Как летают птицы
Шрифт:
К тому моменту, когда все спиннинги снова были заброшенными, солнце уже выглянуло, и моё настроение стало подниматься вместе с ним. Я был решительно настроен наловить к вечеру рыбы так, чтобы, как минимум, было чем похвастаться перед Славиком.
Раньше я не замечал такой зависимости от солнца, как после разрыва с Наташей. Мне было не важно какая на улице погода, если я находился в тёплом и сухом помещении. Моё настроение никак не зависело от метеосводки. Когда я остался один, то долгое время меня не покидали чувства вины и отчаяния, которые привели к глубокой депрессии и даже попытке самоубийства.
Когда время безжалостно медленно стало залечивать мои душевные раны, я не сразу заметил странную закономерность, которой раньше точно за собой не наблюдал: в дождливые дни мне было невыносимо трудно не только справляться со своими разрушительными мыслями, но и находиться с самим собой в одной комнате; когда день был ясный, то во мне распускался цветок надежды, благодаря которому, наверное, я и смог привести себя в порядок к окончанию лета.
А совсем недавно я случайно прочёл в газете, что в Скандинавии зимой совершается невероятное количество самоубийств среди молодёжи. Причина кроется в полярной ночи, которая практически полностью скрывает солнце от северных народов почти на полгода и лишает их таких гормонов счастья, как серотонин и дофамин.
Что-то похожее на дефицит гормонов счастья в моей мрачной безрадостной жизни стал испытывать и я. Когда Наташа перестала быть моим источником счастья, мой организм стал испытывать острую потребность в ультрафиолетовом излучении.
Утренний клёв с каждой минутой разочаровывал всё сильнее. К девяти часам утра я поймал только три совсем не больших устирки. Рыба брала наживку очень неохотно. Несколько раз после уверенной поклёвки добыча сходила с крючка при попытке её подсечь, что говорило о вялом поведении речных обитателей. Я никак не мог понять, с чем это может быть связано. Обычно рыба так себя ведёт к перемене погоды, но прогноз не предвещал никаких серьезных изменений.
Так или иначе, мой организм окончательно проснулся и захотел есть. Вчерашний улов уже не подавал признаков жизни, и его следовало немедленно приготовить, пока он не испортился. Для этого мне понадобилось развести костёр, что не составило большого труда. Я быстро насобирал уже высохших после утренней росы веток и поломал их таким образом, чтобы из них удобно было складывать очаг. Внизу я сложил палки потолще, затем присыпал их выжженной солнцем травой, а сверху по периметру выстроил из мелких палочек шалаш, оставив себе доступ к находящейся внутри траве. Я предпочитаю пользоваться спичками, а не газовыми зажигалками. В спичках есть какая-то особая романтика, которая не поддаётся описанию. Первая же попавшая в траву спичка спровоцировала пожар, который быстро охватил весь палочный домик, и уже через мгновение костёр разошёлся, как следует.
Подбросив ещё веток, я отправился к ближайшей иве, которая росла чуть в глубине острова, чтобы нарвать хорошую жменю её листьев для приготовления рыбы горячего копчения по рецепту моего бывшего тестя. Он меня научил этой полевой хитрости, когда мы впервые оказались на острове вместе.
Когда я вернулся и сложил листья рядом с костром, мелкие ветки уже перегорели, и в огне оставались только дрова покрупнее, которые постепенно превращались в необходимые мне для поддержания жара угли.
Пришло время заняться рыбой. Я достал из кармана свой любимый складной ножик и без труда очистил обе вчерашние рыбёшки от чешуи. В то время, когда я только начал всерьёз заниматься рыбалкой, я очень увлёкся всевозможными складными многофункциональными инструментами. Они очень удобны для туристических походов, рыбалки и охоты из-за своей компактности. Я накупил тогда довольно много самых разных складных вещей, многие из которых и в этот раз были у меня с собой. Например, у меня было два складных ножа, один из которых имел в себе отвертку, открывалку для бутылок и консервных банок, а так же какие-то неизвестные мне устройства; плоскогубцы, которыми я пользовался, чтобы вынимать крючки из зубастой пасти щуки или судака, обладавших ещё несколькими разными отвёртками; а так же складная пила для древесины и походная лопата, которую можно было трансформировать в кирку. Когда-то у меня был даже складной топорик, но он потерялся на одной из рыбалок со Славиком.
После того, как рыба была почищена, я её выпотрошил, а внутренности выкинул в реку, чтобы они не воняли и не привлекали мух. В воде эти потроха либо найдут чайки, либо позже они станут прекрасным ужином для раков.
Следующим этапом подготовки была насечка рыбы. Для того чтобы мелкие косточки не портили всё впечатление от сочного нежного мяса, хорошенько промыв тушки в реке, я сделал глубокие вертикальные надрезы вдоль всего тела рыбы на расстоянии двух-трёх миллиметров друг от друга. Таким образом, кости измельчаются и хорошо прожариваются, мясо легко отделяется от хребта и не доставляет никаких хлопот при разделывании. Даже у самой костлявой рыбы после такой процедуры остаются после жарки только рёбра и хребет.
Конец ознакомительного фрагмента.