Чтение онлайн

— Ты с ума сошел! — вскрикнула мама Дэна. Вид у нее был совершенно обескураженный. Муж пытался сдерживать ее напал, но получалось это у него плохо. Миссис Картер точно собиралась высказаться, и ничто во Вселенной не помешало бы ей это сделать. — Даже если забыть о том, что вы совсем не подходите друг другу по возрасту и положению в обществе, то подумай хотя бы о том, что она тебе фактически племянница!

— Джордж ей не отец, — резонно заметил Дэниэл. Теперь, когда все, что он хотел сказать, он сказал, на его лице появилось выражение спокойствия. Ему определенно полегчало. — Не биологический. Так что кровного родства между мной и Лили нет. Да и о процессе удочерения речь никогда не шла. Лили давно не ребенок.

— Все равно это нонсенс! — не унималась миссис Картер.

— Не согласен, — без особых эмоций ответил Дэн. Лили восхитилась тем, как он взял себя в руки и вступился за свои отношения.

— Нам нужно о многом поговорить… — в разговор вмешался отец Дэна. Он, как и его жена, от новостей восторга не испытывал. Его хмурость говорили о том, что разговор легким не будем. Впрочем, Дэниэля это не смутило.

— А с этим, пожалуй, соглашусь, — кивнул он, чуть подумал и добавил. — Однако если я дорог вам так же, как вы все дороги мне, я хочу попросить вас понять меня и принять мои чувства и решения. Такими, какие они есть. Я счастлив с Лили и не собираюсь отказываться от этого счастья только потому, что чьи-то взгляды на жизнь слишком консервативны. Позвольте мне и Лили быть счастливыми.

Миссис Картер больше ничего не говорила. Вечер продолжился в каком-то новом ключе. Гости старались выглядеть как обычно, но часть из них продолжала осмысливать услышанное.

К счастью, некоторые друзья Дэниэля по одному подходили к нему и Лилиан и выражали поддержку и понимание. Они заверяли, что рады за счастье пары и будут не прочь продолжить общение с учетом новых обстоятельств. В глазах отдельных личностей все еще проскальзывали удивление и сомнение по поводу нормальности происходящего, но Дэн не осуждал этих личностей. Новость получилась слишком неожиданной. В целом Дэниэл выражал веру в то, что со временем все его знакомые примут Лили, а тот факт, что она дочь жены Джорджа, останется просто интересным фактом, который не будет ни на что влиять.

Джордж, к слову, не спешил выражать свое мнение. Он оставался в стороне, когда говорили другие. Аманда попыталась поговорить с ним, но Джордж не позволил жене втянуть себя в разговор. Когда вечеринка по случаю Дня рождения подходила к концу, Дэн сам подошел к брату, чтобы разобраться в том, что чувствует и думает он. Если Джордж на стороне родителей, то пострадать может многое, в том числе бизнес. Напряжение между братьями наверняка скажется на делах компании.

— Мне придется уволить Лили, — заявил Джордж. Он был бы не самим собой, если бы в первую очередь не подумал о деловых моментах. — Такой роман на работе вызовет слишком много разговоров. Я не хочу, чтобы вся эта история достигала ушей наших клиентов. Пусть семейные дела останутся семейными. Будет даже лучше, если Лили уйдет по собственному желанию.

— Я не такого ответа ожидал, — признался Дэн. — Но я обещаю передать Лили твои мысли и пожелания на этот счет. Но что ты все-таки думаешь о нас? Вне влияния на дела компании.

— Не скажу, что я в восторге от вас, — признанием на признание ответил Джордж. — Все-таки мы братья, а Аманда и Лили — мать и дочь. Странные дела… Очень странные… Но я подозреваю, что мне предстоит примириться с этой мыслью. Если твои отношения с Лили не окончатся, нам всем предстоит примириться с мыслью о вашей совместной жизни. Даже родителям. Со временем. Я не буду вместе с ними настаивать на том, что тебе стоит найти себе другую девушку. Но и вступаться за тебя тоже не буду. Останусь в нейтралитете. Надеюсь, Аманда поступит так же.

Дэн поблагодарил брата за честность и за попытки оставаться где-то посередине. Человек, чья позиция не склоняется ни в одну из сторон, полезен и важен всегда. А Джордж умел держаться в видимом нейтралитете, даже если свое веское мнение у него все-таки было.

А дальше были бесконечные и не слишком приятные разговоры с родителями. Вне посторонних глаз они оба не стеснялись в выражениях и попытках манипулировать членами семьи. Претензиям и требованиям не было конца. Картеры-старшие никак не могли поверить, что якобы воспитали сына, пустившегося во все тяжкие. Миссис Картер раз за разом причитала о том, что не может установить момент времени, где допустила ошибку, и когда именно ее ребенок свернул с верного пути. Это выглядело даже слишком театрально и драматично, но Дэниэл держался мужественно. Временами срывался и он, но в то же время он же сам первым и предлагал вернуться от криков к спокойствию.

Устав от споров и невозможности достичь своего, мать не разговаривала с сыном две недели, хотя он регулярно звонил и заходил в гости к ней и отцу. Порой вопреки своим желаниям. Просто ради того, чтобы наладить общение. Однако дверь родители ему не открывали. Они были дома, свет у них горел, но вот желание говорить с сыном оставалось под вопросом.

Лилиан знала обо всем этом. С ней родители Дэна и вовсе не желали иметь дело. Они считали, что это ниже их достоинства. То, что старшие Картеры не говорили с ней, Лили переживала легко. Ей и самой никогда не нравилось общение с ними, но за Дэниэля она переживала. Для него семья имела важную роль. Лилиан не раз спрашивала у него, достойна ли она такой крупной ссоры с родителями.

— Ты достойна не только этого, — всякий раз отвечал Дэн и улыбался. Его улыбка не растеряла искренности, и с каждым днем Лили влюблялась в нее все больше. — Так что не вздумай переживать. К тому же… Дело не только в тебе. Дело скорее в них. Понимаешь… Они любили меня до тех пор, пока я оставался таким, каким они хотели меня видеть. Безусловно, Джордж с самого рождения соответствовал их ожиданиям больше меня. Я всегда это знал, и меня это устраивало. Но, тем не менее, я умудрялся оставаться в некой безопасной зоне. И вот, я вышел из этой зоны, пошел по своему пути и сразу же стал неугоден. Настолько, что мне отказывают даже в разговорах и ответах на вопрос «как дела?». Это очень… больно…

Лили утешала его как могла. Она прекрасно понимала, о чем он говорит, поскольку сама когда-то вышла из безопасной зоны, в которой хотели видеть ее бабушка и дедушка. И она знала, как больно знать, что ты разочаровываешь близких тебе людей. И как больно думать, что они не хотят любить тебя таким, какой ты есть, и не хотят принимать твой жизненный выбор. Бабушка и дедушка со временем возобновили нормальное общение с внучкой, но их отношения никогда не обещали вернуться к тем, какие были во времена детства Лилиан.

А еще она все равно чувствовала себя виноватой в разногласиях среди Картеров. Ей хотелось помочь семье воссоединиться, но она никак не могла придумать, как это сделать.

От печальных мыслей не отвлекали даже поиски новой работы. Из компании Джорджа Лилиан ушла добровольно, не дожидаясь увольнения и не упрекая Джорджа в том, что он, по сути, указал ей на дверь. Лили считала позицию Джорджа правильной, а развитие событий для себя даже удачным в профессиональном плане. Она подумывала о том, чтобы вернуться в студию, где ей по-прежнему были рады. Юридическая контора так и не сумела стать для Лили идеальным рабочим местом.

Однажды, в который раз увидев в глазах Дэна тоску из-за нежелания его родителей говорить с ним, Лили пришла к выводу, что ей пора действовать. Нельзя всегда оставаться в стороне.

Зная, где живут старшие Картеры, Лилиан, никому ничего не сказав, осмелилась отправиться к ним. Она знала, что они ужинают со старшим сыном, об этом рассказала ей Аманда. Так что Лили добралась до нужной входной двери и принялась ждать.