Чтение онлайн

Томас всегда неохотно отвечал на вопросы, когда бывал не в настроении, но тут я действительно хотела выяснить, в чем дело. Я подождала, пока он пообедает и расслабится.

– Я заметила, что ты не слишком радуешься, когда мы приезжаем в школу. Иногда мне кажется, что ты не хочешь туда идти.

Томас кивнул. Потом объяснил, что произошло. Если он приходил в школу одновременно со второклассниками, они начинали обзывать его малышом, а он – не малыш. (Томас по-настоящему гордится тем, что он старший мальчик в семье.) Он предпочитал подождать, пока войдут все второклассники или приедет хотя бы кто-то из его приятелей, чтобы не входить в школу одному.

Я запаслась терпением, не стала задавать вопросов и в итоге поняла, что происходит у него в голове.

Джеки играл с соседскими детьми у них во дворе и вернулся с красным лицом, весь в слезах. Он был здорово расстроен. Раньше я бы спросила его: «Что случилось?» или «В чем дело?» Но когда я так спрашивала, я всегда получала стандартный ответ: «Я не знаю» или «Ничего».

В этот раз, вместо того чтобы спрашивать, я попыталась сформулировать утвердительную фразу – мне хотелось показать ему, что я понимаю его чувства.

– Джеки, ты выглядишь рассерженным и расстроенным одновременно.

Удивительно, но эти слова словно плотину прорвали. Он рассказал мне длинную и сложную историю о том, как один из соседских детей столкнул его с качелей, потом они обзывали друг друга «плохими словами», например, дурак или тупица, а потом ему угрожали палкой.

Джеки рассказывал, потом посмотрел на меня и… Я не знала, что ему сказать!

Дело в том, что по-настоящему воспитание детей не заканчивается на третьей картинке комикса в этой книге. Не паникуйте. Читайте дальше.

Мы подошли к незначительному на первый взгляд инструменту, который обладает великой силой. Это инструмент внимания и (почти) полного молчания.

Вы можете продолжать слушать своего ребенка с сочувствием и сопереживанием, вставляя иногда «Ого!», «Мммм», «Ну и ну», или «Хм-мм». Часто этого вполне достаточно.

Все, что от нас требуется, – настроенные на его волну уши; сочувственно похмыкивая, мы помогаем ребенку найти собственный путь через дебри чувств. Это хороший подарок, который мы можем ему подарить: не вмешиваться в процесс, вставляя свои реакции, то есть спрашивая, советуя, поправляя.

Очень важно показать ребенку, что все ваше внимание отдано ему и вы доверяете ему самостоятельно разобраться со всем этим.

Об использовании этого инструмента нам рассказала Сара.

Представьте, я это сделала! Моя семилетняя дочь пришла ко мне перед сном и пожаловалась на младшего брата… опять. В это время суток у меня остается очень мало терпения. Я могла подумать только: «Кончится это когда-нибудь?» Брат пришел в ее комнату, стал без спроса брать игрушки, дразнить дочь и все в том же духе. Обычно я пытаюсь объяснить дочери, что он еще маленький и ей следует запастись терпением. Это приводит к тому, что она начинает выкрикивать обвинения все громче и эмоциональнее. В этот раз я просто промычала:

– Мммм… ого… да, понимаю… – в точном соответствии со сценарием.

Случилось чудо. Примерно через пять минут дочь сказала:

– Ну ладно, я пошла читать, – поцеловала меня и пожелала спокойной ночи.

Мне не нужно было ничего разруливать. Я почувствовала свободу!

Джейми пришел домой из школы со словами: «У меня был ужасный день и все меня ненавидят». Обычно я начал бы с ним спорить. Как может быть ужасный день в детском саду, когда все, что они делают, это только играют, рисуют и слушают сказки? Они же не должны заполнять налоговые декларации и не застревают в пробке! И неправда, что все его ненавидят. Я бы начал перечислять всех, кто его любит: мы, родители, сестры, бабушка и дедушка, друзья.

Но в этот раз я только промычал сочувственное «Хм-мм», и обнял его. Он сел на диван и рассказал, что его друг Макс был невыносим. И снова я сжал губы, чтобы не напомнить сыну, что он сам бывает временами невыносим, а Макс его лучший друг.

Джейми рассказал мне длинную и печальную историю о том, что они с Максом обычно играли в «Звездные войны», но теперь Макс играет в «Охотников за привидениями» с новым другом, а с ним вообще не хочет играть. А сам он не хочет играть в «Охотников за привидениями», потому что это глупая игра, хотя теперь в нее играют все дети. Джейми высказался до конца, а потом потопал прочь, чтобы немного перекусить.

Я был потрясен, потому что сын никогда раньше не говорил со мной так откровенно. Я понятия не имел, что у детсадовцев такие сложные социальные отношения. Мне было его жалко, но я подумал, что в итоге он справится со своим настроением. После того как сын поделился со мной своими бедами, он заметно повеселел.

Был уже конец семинара, и мы даже немного задержались, но Тони настаивала на том, чтобы поделиться своей историей.

Мы купили в кафе несколько гамбургеров навынос, и Элле хотелось начать есть в машине. Мы все устали, и нытье дочери сводило меня с ума. Я объяснила, что она не получит еды, пока мы не доберемся до дому, и мы не собираемся есть в машине, потому что будет много грязи. Мы пререкались, и тут сестра-близнец Эллы, Дженна, сказала:

– Я знаю, Элла. Иногда так трудно подождать.

Это был переломный момент. Я сказала:

– Ты совершенно права! Иногда и правда трудно подождать.

Элла вздохнула:

– Да уж. Ждать очень трудно.

Остаток дороги прошел спокойно. Дженна поняла, что ее сестре требуется сочувствие, а не объяснение, то есть она, четырехлетка, справилась с тем, с чем не справилась ее мама. Оказывается, в четыре года дети уже знают вещи, которые я только осваиваю!

В конце этой главы вы найдете удобную страничку-памятку. Ее можно скопировать и прикрепить на то место, куда вы обычно помещаете записки. Я уверена, что вы все прочли, но это не значит, что вы вспомните об этом, когда попадете на линию огня. Если ребенок плачет, молоко убежало, тост обуглился, собака убежала и унесла в зубах использованный памперс, вам понадобится окинуть свои резервы одним взглядом!