Чтение онлайн

Органы мышления, чувствования и воления становятся тогда совершенно независимыми друг от друга. И их сочетание устанавливается отныне уже не присущими им самим законами, а пробудившимся высшим сознанием самого человека.
– Таково изменение, замечаемое в себе духовным учеником. Оно состоит в том, что не возникает больше никакой связи между представлением и чувством или между чувством и решением воли и т.д., если ученик сам не создает этой связи. Никакое побуждение не заставит его перейти от мысли к действию, если он сам свободно не вызовет в себе этого побуждения. Отныне он способен оставаться совершенно бесчувственным перед фактом, который до его ученичества внушал ему пламенную любовь или злейшую ненависть; он может оставаться бездеятельным при мысли, которая прежде как бы сама собой воодушевляла его к действию. И он может совершать поступки из волевых решений, для которых у людей, не прошедших через духовное обучение, не оказалось бы ни малейшего повода. Великое завоевание духовного ученика состоит в том, что он достигает совершенного господства над взаимодействием этих трех душевных сил; но зато это взаимодействие ложится вполне на его собственную ответственность.

Только благодаря такому превращению собственного существа человек получает возможность вступить в сознательное общение с известными сверхчувственными силами и существами. Ибо его собственные душевные силы находятся в определенном сродстве с известными основными силами мира. Так, например, сила, заложенная в воле, способна воздействовать на определенные вещи и существа высшего мира, а также воспринимать их. Но она может делать это, только освободившись от своей связи внутри души с чувством и мышлением. Как скоро эта связь прекратилась, наступает действие воли наружу. То же самое относится и к силам мышления и чувства. Если кто-нибудь посылает мне чувство ненависти, то ясновидец видит это, как тонкое световое облако определенной окраски. И ясновидец может отклонить это чувство ненависти также, как чувственный человек отклоняет направленный на него физический удар. Но ясновидящий может воспринимать ее только благодаря тому, что он в состоянии посылать наружу силу, заложенную в его чувстве, подобно тому, как чувственный человек направляет наружу восприимчивость своего глаза. И как с ненавистью, так же происходит это и с другими, гораздо более значительными фактами чувственного мира. Человек может вступать с ними в сознательное общение путем освобождения основных сил своей души.

Но благодаря описанному разделению сил мышления, чувствования и воления, при несоблюдении предписаний духовной науки, возможно троякое отклонение в ходе развития человека. Отклонение это может наступить в том случае, если связывающие пути будут разрушены прежде чем высшее сознание с его познанием достигает способности правильно управлять браздами, устанавливающими свободное, гармоничное взаимодействие разъединенных сил.
– Ибо обыкновенно все три основных силы человека в данный период его жизни не одинаково уходят вперед в своем развитии. У одного человека мышление опережает чувство и волю, у другого - какая-нибудь другая сила имеет верх над остальными. Но пока между силами сохраняется установленные высшими мировыми законами связь, до тех пор преобладание одной из них не может вызвать никакой, в более высоком смысле, помехи или неправильности. У волевого человека, например, благодаря этим законам мышление и чувство действуют все же уравновешивающим образом и препятствуют преобладающей воле впадать в чрезмерные крайности. Но когда такой волевой человек вступает на путь ученичества, тогда совершенно прекращается закономерное влияние чувства и мышления на волю, беспрепятственно побуждающую его к безмерным проявлениям своих сил. Если тогда человек окажется недостаточно развит, в смысле совершенного обладания высшим сознанием так, чтобы быть в состоянии самому устанавливать гармонию, то воля направится своим собственным безудержным путем. Она будет постоянно пересиливать человека. Чувство и мышление впадут в полное бессилие; господствующая человеком воля будет погонять им, как рабом. Возникает деспотическая натура, переходящая от одного необузданного поступка к другому.
– Второе уклонение возникает тогда, когда таким же безмерным образом освобождается от закономерных уз способность чувства. Личность склонная к почитанию может в таком случае подпасть в безграничную зависимость от других, вплоть до потери всякой собственной воли и мысли. И тогда, вместо высшего познания ее уделом явится самое жалкое опустошение и бессилие.
– Или может случиться при таком преобладании чувства, натура, склонная к благоговению и религиозному подъему, впадет в совершенно поглощающую ее религиозную мечтательность. Третье бедственное последствие бывает в том случае, когда пересиливает мышление. Тогда развивается враждебная жизни, замкнутая в себе созерцательность. В глазах таких людей мир имеет значение лишь в той мере, в какой он доставляет им материал для удовлетворения их безгранично возросшей жажды мудрости. Никакая мысль не побуждает их к действию или к чувству. Они выступают во всем, как безучастные, холодные натуры. Они избегают всякого соприкосновения с вещами повседневной действительности, как чего-то вызывающего в них отвращение или, по крайней мере, потерявшего для них всякое значение.

Таковы три ложных направления на которые может вступить духовный ученик: деспотизм, расплывчатая чувствительность и холодное, бессердечное стремление к мудрости. Для внешнего наблюдения - а также и для материалистической школьной медицины - образ такого ученика, вступившего на неправильный путь, немногим отличается, особенно по степени, от сумасшедшего или, по крайней мере, тяжелого "нервнобольного".
– Отсюда ясно, какое большое значение должно предавать духовное обучение тому, чтобы три основных душевных силы прошли у человека сперва через гармоническое развитие, после которого они уже могут быть освобождены от присущей им связи и подчинены пробужденному высшему сознанию.
– Ибо если бы была допущена какая-нибудь ошибка и одна из основных сил получила безудержное развитие, тогда рождение высшей души проявится неправильно. Необузданная сила заполнит тогда всю личность человека; и надолго придется оставить всякую мысль о том, чтобы снова все пришло в равновесие. Какая-нибудь черта характера, представляющаяся совершенно невинной, пока человек не проходит духовного ученичества - будет ли он с натурой с преобладанием воли, чувства или мышления, - усиливается у духовного ученика в таком размере, что перед этой чертой может совершенно исчезнуть необходимый для жизни момент общечеловеческого.
– Однако, действительно серьезной опасностью это становится лишь тогда, когда ученик достигает способности сохранять во время бодрствования то, что было пережито его сознанием во время сна. Пока дело ограничивается одним просветлением некоторых промежутков сна, до тех пор чувственная жизнь, управляемая мировыми законами, продолжает действовать во время бодрствования восстанавливающим образом на нарушенное равновесие души. Поэтому так необходимо, чтобы бодрственная жизнь духовного ученика во всех отношениях была правильной и оздоровительной. Чем больше он отвечает всем требованиям, которые внешний мир предъявляет к здоровому, сильному строению тела, души и духа, тем лучше для него. И напротив, если бы повседневная бодрственная жизнь действовала на него чрезмерно волнующим или изнуряющим образом и если бы к происходящим внутри его великим переменам присоединились еще какие-нибудь разрушительные или тормозящие влияния внешней жизни, то это было бы для него пагубным. Он должен искать всего, что отвечает его силам и способностям и вводит его в спокойную жизнь, в гармонии с окружающей его средой. И он должен избегать всего, что приносит ущерб этой гармонии и вносит в его жизнь беспокойство и торопливость. При этом дело идет не столько о том, чтобы внешне отделаться от этого беспокойства и торопливости, как о том, чтобы охранить свое настроение, свои намерения и мысли, а также и телесное здоровье от постоянных колебаний вследствие этих неблагоприятных условий.
– Все это дается человеку во время его духовного ученичества не так легко, как прежде. Ибо высшие переживания начинают теперь вторгаться в его жизнь и действуют непрерывно на все его бытие. Если в этих высших переживаниях что-нибудь не в порядке, то его неизбежно будут подстерегать всякие неправильности, готовые при каждой случайности столкнуть его с правильного пути. Поэтому духовный ученик не должен упускать из виду никакого случая, могущего обеспечить ему постоянное господство над всем его существом; он никогда не должен терять присутствия духа или способности спокойно обозревать все встречающиеся ему жизненные положения. Впрочем, настоящее духовное обучение, в сущности, само собой создает в нем все эти свойства. И во время этого обучения человек знакомится с опасностями только тогда, когда им одновременно уже бывает достигнута полная сила, чтобы в нужное мгновение устранить их со своего пути.

Страж порога.

Важными событиями при восхождении в высшие миры являются встречи со "Стражем порога". Существуют не один, а в сущности, два "Стража порога" - "Малый" и "Великий". С первым человек встречается тогда, когда связующие нити между волей, мышлением и чувством внутри более тонких тел (астрального и эфирного) начинают ослабевать, как это было показано в предыдущей главе. Перед "Великим" же "Стражем порога" человек предстает, когда расторжение связей распространяется и на части физического тела ( прежде всего - на головной мозг).

"Малый Страж порога" есть самостоятельное существо. Его нет для человека, пока последний не достиг соответствующей ступени развития. Здесь могут быть отмечены лишь некоторые из его наиболее существенных особенностей.

Прежде всего попытаемся представить в повествовательной форме встречу духовного ученика со "Стражем порога". Только благодаря этой встрече ученик узнает, что мышление, чувство и воля освободились у него от своей, им прирожденной связи.

Перед учеником стоит несомненно ужасное, призрачное существо. Ему необходимо все присутствие духа и все доверие к правильности своего пути познания, которое он, впрочем, мог постепенно приобрести заранее, во время своего ученичества.

"Страж" возвещает о своем значении приблизительно в следующих словах: "До сих пор над тобой господствовали силы, остававшиеся невидимыми для тебя. Благодаря им во время прежних жизней каждое из твоих добрых дел получало свою награду, и каждый из твоих дурных поступков влек за собой свои худые последствия. Благодаря их влиянию из твоих жизненных опытов и из твоих мыслей созидался твой характер. Они обуславливали твою судьбу. Они определяли меру радости и страдания, назначенную тебе в каждом твоем воплощении, сообразно твоему поведению в прежних воплощениях. Они господствовали над тобой в качестве всеобъемлющего закона кармы. Отныне эти силы отчасти освободят тебя от своего водительства. И тебе должно будет самому производить часть той работы, которую они выполняли над тобой.
– Тебя постигал прежде тот или иной тяжелый удар судьбы. Ты не знал: почему? Это было последствием пагубного поступка в одной из твоих предыдущих жизней. Ты встречал счастье и радость и принимал их. Они также были последствием прежних поступков. В твоем характере у тебя есть прекрасные черты, но есть и некрасивые пятна. И то и другое создано тобой самим, благодаря твоим переживаниям и мыслям. До сих пор ты не знал их; тебе были открыты только последствия. Но кармические силы, они видели все твои прежние жизненные деяния, твои сокровенные мысли и чувства. И по ним они определяли, каким тебе быть и как жить теперь.

Но теперь для тебя самого должны быть открыты все добрые и все худые стороны прошедших жизней. До сих пор они были вотканы в твое собственное существо, они были в тебе, и ты не мог их видеть, как ты не можешь видеть физически своего собственного мозга. Теперь они высвобождаются из тебя, они выступают наружу из твоей личности. Они принимают самостоятельный образ, который ты можешь видеть, как ты видишь камни и растения внешнего мира. И вот я сам - то существо, которое соткало себе тело из твоих благородных и твоих худых дел. Мой призрачный образ соткан их счетной книги твоей собственной жизни. Невидимо носил ты меня до сих пор в себе самом. И то, что это было так, было благом для тебя. Ибо поэтому мудрость твоей скрытой от тебя судьбы продолжала доселе работать в тебе над погашением темных пятен в моем образе. Ныне же, когда я выступил из тебя, от тебя отошла и эта сокровенная мудрость. Впредь она уже не будет больше заботиться о тебе. Она передаст всю работу в твои собственные руки. Мне надлежит стать совершенным в самом себе, прекрасным существом, или же - погибнуть. И если бы совершилось последнее, я увлек бы за собой и тебя вниз, в темный, погибший мир.
– Дабы воспрепятствовать этому, твоя собственная мудрость должна быть теперь настолько велика, чтобы взять на себя задачу той, отступившей от тебя, сокровенной мудрости.
– После того, как ты переступишь мой порог, я ни на одно мгновение не отойду от тебя, оставаясь видимым для тебя образом. И если впредь ты сделаешь или помыслишь неправое, ты тотчас же узнаешь и свою вину по отвратительному, демоническому искажению на этом моем образе. И только когда ты исправишь всю свою прошедшую неправду и очистишь себя так, что дальнейшее зло для тебя совершенно невозможным, тогда мое существо превратится в сияющую красоту. И тогда я снова смогу соединиться с тобой в единое существо для блага твоей дальнейшей деятельности.

Но мой порог построен из всех ощущений страха, какие еще есть в тебе, из всей твоей боязни перед решимостью взять на себя полную ответственность за все свои дела и помышления. Пока у тебя еще остается какой-либо страх перед самостоятельным управлением своей судьбой, до тех пор этот порог еще не достроен во всех своих частях. А пока в нем недостает еще хотя бы одного единственного камня, до тех пор ты будешь принужден роковым образом останавливаться перед ним или спотыкаться о него. Не пытайся переступить через этот порог, пока ты не чувствуешь совершенно свободным от страха и готовым к высочайшей ответственности.

До сих пор я выступал из твоей собственной личности, только когда смерть отзывала тебя из твоей земной жизни. Но и тогда мой образ оставался закрытым для тебя. Только силы судьбы господствовавшие над тобой, видели меня и могли по моему виду, в промежутки между смертью и новым рождением развивать в тебе силы и способности, дабы в новой земной жизни ты мог работать над красотой моего образа на благо твоего дальнейшего развития. И сам я был тем, чье несовершенство неизменно принуждало силы судьбы все снова и снова приводить тебя к новым воплощениям на земле. Когда ты умирал, я являлся перед тобой; и из-за меня руководители кармы назначали тебе новое рождение. И только бессознательно преобразив меня таким образом, благодаря постоянно возобновляющимся жизням, до полного совершенства, ты освободился бы от владык смерти, и совершенно соединился бы со мной, и в единении со мной перешел бы в бессмертие.

Вот я стою ныне перед тобой, видимый, как я всегда стоял возле тебя, невидимый, в час твоей смерти. Переступив через мой порог, ты вступишь в царства, в которые прежде ты вступал после физической смерти. Ты вступишь в них с полным знанием и отныне, продолжая внешне видимо странствовать по земле, ты будешь в то же время странствовать и в царстве смерти, или - что то же самое - в царстве вечной жизни. Воистину я также и ангел смерти; но в то же время я податель никогда не иссякающей высшей жизни. Благодаря мне ты умрешь при жизни, дабы пережить возрождение к неуничтожимому бытию.