К свету
Шрифт:
– Сестра Сара, что-нибудь кажется вам размытым?
– спросил он.
– Нет.
Рейчел открыла шторы. Не удивительно, что они отлично справились со своей работой, приглушив солнечный свет, там его просто не было. Я посмотрела на часы, свои наручные, время по которым я могла узнавать на ощупь. Сейчас приблизительно полдень, но за окном были сумерки.
– Так темно, - прокомментировала я.
– Так бывает в темный сезон, - ответил Джейкоб, включая свет.
– Светлее не будет, ну, до... февраля.
Я покачала головой.
Разве часть этого не должна быть мне знакома? Февраль? Какой же сейчас месяц?
– Сестра, дайте мне взглянуть поближе на ваши глаза.
Доктор Ньютон светил ярким фонариком непосредственно в них. Потом он попросил, чтобы я прочла несколько надписей на различных расстояниях. Хотя я была взволнована, все получилось, странное ощущение неправильности, которое я ощутила сразу, когда пришла в себя, вернулось.
После, когда мы с Рейчел остались наедине, я спросила:
– Какой сейчас месяц?
– Ноябрь, но декабрь не за горами.
– Она стиснула мою руку.
– Не могу дождаться, когда ты окажешься дома. Так много всего нужно успеть к праздникам.
Я встала.
– Куда ты идешь?
– спросила она.
– Найти зеркало.
– О, нет.
– Она захихикала. Я действительно скучала по ней. – Пока рано. Дай мне еще немного поработать, затем ты сможешь посмотреть.
Я сморщила нос.
– Так плохо? Давай, будь честной.
Она расправила плечи, и ее миниатюрная фигурка стала выше.
– Ты знаешь, что я всегда честна, порой даже жестока. Я согласна с Братом Джейкобом, они милые. Ты, вероятно, задашь новый тренд в прическах.
Я откинулась на спинку стула.
– О, не сомнваюсь. Я могу сделать такую же прическу Сестре Лилит?
– я быстро прикрыла губы кончиками пальцев, когда мои глаза широко распахнулись.
Дерьмо! Я была так потрясена, что забыла фильтровать то, что говорю.
Рейчел подошла ближе и прошептала:
– Только, если я буду ее держать.
Мы обе старались заглушить смех.
Когда она впервые поднесла ножницы, я должна была напомнить себе, что это моя подруга и у нас есть разрешение Джейкоба. Игнорируя звуки, я сконцентрировалась на дыхании. Вскоре Рейчел помогла мне позабыть о ножницах. Она стригла и болтала, болтала и стригла. Время от времени отходя назад или вперед, оценивая свою работу.
Кусочки волос, которые упали на пол, были короткие, дюйм здесь, полдюйма там. Увидев их, я вспомнила про свой хвост. Я искала его сегодня в ванной на столике, где оставила вчера, но он исчез. Я была уверена, Джейкоб думал, что этим он помогает мне, и я ничего не сказала, но мне не их хватало.
Пока Рейчел работала, она рассказывала мне о других женах Собрания. Всего нас было двенадцать. Я пыталась запомнить их имена. Одна, по имени Дебора, очень скоро должна была родить. Я была уверена, что однажды, мы с ней даже пересекались. Другая, по имени Эстер, недавно родила второго. Видимо, она очень уставала, особенно, к концу рабочего дня. Я узнала, что жены Собрания не только сидят вместе на службе, но и, что дважды в неделю, во время молитвенных собраний, мы отдельно встречаемся с женами Комиссии для обучения. Даже слово «Комиссия» заставило меня ощетиниться.
– Рейчел, что ты знаешь о том, что произошло сегодня, с Джейкобом я имею в виду? Как он привез тебя сюда?
Она пожала плечами.
– Я точно не знаю. Бенджамин сказал, что я могу прийти. Я не знала о том, что случилось, ммм... с волосами... пока Брат Джейкоб не рассказал мне по пути сюда.
Я прикусила губу.
– Я боюсь, он попадет в беду, если попытается разобраться с ними. И я также боюсь, что они вернутся.
Она смотрела на меня и качала головой.
Моя рука вернулась к волосам:
– Так ужасно?
– Нет!
– ее озадаченный возглас превратился в ликование.
– Совсем нет. Они, действительно, милые. Я помню эту прическу, коротко сзади и длиннее спереди. Она тебе очень идет.
– Хорошо, спасибо тебе за то, что подровняла их. Но я бы хотела отрастить их снова.
– Они отрастут.
Бросив быстрый взгляд на дверь, я прошептала:
– Ты помнишь тьму?
Она кивнула.
– Что это... как...?
– я пожала плечами.
– Я не помню. Я хочу вспомнить. Я хочу вспомнить все.
– Все может вернуться. Я знаю, что работаю с доктором Ньютоном, но я не много знаю о свойствах памяти. Я знаю только то, чему меня научили.
Я представляла тьму. Она казалась страшным местом.
«Почему я взяла у Джейкоба ключи? Почему я хотела сбежать от людей, таких как Рейчел?»
– Есть!
– заявила она.
Сняв полотенце с моих плеч и, глядя на пол, она сказала, - О, Сара, прости. Мы должны были положить полотенце на пол. Я навела тут беспорядок.
Я встала и смахнула остатки волос с коленей.
– Не беспокойся. Я все уберу. Но сначала хочу увидеть.
Молча улыбаясь, Рейчел выглядела так, будто вот-вот лопнет от нетерпения.
– Я тоже этого хочу, но думаю, мы должны подождать...
– Пожалуйста, не говори Джейкобу. Я хочу видеть мое собственное отражение.
– Это могло звучать, как каприз трехлетнего ребенка, но я хотела увидеть.
– Я вот что тебе скажу. Где метла? Давай закончим с уборкой, и если он не вернется, ты можешь заскочить в ванную.
Она мне нравилась. Она не говорила мне, что я была своенравной и горделивой. Она даже предложила подержать Лилит, когда я буду отрезать ей волосы. Я порывисто обняла ее.
– Спасибо, Рейчел. Я буду скучать по тебе в течение следующей недели. Я не могу дождаться, чтобы вернуться в общину.
– Хорошо. Мы все хотим твоего возвращения.
Когда мы ставили веник и совок на место, дверь гаража открылась. Приняв решение быть осторожнее, я забыла про зеркало и поспешила к двери.
Несмотря на его незнакомые глаза, его улыбка меня согрела. В глазах, которые я не помню, я видела любовь и обожание, которые наполнили меня теплом, словно пламя свечи.
Джейкоб ласково прикоснулся к моей щеке и приподнял волосы от моего лица. Когда он позволил им упасть, его улыбка стала шире.