла одна и та же картина: вспышка и свинцовая пробка, свистящая сквозь подземную тьму.

— Он вернулся, — сказал Дуббинс.

— Да, — кивнул Детрит.

Они снова всмотрелись в темноту.

— Ну и денек выдался, — покачал головой Дуббинс.

— Верно.

— Слушай, мне все хотелось спросить… на случай… ну, вдруг мы… а я так и не узнаю… что там случилось, на складе свинины? Ты проделал такие сложные вычисления! Зачем?

— Я… не знаю. Просто… я вдруг взял и увидел.

— Увидел что?

— Все. Все до конца. Все числа в мире. И я мог их сосчитать.

— И чему они равнялись?

— Числа не могут равняться… Нам сержант объяснял. Равняются стражники, солдаты… Как числа могут равняться? Какой ты все-таки глупый гном!

Последнее замечание Дуббинс решил пропустить мимо ушей. Он махнул троллю рукой, и они двинулись по тоннелю вперед — навстречу неизведанному будущему.

Следы привели их к более узкому и низкому тоннелю, в котором тролль едва мог выпрямиться. Но вскоре они дошли до тупика. Упавший с потолка камень перегородил путь, у завала громоздились горы всевозможных отходов. Дальше идти было некуда, но это не имело значения, потому что они нашли то, что искали, хотя, если разобраться, именно это они совсем не искали.