Чтение онлайн

— Не могу больше! — пискнула моя соседка и тут же обернулась пузырьком пара.

Вскоре все вокруг забурлило, закипело. Ах, как нам было тесно и горячо!

За стальными стенками труб что-то свистело и гудело. По-видимому, пламя.

— Мы в паровом котле! — крикнул кто-то.— Там за нашими трубами горит нефть, угольная пыль, газ или торф... Ну, попали мы в переделку!

С каждой минутой трубы раскалялись все больше. И тут я обнаружила, что, испаряясь, каждая капля старается занять гораздо больше места. Все мы, обернувшись паром, изо всех сил пытались расшириться — но куда там! Нам мешали трубы. Мы так давили на стенки, что еще немного — и металл разлетелся бы в клочья. Но вдруг впереди показалось маленькое отверстие. О, как рванулись мы на свободу! Миг, и, проскочив сквозь отверстие, я ударилась о какое-то огромное колесо. Оно состояло из множества лопаток, поставленных наискосок. Струи пара ударяли в эти лопатки и вертели колесо.

За первым колесом находилось второе, третье, четвертое... Они с бешеной скоростью крутились внутри огромного стального короба. А называлось все это сооружение — паровой турбиной. Как выяснилось позже, вал турбины выходил наружу и вращал еще одну машину — генератор, который вырабатывал электричество.

Пройдя все колеса, мы так устали, что хоть и стало нам чуть прохладнее и свободнее, но сил уже никаких не было.

Тогда-то и вырвалась я на свободу, поднялась по трубе и скорей-скорей полетела к ближайшей туче.

Мне пришлось выдержать ужасное испытание, друзья. Но я не жалуюсь. Мне доподлинно известно, что я и такие, как я, мы дали свет домам, уличным фонарям, погнали по рельсам электровозы, зажгли синие огоньки электросварки, завертели валы станков, превратили куски металла в части машин и сделали еще много других дел.

— Королева! Выбираем Оранжевую! — наперебой закричали молодые снежинки.

— Постойте! Это несправедливо! — раздался чей-то голос.— На ледяной бугорок в середине подоконника поднялась толстая белая снежинка.— Это несправедливо,— повторила она.— Подумаешь, я тоже добывала электричество. Я летом попала в реку и текла вместе с миллионами таких же, как я. А потом, когда доплыла до плотины, вода вместе со мной вдруг ухнула вниз и... и ударила по лопаткам турбины. Только не паровой, а водяной. Так что я тоже добывала электричество. Это несправедливо — надо всех выслушать!

— Не надо! Все ясно! — закричали на подоконнике.

— Тихо! — приказала старая желтая снежинка.— Белая сказала правду. Надо всех выслушать. А потому — прошу! — И она пригласила на ледяной бугорок еще одну кандидатку в королевы.

Эта снежинка была темнее других, ее платье было слегка сероватое, будто припудренное пылью.

— Я не хочу приуменьшать заслуг моих предшественниц,— сказала она.— Но я тоже сделала кое-что. Оранжевая сказала, что, обернувшись паром, она добывала электричество. Но, чтобы вода стала паром, нужен огонь. Чтобы был огонь, нужно горючее, скажем, уголь. А уголь для электростанции был добыт не без моего участия.

— Не иначе эта грязнуля была шахтером! — сострил кто-то. Вокруг захихикали.

— Да, именно шахтером,— подтвердила серая снежинка.— Под землю я цопала из озера. Насосы качали воду и гнали ее вниз. А внизу, в забое, стояла пушка. Да не простая, а...

— ...Золотая! — снова сострил кто-то.— Братцы, нас берут на пушку!

Дружный смех прокатился по подоконнику. Но Серая снежинка не смутилась.

— Пушка стояла не простая,— повторила она,— и не золотая, а водяная.

Смех сразу утих.

— Вода из нее бьет с такой силой, что ударь палкой по струе, отскочит палка, если сильнее ударить, палка сломается, а струю ни за что не перебьет. Но палка мелочь — камень и тот не может выдержать. Под землей гидромонитор стреляет по угольному пласту. Вода откалывает, дробит, ломает уголь. А управляет пушкой всего один человек. Если бы вы видели глыбу, которая отвалилась и раскололась в тот миг, когда я и миллионы моих сестриц ударились о черную стену забоя!

Но это еще не все. Раскрошенный чудо-пушкой уголь доставляется наверх не вагонетками, не транспортерами. Его уносит опять-таки вода, то есть мы! Вместе с водой угольную крошку выкачивают из шахты насосы.

Вот и все, что я хотела сказать. А верить мне или нет — это уж ваше дело.

На подоконнике поднялся шум, разгорелись споры: одни считали, что королевой должна стать Серая, другие утверждали, что Оранжевая.

Но тут на ледяной бугорок, сверкая фиолетовыми искорками, поднялась еще одна снежинка:

— Серая добывала уголь! — крикнула она.— Ну и что? Ведь сегодня нефть гораздо важнее, а я добывала нефть.

Все насторожились.

— Нефть — это бензин, керосин, мазут. Это смазочные масла, это резина, пластмассы, искусственные ткани — словом, химия...

— Простите,— перебила старая желтая снежинка,— а ты?.. Ты сама-то что сделала?

— Меня, как и Серую снежинку, тоже пустили под землю,— сказала Фиолетовая.— Насосами накачали. В нефтеносном пласте нефти осталось мало, и сама наверх она уже не шла. Да и выкачивать ее стало трудно. Тогда-то люди и решили пробурить еще одну скважину и пустить по ней воду. Заработали насосы, погнали вниз воду, и стала вода выжимать нефть из всех пор и щелок нефтеносного пласта. А нефть ведь легче воды, вот вода и подняла ее на себе кверху, к нефтяной скважине. Целый год эта скважина стояла без дела. Кое-кто думал, что она вообще свое отработала. Но вот вновь ожили, загудели моторы и погнали по трубам нефтяной ручей. Вот и вся моя история.

— Только-то?! — зашумели снежинки.— Ну, нет! Работа твоя, конечно, важная, но очень уж простая.

— Что ж, если вы хотите узнать о более сложном деле, тогда позвольте мне.— На бугорок вышла снежинка в тончайшем кружевном наряде с вырезами.— Видите ли, я работала на заводе — помогала строить машины,— сказала она.

— Это как же понимать? — крикнули с дальнего конда подоконника.— Подружки, она, наверно, просто пол мыла!

— Да что вы! — отозвались с противоположной стороны.— Эта Кружевная работала не иначе как на токарном станке.

По подоконнику прокатился смех.

— Ой, я сейчас растаю! — запищала какая-то малышка, давясь от хохота.

— Напрасно смеетесь,— сказала снежинка в кружевном наряде.— На станках работали такие же, как я, снежинки. Впрочем, мы тогда были не снежинками, а водяными капельками. Как работали мои подружки? А вот как. Взять хотя бы тот же токарный станок. Вертится на станке стальная заготовка, а с нее резец снимает стружку. Вьется синей пружинкой стружка, и становится заготовка под резцом гладкой, появляются на ней в нужных местах канавки, утолщения.

От такой работы резец ужасно раскаляется, ему бы и минуты не выдержать, если бы не мы, капельки. На то место, где соприкасается резец с заготовкой, непрерывной прохладной струйкой льется специальная эмульсия. Она не только охлаждает резец. Смоченный этой эмульсией, металл заготовки оказывается гораздо податливее сухого.

А основная часть эмульсии, как вы, наверно, догадались,— вода.

Еще я слышала о сверлильных станках, где вместо стального сверла работают тонкие, но необыкновенно сильные водяные струйки. Хоть такие удивительные станки мне не попадались, зато я и тысячи моих подружек изрядно потрудились в кузнечном цехе.