Как (не) забеременеть от зятя
Шрифт:
– Тебе плохо?
Кира смогла кивнуть.
– Сама до смотровой дойдешь? Это здесь, рядом. Вторая дверь от тебя.– и лекарка махнула рукой в сторону двери,– позовем ли нянечку?
– Я сама…
Кира порывисто встала, и, придерживаясь рукой стены, двинулась к смотровой.
Доктор пошла вперед и широко распахнула дверь. Кира вошла, и не ожидая приглашения улеглась на кушетку.
– Ты хотя бы пальто сняла.– так же глядя на нее поверх очков строго проговорила врачиха, но бросив глазом по ее фигуре добавила,– какую неделю?
– Сдается восемнадцатый…
– “Кажись”…– передразнила Киру лекарка, – на учет хоть стала?
– Да … Позавчера. Но не здесь. В Киеве. Я сюда к дочери приехала…
– Фамилия?
– Мое, или дочери?
– Твое, конечно, я должен тебя записать в журнал.
– Чудновская…
– А, разумеется. Твоя в четвертой отдельной у меня. Так ты приехала к ней с радостным известием? – врачиха кивнула в сторону Кириного живота.
– Нет … она не знает и я…
Вдруг Кира замолчала-в палату сквозь приоткрытую дверь заглянул Сергей.
– Так вот ты, ой … вот вы где…
– Что ты здесь делаешь?– врач гневно зыркнула на Сергея.
– Да вот, Карина разволновалась, с мамой ли все хорошо. Она меня даже отправила вам такси поймать, я из палаты-а тебя, то есть вас, уже нет… что-то не то, думаю… с ней все в порядке? – Сергей придирчиво посмотрел на Киру, а потом перевел взгляд на лекарку.
Кира тоже смотрела на лекарку. В Кириных глазах застыла мольба. Но поймет ли врач, что Кира скорее умрет, чем признается Сергею в своей беременности? Только бы она поняла…
Глава третья
– Послушай, молодой человек,– врач поправила одним пальцем свои очки, – тебе что-то говорят слова “климакс” и “гормональная перестройка”?
Сергей пожал плечами:
– Да вроде слышал … А вообще-то я в этом ничего не понимаю. Скажите просто – она в порядке?
Словно не слыша его, врач продолжила тоном, не терпящим возражений:
– Так вот, молодой человек, женщине порой трудно говорить о некоторых вещах даже с врачом, поэтому лучше уходи отсюда, и не становись причиной дискомфорта своей тещи…
Сергей пару раз переступил с ноги на ногу, но лекарка не сводила с него пронзительного взгляда, и ему ничего не оставалось, как убраться со смотровой.
Врач плотно захлопнула за ним дверь, и вновь обратилась к Кире –
– Итак мы остановились на том…
Кира быстро залезла в свой ридикюль, вытащила пятисотку и сунула лекарке в нагрудный карман.
– Это совсем необязательно … – врач внимательно посмотрела Кире в глаза, – но все равно, спасибо.
Она помогла Кире снять пальто, а потом взяла тонометр и померила ей давление.
– Ну, не айс, но в пределах … – врач достала из стеклянного шкафчика ампулу и шприц.
– Что там киевляне, ничего подозрительного позавчера не обнаружили?
– Да нет… сказали даже, что все даже лучше, чем обычно, по крайней мере в моем возрасте…
– Ох уж эти столичные оптимисты.– хмыкнула докторша вводя иглу шприца,, – а они тебе говорили, что нервничать нельзя?
– Говорили…
– А ты?
Кира хлипко улыбнулась.
– Правильно … а ты пригналась в Харьков, чтобы понервничать вместе с дочерью. К тому же еще и не хочешь, чтобы кто-то из родных узнал о твоей беременности… я правильно тебя поняла?
Кира кивнула:
– Так…
Врач искренне улыбнулась:
– Не женщина-кремень! Кстати, меня зовут Татьяна Петровна.
– Очень приятно…
Татьяна Петровна села за стол и открыла журнал.
– Ну, а теперь запишем…
Кира озабоченно села на кушетке. Но Татьяна Петровна вновь улыбнулась.
– Да не бойся ты! Это же врачебная тайна – твои ничего не узнают.
Лекарка взялась было за ручку, но вдруг что-то будто вспомнила, хитро прищурила глаза и заговорщицки прошептала:
– А чего это твой зять к тебе то на “ты”, то на “вы”? Вы же как будто не ровесники, да и на брудершафт небось не пили.
– Нет, на брудершафт не пили…
– Итак?..
Кира замолчала. "Сказать, не сказать?"И тут, будто сам собой, ее рот открылся и она тихо проговорила:
– Я от него беременна…
Врач удивленно уставилась на нее:
– Ну ты даешь, мамаша … он, что одновременно с вами…
– Ни. Не одновременно. Мы с ним расстались, и, как оказалось, он поехал в Харьков, чтобы соблазнить мою дочь и отомстить мне за то, что я его, скажем так, отшила… но вот на днях я узнала, что мы обе…
– Ну, значит дочь твоя оказалась не слишком крепким орешком… хотя, учитывая прелести данного самца… у вас разница с дочерью неделю-две, понимаешь?
– Этого не может быть!
– Это ты мне рассказываешь?– Петровна сердито зыркнула на Киру.
Кира замолчала. Врач немного смягчилась и продолжила:
– Допустим, я кое-что могу ошибаться, но если вы родите с разницей в пару недель, то дочке твоей придется придумывать историю о семимесячном. Но это уже ваши дела…
Петровна снова взялась за ручку.
В голове у Киры завизжало ”" может прямо сейчас пойти, и спросить у Карины? А если Сергей еще там? Можно послать Татьяну Петровну проверить, ушел ли он. Но Карине нельзя сейчас нервничать … Погодите, если ребенок не Сережа, то чей? Андрея небось … а может она и сама не знает от кого беременна? Неужели она так же как и я – выходит замуж не зная чью носит ребенка? Бывает же такое.. Я вот только когда малая подросла, поняла, что она точно не от Алика…”
Через час Кира уже ехала по Харькову в такси, которое вызвала прямо из манипуляционной.
Харьков жил ожиданием Нового года: везде сияла иллюминация и улыбались щеголеватые елки. Утренние переживания немного улеглись, и Кира мечтательно смотрела вокруг, представляя, как за год будет встречать Новый год со своим малышом…
– Остановите, пожалуйста, здесь, и подождите меня. Я постараюсь не долго…
Кира ткнула водителю пятисотку и вышла возле яркого бутика “Диор”.
Она уже заранее знала какое платье ей надо – короткое, черное, расширяющееся звоном к низу… в стиле шестидесятых-чтобы показать стройные ноги и скрыть изменения в ее фигуре. А еще, для настроения, Кира взяла флакон “Пур Пуазон”. Потом она заехала еще в два торговых центра, купила всевозможную мелочевку и немного продуктов, потому что в холодильнике ее квартиры не было ничего, кроме консервов.