Чтение онлайн

— Первых шагов к чему?

— К обольщению, конечно же. У тебя ведь были свидания с мужчинами до этого. Тогда ты должна знать…

— Что бокал шардонэ был первым шагом к судьбе, худшей, чем смерть? — Лисса потрясла головой. — Прости, я, должно быть, задумалась и упустила нить твоих рассуждений.

Роум остановился и раздраженно уставился на нее.

— Тогда слушай внимательно. Если ты хочешь, чтобы свидание прошло без осложнений для тебя…

— Но ведь в этом-то и дело, — язвительно произнесла Лисса. Терпению ее, кажется, пришел конец. — Если я собираюсь заиметь ребенка, то должна быть готова к определенным осложнениям для себя, не так ли?

— Совершенно не так! Что за бессмысленная, идиотская…

— Не хочешь ли добавить «женская» к этому перечню? — ехидно спросила Лисса. Почувствовав ловушку, он вынужден был умерить свой пыл.

— Послушай, Лисса. Я действую в твоих же интересах. Необходимо, чтобы кто-то предостерег тебя относительно таких мужчин, как Аксель. Он привык к определенному образу жизни, и, смею тебя заверить, уровень этот весьма высок. Мы много разъезжали с ним вместе, и я многое мог бы рассказать тебе о его привычках. При каждой остановке — женщины. Женщины, которые из кожи вон лезут, чтобы забраться в постель к парню, который хотя бы выглядит так, как он…

— Или как ты? — Она оперлась локтем о подлокотник дивана, задумчиво постукивая пальцами по подбородку. — Знаешь, поневоле задумаешься, откуда ты так хорошо осведомлен о том, как ведут себя такие парни в командировках. Не по своему ли опыту? — Лисса изо всех сил старалась, чтобы ни малейшая нотка горечи не прозвучала в ее голосе.

Неужели он покраснел?

— Я не собираю коллекцию девиц из разных штатов, — произнес он с достоинством.

— Охотно верю, — сказала она не без сарказма.

Лисса воспользовалась бы случаем поспорить с ним еще, но, бегло взглянув на каминные часы, поняла, что времени на это у нее уже не осталось.

Вскочив с дивана, она взглянула ему в глаза.

— Слушай, Роум, ты предупредил обо всех подстерегающих меня опасностях. Спасибо. Я допускаю возможность, что Акселю захочется заказать мне выпивку. Или даже — упаси, Боже! — взять меня за руку. Но у меня уже нет времени слушать об остальных коварных методах обольщения. Я должна быть готова, он скоро придет.

— Но я не сказал тебе самого важного!

Лисса ласково потрепала его по щеке.

— Ты можешь мне доверять, Роум. Я вняла твоим наставлениям.

Выходя из комнаты, она обернулась. Счастье еще, что он не предложил запись своей лекции, чтобы с Акселем слушали ее по пути на концерт!

К тому времени, когда Лисса поднялась в свою комнату, ее начал душить смех, а когда она встала под душ, смех перешел в неудержимый хохот.

Стоило бы посмотреть на выражение лица ее кавалера, предложи она проиграть такую запись!

Лисса натянула тонкие чулки, пристегнула их к поясу. Поднимаясь к себе, чтобы принять душ, она слышала протестующий голос Роума, доносившийся из гостиной. Ее даже позабавила его бурная реакция на ее свидание, инициатором которого являлся он сам.

Она скользнула в платье для коктейлей из черного кружева, застегнула «молнию» и подошла к зеркалу, чтобы поправить прическу. Немного добавить губной помады, нанести капельку духов на запястья и мочки ушей, и она готова.

Ей не доводилось раньше встречаться с Акселем Стивенсом, хотя она, конечно, слышала о нем. Судя по всему, он был не совсем тот человек, с кем она хотела бы познакомиться через Роума, но, на первый взгляд, знакомство имело перспективы.

По крайней мере, имело бы, сумей она избежать все новых и новых препятствий, воздвигаемых Роумом.

«Кто бы мог подумать, что Роум настолько старомоден?» — подумала Лисса. Ей с трудом верилось, что Бродяга Роум, преуспевающий бизнесмен и известный плейбой, может придерживаться таких консервативных взглядов на то, как следует вести себя при свидании с мужчиной.

По крайней мере, как следует ей вести себя.

Лисса сильно сомневалась, чтобы сам он, встречаясь с женщинами, был хотя бы в малой степени столь же осмотрителен. Особенно, учитывая такое исходящее от него чувственное напряжение, что при каждом соприкосновении словно искра проскакивала между ними. При одном воспоминании об изгибе его губ у нее пересыхало во рту…

Она заставила себя остановиться. Ей нельзя думать о Роуме Новаке, по крайней мере так думать. Он не для нее. Не для женщины, занимающейся поисками мужа. Роум напоминал ей парящего высоко над землей орла, дикого и свободного. Трудно представить себе Роума Новака погрязшим в повседневных домашних заботах.

Это мысль вызвала на ее лице усмешку, но тут раздался звонок в дверь, оборвавший ее размышления. Лисса поспешила к входной двери, но Роум уже открыл ее и впустил Акселя, когда она была еще на полпути к холлу.

— Входи, Аксель. Лисса еще не вполне готова, — встретил Роум своего приятеля.

Лисса остановилась, вспомнив, что не надела туфли, и на цыпочках поспешила назад в свою спальню.

— Что ты здесь делаешь?

Этот низкий голос, несомненно, принадлежал Акселю.

Она не слышала ответа Роума. Всунув ноги в черные туфли на высоких каблуках и схватив вечернюю сумочку, она снова поспешила в холл.

— Привет, Аксель. Я Лисса. — Она протянула руку высокому, скандинавского типа мужчине, стоящему рядом с Роумом.

— Привет, Лисса. — Он взял ее руку в свои ладони и широко улыбнулся. — Я счастлив наконец-то видеть вас. Роум так много мне о вас рассказывал. — Аксель склонил голову, чтобы поцеловать ей руку.

— Мне о вас тоже, — Лисса старалась быть максимально любезной, но глаза ее глядели поверх склоненной головы на Роума.

Интересно, под каким номером в списке запретов у него значится целование рук?

Она надеялась, что Роум будет вести себя цивилизованно и не вздумает протестовать против обычного жеста вежливости.

— Гм-м, думаю, вам пора двигаться. — Намек был тяжеловесен, как сосулька, падающая на голову, хотя и вполовину не столь прозрачен.

Аксель наконец-то отпустил ее руку, и Лиссе пришлось сделать над собой усилие, чтобы не вытереть ее о платье. Поцелуй руки длительностью пятнадцать секунд — это показалось ей чрезмерно для первой встречи.

Когда Аксель сделал шаг к выходу, Роум впервые увидел ее платье и нахмурился. Платье длиной до середины бедра красиво очерчивало фигуру и делало Лиссу, как ей казалось, чрезвычайно привлекательной.