Чтение онлайн

– Теперь возьмем ту же ситуацию и применим ее ко всей сборке, например, к одной оси портальной платформы в "Инвиктусе". У вас есть десятки или сотни двигателей и подобных компонентов, каждый со своим собственным процессором со своим собственным кодом и многократным резервированием для поддержания этого конкретного компонента в пределах безопасных рабочих параметров, определенных его программированием, и любой из них может отключить весь портал, если обнаружит какую-либо потенциальную опасность для отдельного компонента, на котором он работает. И просто чтобы быть уверенным, что все эти отдельные компоненты обладают достаточной способностью видеть эти потенциальные опасности, портал оснащен целым набором многоуровневых датчиков, отслеживающих каждый аспект окружающей среды, и у каждого из этих датчиков есть свой собственный процессор, выполняющий свой собственный код.

– Дерьмо, - пробормотал Хауэлл.

– Единственное, что делает это осуществимым и что обеспечивает тот уровень производства, который мы видели на оригинальных платформах, оставленных шонгейри, - это скорость компьютерных операций уровня Гегемонии. По нашим меркам, они настолько ослепительно быстры, что действительно могут поддерживать это нелепое равновесие в движении вперед... большую часть времени. Я уверен, вы читали некоторые комментарии директора Маккуори о том, как часто "Инвиктус" просто отключается, пока не будет исправлена какая-нибудь тривиальная ошибка?

Хауэлл кивнул, а Льюис пожала плечами.

– В некотором смысле, это, вероятно, не так уж плохо. Мы все еще учимся управлять всем этим, поэтому остановить его, пока мы выясняем, что вызвало его нынешнюю вспышку гнева, - это один из способов по-настоящему ознакомиться с его внутренностями. И, как я уже сказала, система действительно работает. В относительном выражении, по своим собственным потенциальным стандартам, это работает очень, очень плохо, вы понимаете, но в абсолютном выражении это действительно способно создать бездефицитную экономику, чего наш вид никогда не видел. Но мы подсчитали - консервативно, - что если бы мы могли только определить уровни избыточности, которые совершенно не нужны для безопасной эксплуатации, мы, вероятно, могли бы увеличить производительность еще по крайней мере на сорок или пятьдесят процентов - и, вероятно, еще чертовски намного больше - просто устранив все эти ненужные шаги и все промежуточные- процессорные переклички, которые идут с ними. И мы могли бы сэкономить много времени и ресурсов на переработку - и особенно на печать, - если бы смогли устранить некоторые из многослойных датчиков, которые они встраивают в свое оборудование. Я имею в виду, что одного датчика и, возможно, пары резервных копий должно быть достаточно практически для любой ситуации. Хотя мы почти уверены, что нам не нужны двенадцать таких!

– Гм.
– Хауэлл ущипнул себя за переносицу и поморщился.
– До вторжения у меня был друг, который работал в администрации долины Теннесси, - сказал он, прикрыв рот рукой.
– Однажды вечером, за парой кружек пива, он описал избыточность функций безопасности, встроенных в атомные станции США. По его словам, если бы им было разрешено строить и эксплуатировать атомные станции с реалистичным уровнем угрозы, они были бы дешевле угля или природного газа. И он отметил, что, несмотря на всю огласку, конструкция реактора на Тримайл-Айленде предотвратила катастрофический сбой, несмотря на тот факт, что операторы практически все сделали неправильно.
– Он опустил руку и спокойно посмотрел на нее.
– Так вот, я твердо верю в необходимость и ремней, и подтяжек, когда речь идет о чем-то вроде ядерного реактора недалеко от крупного города, но это звучит так, как будто вы говорите о стероидном варианте ... чрезмерной избыточности, с которой ему приходилось мириться.

– В значительной степени, мистер президент, - признала Льюис, затем криво улыбнулась.
– Вы знаете, весь этот разговор кажется немного ... сюрреалистичным для меня. С одной стороны, я сижу здесь и говорю о том, насколько эффективнее Гегемония могла бы управлять своими компьютерами, принтерами и всей остальной инфраструктурой. С другой стороны, то, как она ими управляет, по-прежнему невероятно продуктивно - "невероятно" в буквальном смысле невероятно - по любым человеческим стандартам.

– Я вижу это, - сказал Хауэлл, затем позволил своему креслу снова выпрямиться, когда телефон на его столе зачирикал и высветил цифровой дисплей времени.

– Мне действительно жаль, но у нас нет времени, - сказал он.
– Я попытаюсь просмотреть отчет Карахалиоса, хотя, если он чем-то похож на последний, который он мне прислал, я, вероятно, на самом деле узнал от вас сегодня днем больше, чем когда-либо смогу извлечь из него. Однако прямо сейчас мне действительно нужно встретиться с техасцами.

– Конечно, мистер президент.

Льюис встала и направилась к двери своего кабинета, но Хауэлл остановил ее, подняв указательный палец.

– Мистер президент?

– Есть один момент в вашем объяснении, который засел у меня в голове. В самом конце, когда вы сказали, что технология Гегемонии невероятна по любым человеческим стандартам.

– Да, мистер президент?
– Льюис выглядела озадаченной, и он улыбнулся ей.

– Знаю, что это только начало, и мы на самом деле только начинаем изучать возможности, но я хочу, чтобы вы, Карахалиос и все остальные, участвующие в этом проекте, искали каждый отдельный способ улучшить то, что готова принять Гегемония. Когда мы встретимся с ними снова, я хочу, чтобы они были теми, кто задумался о том, насколько невероятно эффективны и продуктивны человеческие технологии по их стандартам.
– Его улыбка стала холодной и жесткой.
– Я хочу эту вашу "третью волну", и я хочу этот нейронный интерфейс, и я хочу оставить этих ублюдков в пыли, когда придет время.

– Понятно, мистер президент.
– Улыбка Фабьен Льюис была такой же холодной и жесткой, как у ее президента.
– Почему бы мне просто не пойти и не начать с этого?

XV

ДРЕДНОУТ "ТЫРГОВИШТЕ",

ФАЗОВОЕ ПРОСТРАНСТВО,

1,5 СВЕТОВЫХ ГОДА ОТ ЗЕМЛИ

– Что? Ты не в своем уме! "Темный проход" намного лучше, чем "Большая жара".

– Как ты можешь так говорить? Форд - классический мститель за обиды, в то время как Богарт стремится отомстить за себя и доказать собственную невиновность!

– Но он же Богарт! Форд всегда так ... так подпитывается нервным напряжением. И это не только Богарт, это еще и Бэколл!

– И в одном из ее более сильных выступлений, я признаю, мой Стивен. Но в этом фильме Богарт был 'не в своей тарелке', как, я полагаю, выразились бы вы, американцы. И если не считать того, как меняется его внешность, характер Винсента Пэрри, к сожалению, двумерен. О, кинематография была очень умной, особенно то, что зритель никогда не видел лица героя до тех пор, пока не была проведена "пластическая операция", с чем я согласен. И все же, несмотря на это, я не могу сказать, что в "Темном проходе" наилучшим образом проявилась способность Богарта поддержать уровень фильма.

– Но Гленн Форд? Мне нравится многое из его работ, но я никогда не думал, что боевики - действительно его сильная сторона. Он мне нравится гораздо больше в таких фильмах, как "Судьба - охотник". Я имею в виду, что Плешетт переигрывала в этом эпизоде - на самом деле, она обычно так и делала, - но Форд превзошел Макбейна, а Тейлор был чертовски хорош в роли Сэвиджа. Работа модели... довольно плоха, во многих отношениях, в этом я согласен с тобой. Но, ради бога, это было сделано в 1964 году! И я лично считаю, что это был один из лучших фильмов Форда.

– В котором, еще раз, он мстит за зло, причиненное другим! Ты видишь? Ты делаешь мое собственное дело за меня!

Стивен Бучевски откинулся на спинку своего неоправданно удобного кресла и сердито посмотрел через маленький столик. Он всегда любил хорошее кино, но никогда не думал о себе как о фанате классического кинематографа. На самом деле, большинство фильмов, которые он видел, датировались не позднее семидесятых или восьмидесятых годов. Но у него было больше опыта, чем он предполагал, в более ранней кинематографии. Возможно, он не в своей тарелке как знаток кинематографа по сравнению с его нынешней компанией, но как кто-то мог предпочесть Гленна Форда Хамфри Богарту? Это было просто ... неправильно.