Чтение онлайн

Алхимическая литература берет свое великое и новое начало приблизительно в это время или когда она облекается в латинский наряд: литература о Святом Граале моложе на два столетия; прочие письменные свидетельства Тайной Доктрины под эгидой христианства были созданы еще позднее. В чем была особенность послания еврейской теософии в сравнении с альтернативными посланиями? Как некое задание в литературе связано ли оно с другими и более поздними заданиями, как школа с какой-то другой школой в отношении поставленной цели; или оно само по себе и только для себя? Тайна Грааля о мистическом теле Христовом; Тайна Алхимии многогранна, но одной своей весьма поздней гранью она о трансмутации человеческого тела; Тайна Розенкрейцеров – в высшем плане – это тайна соединения с Богом, но и здесь есть более чем один аспект, и один из них – тело воскрешенное; Тайна Умозрительного Масонства о соделывании человека в дом духа, годный для обитания Бога. А Тайное Учение Израиля сконцентрировано на Тайне пола, суммарно представленной как мистическое тело Шхины, хотя оно и включает тени и очертания науки совершенства и единства в ней таким образом, что при всех вариациях процесса, различий символической формы выражения и многообразия по отношению к коренным идеям учения дается ответ на вопрос, и ответ в том, что он не только в аналогии, но в живой конкуренции с другими свидетельствами. И это в моем понимании проблема с далекоидущими следствиями: именно то, что это не христианское свидетельство, но, если бы оно было христианское, это имело бы еще более серьезные следствия, но иного рода; и моя задача в этой главе – показать, что дело противной стороны, представляемое теми, кто способствовал появлению французского перевода Зогара – какова бы ни была его ценность, – дело недоказуемое.

Точки расхождения между иудаизмом и христианством по отношению к Мессии совершенно просты по своей сути, если говорить об основании, поскольку, если бы Христос из Назарета, как явлена его история в Евангелиях, 1) не предоставил или 2) не был репрезентирован как представивший, по крайней мере, достаточный набор знамений и печатей, на основании коих Он должен был быть признан, притязание на мессианство не могло быть 1) выражено с Его стороны или 2) поддержано со стороны уверовавших в Него. Иными словами, ожидание евреев одно дело, а событие – другое, или не было бы достаточного основания для Его отвержения в естественном ходе вещей. Я полагаю, что прошло то время, когда можно было утверждать, что Иисус, сын Марии и мнимый сын Иосифа-плотника, был некогда тем, кто со всей очевидностью отвечал требованиям, предъявляемым к ожидаемому Избавителю, и что лишь вследствие ожесточения и сознательного ослепления Он не был признан за такового. Правда и то, что любой претендент, в известном смысле, был обречен на непризнание в момент пришествия по причине совершенной неясности и смутности описаний в каждом тексте, в котором, как предполагалось, приводились признаки Его прихода. Уж так сложилось, что Израиль – правильно или ошибочно – ожидал Избавителя как могущественного воителя пред лицом Господа, пославшего Его, и пред лицом народов, коих Он должен был рассеять и отдать язычников в руки евреев, дабы те могли принести их в жертву Самаэлю, господину язычников. Другими словами, они чаяли явления личности, о которой так много и так мало говорилось в пророческих текстах и о которой было предсказано, что Тот, кто должен прийти, будет распят между двумя разбойниками, они же суть Письменный и Устный Закон, воскреснет на третий день и вознесется на небеса. Еврейство всей душой было привержено этой мечте, была ли под этим какая-либо гарантия или нет; горстка учеников, для которых событие распятия было потрясением, была с неменьшей страстью привержена своим мечтаниям, когда после воскресения она приняла своего Христа как Господа Прославленного, и дальше, постольку поскольку мы высказали свои соображения, вопрос к той и другой стороне уже не наше дело.

Перед нами встает некий спекулятивный тезис, суть его в том, что, по эксплицитному и имплицитному свидетельству Сефер ха-Зогар, Мессия пришел. Что касается эксплицитного выражения, этот тезис совершенно не соответствует истине, что же касается имплицитного выражения, я совершенно убежден, что текст полностью на чаше другой стороны. В нем нет никакого реального подтверждения идеи о том, будто некая секта в среде евреев под названием Сынов Учения исповедовала Христа из Назарета и засвидетельствовала свою веру завуалированным образом. Ясно, во-первых, что, если такое свидетельство существует, оно скрыто под завесами, раз предполагается, что оно не открывается при простом прочтении текста, и потому вопрос сводится к самому минимуму в зависимости от обстоятельств. Во-вторых, я хочу доказать, что его нет и на эзотерическом уровне.

Первым делом прошу читателей вернуться к положениям и выводам предыдущей главы: 1) об усвоении согласных букв четырехбуквенного имени Всевышнего сфирот, но прежде всего буквы Вав и последней Хе; 2) о женской природе и служении, обручении и супружестве Шхины наверху и внизу, но, главное, о том, что касается нашей Девы Промысла в ее раскрытии здесь, на земле, спутнице и водительнице в нашем изгнанничестве; 3) об отношении Шхины к Святому Духу; и 4) о пришествии Мессии. Мы увидим, что Вав – это рожденный Сын Ход и Хе, кои суть Аба и Има, пребывающие в Xохме и Бине; что Хе простирается на три каббалистических мира под миром Ацилут; что Хе явился в мир со своей сестрой-близнецом, а именно Хе последней, которая была от века его нареченной невестой; что поначалу она была сокрыта в нем, но затем была изведена из него и поставлена с ним в брачное состояние, то есть лицом к лицу, подобно Адаму и Еве; что она сошла или пала на землю, как пала Ева, и должна быть превознесена впоследствии Вав; что Шхина и Святой Дух пребывают в состоянии взаимодействия; и что Мессия – это Тот, кого от века ждут, грядущий воитель и царь.

О Шхине и Мессии утверждается, что первая означает Вторую Ступень Божественной Сущности, иначе Второе Лицо в Хохме, и есть также Слово. Шхина в трансцендентном мире есть Слово до воплощения, а в нижнем мире Слово, ставшее плотью. В Зогаре сказано, что Шхина облекается в плоть и при этом усваивает облик человеческий. Воплощение Мессии совершается действием Вав, и Зогар сообщает, что существует единство Бога и Избавителя. Рабби Шимон признает, что это воплощение Хе, или Слова. Мессия – это Метатрон, или тело Шхины, что, как сказано, одно и то же. Малый Лик Идры означает Слово, воплотившееся на земле, а Большое Лицо – это Слово до его манифестации тварному миру. Указывается, что один пассаж в Зогаре не имеет смысла, если воплощение не признано, а в другом, как считается, в вербальной формуле возвещена тайна. Наконец, полагают, что, когда утверждается, как мы уже слышали, что «мир пребудет под властью змея до тех пор, пока не придет женщина по подобию Евы и мужчина по подобию Адама, и покорят змея и того, кто на нем восседает»23, это следует понимать как аллюзию на Марию Матерь Мессии и ее сына Иисуса Христа.

Поскольку я представил и подобрал эти положения с таким расчетом, чтобы они говорили сами за себя в полный голос, они в своем прямом прочтении кажутся весьма правдоподобными, если бы мы не знали истинное положение вещей благодаря нашему исследованию. Я чувствую, что вопрос во всей своей целокупности определенно получил у моих читателей негативный ответ, что должен сказать и о себе, но я попробую проанализировать все по пунктам, дабы не сложилось ложное впечатление.

1. Мы видели, что Шхина с обеих сторон Древа; что она и в Хохме и в Бине, потому что Божественное бытие едино; на том же основании она и в Кетер. 2. Мы видели, что Святой Благословенный изрек Слово, и Строитель – она же есть Шхина – действовала по нему: есть, таким образом, различие между Богом, Его Словом и Зодчим, но опять же Три суть Один, ибо в Ацилут все едино. Утверждение, что Шхина в Высшем Мире – это Слово до манифестации, а в нижнем мире воплотившееся Слово, повторяется в разных обстоятельствах, но, к сожалению, в пассажах, не имеющих убедительной силы, поскольку они не несут намеренного послания. Говорится, например, в Зогаре, что ежедневная утренняя жертва24 имеется в виду в словах Исайи, которые переданы в таком виде: «И Господь всегда будет хранить тебя в покое»25; но эта жертва утреннего часа французскими редакторами осмысливается как Шхина наверху, а полуденная жертва означает якобы Шхину проявленную. Если это верно – что вполне возможно, – здесь нет указания на Слово и уж тем более на Слово, ставшее плотью. Далее в Зогаре мы находим фантастическую этимологию слова «Суббота» (Шаббат)26, согласно которой она идентична с той единственной рожденной дочерью, что есть Шхина внизу. Сие к нашему вящему удовольствию; но в качестве примера их критического подхода редакторы обращаются к Талмуду, где находят, что Суббота пришла тайно в мир, в отличие от других даров Господа Израилю, и из этого они заключают, что единственная Дочь – это единственный Сын и тайно рожденный во плоти. 3. Нигде в Зогаре не сказано, что Шхина воплощается и, уж тем более, что она вочеловечивается. В пассаже, на который они ссылаются, поясняется, что Вав – это символ человеческого тела в прямостоящем положении, и дальше идут загадочные слова27: «Посему Бог пожелал, чтобы Шхина присутствовала при строительстве Скинии (Святилища)» при Моисее. Редакторы считают, что, если это не означает постулируемого ими, текст не имеет смысла. Вторая альтернатива предпочтительнее для произвольной конструкции. 4. В Зогаре не сказано, что воплощение Мессии актуализируется Вав. В предлагаемом к рассмотрению пассаже речь идет о стихе в Быт., 19: 33, где говорится о старшей дочери Лота: «А он не знал, когда она легла и когда встала». Глагол «встала» на иврите имеет окончание Вав, что означает, что зачатое ею дитя должно положить начало отрасли Мессии28. 5. Воплощение Хе, или Слова, не признается рабби Шимоном, который говорит только о схождении Шхины в Египет29 с целью сопровождать Израиль с 42 ангелами стражи, как мы уже видели раньше. 6. Метатрон не отождествляется с Мессией30. В пассаже, на который ссылаются, сказано, что «старший слуга»31 Авраама олицетворяет Метатрона, он же есть слуга, посланный своим Господином. 7. Ссылка на Большой и Малый Лики совершенно произвольна. В пассаже, который приводится, сказано: а) что Малый Вав проснется, чтобы соединить и обновить души в миграции, и б) что во времена, которые имеются в виду, Бог пошлет новые души на землю32. Редакторы добавляют, что Большой Вав – это Святой Дух наверху, а Малый Вав – Святой Дух внизу – по схождении на землю, – но я не знаю ни одного места, где бы в Зогаре говорилось о схождении Вав, разве только в связи с Хе последней, причем то, что там говорится, не согласуется с доминирующей символикой. Вав должен сойти, чтобы превознести наверх Хе последнюю. 8. Еще один пассаж, о котором говорится, что он не имеет смысла, если в нем не имеется в виду воплощение Шхины: «Традиция говорит нам, что, когда Святой, да будет Он благословен, взирает на мир и находит, что деяния людей здесь, внизу, хороши, Святой Древний открывается миру в виде Малого Лика, дабы все люди могли видеть Бога и быть благословенными Им»33. Какой бы ни был смысл, предлагаемая редакторами конструкция невозможна, поскольку Малый Лик – это Вав в своей протяженности через миры, и это не Шхина. 9. Вот еще один пассаж, где, по уверениям редакторов, в завуалированном виде якобы говорится о воплощении: «Я нашел в книге царя Соломона, что = Ашер был рожден в небесном Дворце Восхищения от объятий двух других Высших Ступеней... Это предсказание того, что = ЭХЕЙЕХ породит Ашера (Асира)34. Речь идет о словах = Я есмь Тот, Кто есмь (Сущий); и сам текст объясняет, что здесь говорится о поступенном раскрытии Святого Имени: 1) ЭХЕЙЕХ, 2) АШЕР ЭХЕЙЕХ, 3) ЙЕХО-ВАХ (Яхве). Это откровение Моисею. 10. Предполагаемая аллюзия на Марию и ее Сына Иисуса в уже приводимых словах опровергается тем фактом, что Благословенная Дева была матерью Христа, тогда как Ева была супругой Адама35. Зачем пытаться проводить аналогии там, где нет никакого подобия.

Упомяну лишь еще одну вещь в этой части. Хе последняя сходит на землю, причем это свершилось от начала вещей, если верить Зогару. Если на миг предположить, что в тексте действительно есть авторитетное подтверждение реального воплощения Хе – то есть Шхины, – тем паче она могла явиться только как женщина, в противном случае рушится весь символический строй. Есть, в самом деле, один пассаж, в котором сказано, что Дочь Царя облеклась плотью36, но ее телом стал Метатрон, как в другом месте говорится, что сама Шхина – это тело Святого Благословенного. Это плоть Земли Жизни, а не сей земли. Если в Каббале и можно проследить мотив ожидания приятия личностью, символизируемой согласной буквой Святого Имени, конечного существования на земле, то есть воплощения, то эта согласная Вав, и имеется в виду воплощение Рожденного Сына, он же, несомненно, есть Малый Лик Идры. В этом пункте я напомню читателям о том, что говорилось в конце Книги седьмой, § VIII о пришествии Мессии37. Там на основании высказывания в Зогаре, как мы видели, говорится, что сотворение человека должно было приготовить путь пришествию Божественной Личности38. Этот важный пассаж редакторы французского перевода обходят молчанием, что объясняется, несомненно, этой злосчастной и абсурдной предрасположенностью видеть в Шхине Христа. Лучше бы им направить свое рвение на альтернативные тексты, исходя из логики символического строя. Разумеется, им не удалось выстроить свою концепцию, по которой Иисус из Назарета – это Мессия Зогара, по той простой причине, что слишком очевидна интенция текста представить своего Нового Адама, грядущего Избавителя не без Евы, вместе и его сестры и супруги, которая от начала имеет свою особую роль в творении. Для этой личности в женском обличье нет места в христианской схеме, потому что, хотя лично я считаю Шхину практически идентичной с Благословенным и Святым Духом, сама мысль о том, что эта последняя связана с Мессией в качестве Его жены и вообще находится на стороне женственности, означает, что католическая тринитарная доктрина нуждается в пересмотре, а французские редакторы по своим религиозным убеждениям правоверные католики.

Дойдя до этой точки, рассмотрим бегло их взгляды на вопрос о Святом Духе, идентифицируемом с Вав Святого Имени и помещаемом в сфиру Бина. Есть одно место в Зогаре, где в согласии с тем, что чему предшествует и что за чем следует, сказано, что Вав исходит из Хе Высшего Мира, а вторая Хе исходит из Вав39. Первая часть этого предложения понимается в том смысле, что Святой Дух исходит от Слова, а вторая – что Мессия или Христос воплощается действием Святого Духа. Реальная интенция этого предложения та же, что и всегда, а именно указать, что вследствие соединения Йод и Хе первой Хе как матерь зачинает и рождает от Йод, Отца и Супруга, Сын же этой пары, то есть Вав, который является на свет со скрытой в нем второй Хе; но она впоследствии отторгается от него в глубоком адамовом сне, и они живут как супруги в единстве. Не приходится говорить, как трудно найти символику более противоположную христианскому учению о Троице или христианской схеме Боговоплощения. По случайности в другом примечании нам напоминают, что Святой Дух сравнивается со светом луны; но мы знаем, что луна – это Шхина и, следовательно, Святой Дух есть свет Шхины, что явно соответствует его функции, – на это же по-другому, но аналогичным образом указывается, когда говорится, что Дух – это дыхание Шхины. Что же касается того места в Зогаре, где Пребывающая Слава прямо отождествляется со Святым Духом40, кажущаяся сложность легко преодолевается замечанием о том, что это, дескать, описка переписчика; но чтобы оправдать это, даже в предварительном смысле, эта описка может вкрасться только в один кодекс плюс любое издание или манускрипт, сделанные с него. Теперь мы видим, что все подобранные выдержки имеют тенденцию скорее к тождеству, чем к различию или к чему-то подобному, столь схожему, что два принципа становятся взаимопроницаемы и непрестанно взаимозаменяемы, тогда как в отношении единственного отрывка, который делает различие абсолютным, я был бы более или менее – скорее более – прав, если бы предположил, напротив, что переписчик ошибся именно здесь. Но я не сторонник таких приемов; Зогар противоречив во всем своем составе; но я довольствуюсь консенсусом высказываний.

Вместе с тем, если мы ищем еще более типичных образчиков истинной ценности аннотаций в их полемическом аспекте, следует взглянуть на то, что говорится о Евхаристии. По Зогару, есть вино, кое является синтезом всех радостей41, древнее и сакральное вино, известное Иакову42, Иосифу и Давиду43. Метатрон в лице Еноха преподал его патриархам44. Оно не связано с вином, которое поднес Мелхиседек, но, по трактовке французских редакторов, это надо понимать как аллюзию на тайну пресуществления вина. Аналогичным образом неквасный хлеб, который назван горьким хлебом в Ветхом Завете и который потому антитетичен евхаристическому хлебу, в Зогаре представляет женщину в ее отделенности от мужчины45, которого, как можно предположить, репрезентирует закваска. С каббалистической точки зрения такое разделение, разумеется, горько. Есть, впрочем, неочевидный момент, когда такое осмысление квасного хлеба в евхаристическом плане возможно, но это случай касается исключительно римокатолического евхаристического обряда, где причастие совершается под одним видом и хлеб отделен от вина. Есть также в Зогаре ссылка на приношение хлеба и вина, одно представляет радость и правую сторону, другое левую и потому горько, хотя в тексте не конкретизировано, что именно46. Это, настаивают редакторы, очевидно раскрывает Священнотайное Евхаристическое приношение. В таком духе можно уже быть готовым к последнему предположению, которое, как мне кажется, пора здесь упомянуть. В момент смерти рабби Шимона его сын рабби Элеазар, потрясенный горем, восклицает: «Все его собратья должны испить кровь»47. Это указывает «на принесение Святой Жертвы и пресуществление даров».

За всеми этими взглядами, не говоря о множестве других подобных по подходу и интенциям, стоит, как можно понять, убеждение, что каббалистическая община Израиля – это Церковь Божия, тождественная христианской церкви. Когда речь идет о внешнем мире, это Церковь Торжествующая и Прославленная на небесах; в дольнем мире это Церковь воинствующая; читателю предоставляется право самому решить, в Риме ли ее центр.

Я уверен, что работа над аннотацией была сделана французскими редакторами со всей искренностью и даже религиозным рвением, но, увы, без должного внутреннего видения. Ничего более печального за всю долгую историю попыток истолковать Каббалу в христианском ключе, чем желание выдать Шхину за Христа, не было, и я указывал, не особенно настаивая, на другую возможность – отнюдь, конечно, не удовлетворительную, но не менее смехотворную. Наш Благословенный Спаситель неоднократно ставился в различные неблаговидные положения теми, кто пытался прославить Его и страстно хотел, чтобы Его дело победило, но, правда, никто не предпринимал ничего более курьезного.

Что касается послания тайной традиции Израиля, помимо корпуса текстов, то те, кто пытается найти в Зогаре более глубокое знание – вне догматических положений, уже приводимых, – относительно цели мистического опыта, как он нашел выражение в великих памятниках мистической литературы, едва ли найдут то, что ищут явным и простым образом, которого они так жаждут, хотя я уверен, что этот опыт там есть, однако он следует опасным путем символизма; но надо сказать еще кое-что, а именно что Учители Сокровенного Закона еще более, чем другие религиозные деятели великих школ, осознавали, что в сердце человека не входило постичь то, что Бог уготовил любящим Его. Должно быть, они знали, по крайней мере, насколько духовный опыт превосходит возможности его вербальной передачи, о чем со всех сторон свидетельствует прискорбная неадекватность средств выражения в мистической литературе. Этим я объясняю, почему тема единства мужчины и женщины как усвоенная ими форма символического языка по мере ее восхождения на все более высокий духовный уровень прикрывается все большими завесами, то есть о нем говорится все более завуалированно. Об освященности физического акта и его пути здесь – обо всем этом они говорят с разумной полнотой, с учетом всех подробностей. Не менее откровенны они и в изложении соответствия низа и верха, однако ни словом, ни полусловом не желают обмолвиться о достигнутой цели. Причем нельзя сказать, будто нигде не указывается, что это единение с Богом; но если мы сопоставим все аллюзии, мы увидим, что, если они говорят из центра, по крайней мере, в самой словесной форме выражения центр кажется недосягаемо отдаленным. В первую очередь по отношению к пути, который может вести к Тайне этого Единства: основное положение сводится к тому, что праведник домогается созерцать радости Господа и в Нем обретаются его радости48: во Господе, и только в Нем чают они возрадоваться. На символическом языке назидание заключается в том, что желающий созерцать Священный Союз должен осмыслить созерцание пламени, исходящего от горящей свечи. Он увидит два цвета пламени: белый и голубоватый. Один сверху, а второй как бы служит пьедесталом первого: они едины и отличны друг от друга49. Это аналогия, взятая из материального мира, должна передать нечто, касающееся таинственной природы Богообщения. Путь этот – путь святости50, ибо, только восходя им как по лестнице, человек может соединиться со Святым Благословенным. Почему и сказал Господь Аврааму: «Пойди из земли твоей»51. Это был призыв превознестись от земного плана бытия в духовный. Необходимость этого призыва и дальнейшего исхода коренится в том факте, что все, произведенное здесь, на земле, находится в состоянии разделенности; единство наличествует только наверху, как и сказано: «[А река]… оттуда разделяется и образует четыре главных»52. Это должно понимать как учение о разделении, многообразии и неизбежной выделенности на пути самообнаружения. Этим путем двигаются в вере, которая предшествует опыту, и постулат этой веры заключается в признании единства на небесах, на земле и во всех мирах. Мыслящие так числятся среди праведных, чья воля укоренена в Святом Благословенном53. В этом месте Зогар либо написан с большей мудростью, чем та, которой обладали писавшие, либо это намек на Тайную Доктрину и даже опыт, который никогда не обретал всей полноты выражения. Сущность продвижения на этом пути в том, что человек полностью отдастся изучению Закона и прилепится к нему настолько, что будет сочтен достойным быть присоединен к Древу Жизни54. Это еще один символ единства, поскольку как дерево состоит из листьев, ветвей и ствола, так и души, эманирующие из Древа Жизни, привиты к Святому Благословенному55. Но здесь есть различия, состояния и стадии, и на этом основании одни души можно сравнить с листьями, а другие с ветвями; но общность веры соединяет их и делает одним деревом. Молитва – великое подспорье на этом пути, и есть два рода молитвы, на которые, как считается, указывает Давид, когда говорит о словах уст своих и помышлении сердца своего56. Одна – словесная молитва, а другая молитва безмолвная, и, судя по Зогару, статус этой второй молитвы неизмеримо выше. По словам Исаака, Господь предсказал ему: «Сделаю потомство твое как песок морской, которого сосчитать нельзя от множества»57, и это относится к состоянию безмолвной молитвы, невербальной и невербализуемой, по каковой причине сказано, что Тайна Совершенного Единства сокрыта в Божественной Сущности58.