Чтение онлайн

1936 г.Первая французская гималайская экспедиция прошла мимо К2 к пику Хидден (8068 м), за покорение которого она вела отважную, но безуспешную борьбу.

1937 г.Здесь следует кратко упомянуть о Шаксгамской экспедиции, руководимой Эриком Э. Шиптоном, так как трудолюбивый молодой топограф Майкл Спендер произвел картографическую съемку северной стороны группы К2 и сделал много фотографий, так что все хребты, окружающие ледник Балторо, изучены теперь и с внешней стороны. Альпинистские результаты этого чисто научного мероприятия были невелики; с самого начала было ясно, что в альпинистском плане об устрашающей северной стене К2 не может быть и речи.

1938 г.В этом году Чогори, «Большая гора», впервые подверглась решительной атаке. Это была «Каракорумская экспедиция Американского альпийского клуба». В ней участвовали: Чарльз С. Хаустон — член успешно закончившейся экспедиции f936 г. на Нанда-Деви, руководитель; Ричард Л. Бердселл — участник восхождения на Миньяк-Ганкар в 1932 г.; Роберт Г. Бейтс, Уилльям П. Хаус и американец немецкого происхождения Пауль К. Петцольд. К ним присоединились еще английский руководитель транспорта экспедиции капитан Н.Р. Стретфилд и шесть первоклассных высотных носильщиков-шерпов. Это была легкая подвижная экспедиция, весь багаж которой составлял 25 ящиков для пони, т.е. для 75 носильщиков.

Экспедиция вышла из Сринагара 13 мая и прибыла к подножью К2 уже 12 июня 1938 г. Базовый лагерь был устроен точно на том же месте, где стоял лагерь 3 (5033 м) герцога Абруццкого. Все 90 носилыциков-балти были вскоре отосланы назад в Асколи. В лагере оставались только шесть альпинистов с шестью носильщиками-шерпами и тремя кашмирцами для службы в лагере (повар и слуги). Они были обеспечены продовольствием на семь недель.

К сожалению, много драгоценного времени было потеряно напрасно, так как американцы, по-видимому, не вполне доверяли выводам экспедиции 1909 г. и хотели сами все осмотреть. Сначала была разведана западная сторона К2, так как скальный северо-западный гребень выглядел неплохо. Однако крутой ледяной склон под седлом Савойя был в таком неблагоприятном состоянии, что потребовалось бы очень много времени как для того, чтобы подготовить его к подъему носильщиков, так и для сохранения пути в исправности.

Не поднимаясь на самый перевал, Хаустон и Хаус вернулись в базовый лагерь. Затем была обследована восточная сторона. Хаустон, Бейтс и Бердселл вышли по направлению к Скиангла, Петцольд и Хаус — на скалистый склон северного подножья северной вершины пика Броуд, напротив юго-восточного гребня К2. Обе группы пришли к единому мнению: северо-восточное ребро выглядело не слишком многообещающим. Особенно устрашающее впечатление производил почти горизонтальный участок гребня между пиком 6821 м и собственно К2 — узкий зазубренный нож, усеянный ледяными башнями.

Было решено провести более серьезную разведку «ребра Абруццкого», т.е. того пути, который еще в 1909 г. рассматривался герцогом Абруццким и его проводниками из Курмайера как наилучший вариант подъема по крутому, большей частью скальному ребру, обозначенному на нашей орографической схеме звездочкой.

Вид от лагеря 6 (7100 м) на склонах К2 на ледники Годуин-Остен, Конкордиа, Средний Балторо, Винье. В левом углу величественная трапеция вершины Чоголиза

Этот огромный отрог, который ведет вверх к пику 7740 м (плечу К2), оказался в свое время слишком трудным для носилыциков-балти. Но ведь теперь были высотные носильщики-шерпы, лучших из которых американцы включили в свою группу. Их сирдар (старшина) Пазанг Кикули, например, уже четырежды побывал в экспедициях на Канченджангу, по разу на Эвересте, Нанда-Деви, Чомо-Лхари и Нанга-Парбат, где в 1934 г. он оказался в числе тех немногих, которым удалось спуститься из верхних лагерей [33] . Таким образом, Пазанг Кикули имел больший опыт гималайских восхождений, чем многие европейские или американские альпинисты.

С такими носильщиками уже можно было начинать! Да и альпинистская техника за последние 30 лет шагнула далеко вперед. Можно было, следовательно, решиться на штурм по маршруту, от которого в 1909 г. был вынужден отказаться такой выдающийся восходитель и руководитель экспедиции, как герцог Абруццкий.

«Генеральная разведка» юго-восточного гребня была проведена Хаустоном и Хаусом; они прошли первые 400 м, обнаружив при этом ясные следы экспедиции герцога Абруццкого. Лазание в нижней части ребра было не очень трудным, но не удалось найти ни одного места для установки лагеря. К тому же было ясно, что выше трудность пути значительно возрастает. Было решено еще раз тщательно проверить остальные возможности, северо-западный и северо-восточный гребни, прежде чем окончательно остановиться на «ребре Абруццкого». Снова экспедиция разделилась на две группы: одна вышла на ледник Савойя, другая — по направлению к пику 6821 м, но обе так и не добились успеха.

Так как прямой путь на седло Савойя выглядел весьма неприветливо, Хаустон и Бейтс пытались выйти на водораздельный гребень правее (юго-западнее) перевала в том месте, где тянулся вниз боковой скальный отрог. Но подъем оказался трудным и опасным, а сам гребень практически непроходимым. К тому же непродолжительные снегопады сделали весь верхний цирк ледника Савойя весьма лавиноопасным и непригодным для организации необходимого планомерного снабжения. Поэтому путь: ледник Савойя — седло Савойя — северо-западный гребень был окончательно забракован.

Одновременно вторая группа подтянула лагерь к подножью отрога (см. схему) и сделала оттуда пробный выход в направлении пика 6821 м. Но обстановка была в высшей степени неблагоприятной: на крутом ледяном склоне лежал мягкий ненадежный снег. К тому же была и еще одна причина для отказа от продолжения этой попытки: упомянутый уже гребень с ледяными жандармами выше, между пиком 6821 м и основным массивом, делал этот путь весьма проблематичным.

Таким образом, экспедиция окончательно удостоверилась в том, что лучшего пути, чем «ребро Абруццкого», нет... «hie Rhodus, hie salta!» [34] . Но тем временем уже прошел весь июнь.

Теперь нужно было сосредоточить все снаряжение у подножья юго-восточного гребня. Это пришлось делать без носилыциков-балти. Пятнадцать человек были вынуждены «челноком» перетаскивать все грузы. При этом случилось неприятное происшествие: большой ледниковый стол потерял равновесие и обрушился на груз с керосином; четверть всего экспедиционного запаса горючего была утрачена. Капитан Стретфилд вызвался совершить с двумя носильщиками длинный и утомительный путь к месту, где был расположен базовый лагерь французской каракорумской экспедиции 1936 г. Именно он был тогда начальником транспорта и знал, что там остался значительный склад горючего. К сожалению, поиски остались безрезультатными. За это время жители Асколи, также знавшие место этого лагеря, растащили все без остатка.