Как (не) забеременеть от зятя
Шрифт:
"Это только гормоны, только гормоны… – успокаивала себя Кира,– я же беременна, черт побери, у меня должно быть влечение к мужчинам… Тем более, это мой бывший муж… Почему я не имею права на определенные чувства к нему".
– Может зайдешь на кофе?– вдруг проговорила она.
Алик на мгновение задумался, а потом улыбнулся, и, будто передразнивая ее, ответил:
– А почему бы и нет?
Лифт остановился на четвертом этаже. Дверь отворилась. Кира оторвала свои губы от Аликовых. Он нежно обнимал ее за талию, а руки Киры обвивали его шею.
– Выходим…
Алик с легкостью подхватил ее на руки:
– Куда прикажете нести вас, моя королева?
Кира со смехом указала на дверь своей квартиры.
Через пять минут они уже были в постели. Их тела, помнившие друг друга словно наизусть, сплелись в порыве страсти. Сейчас им опять было по двадцать, совсем как тогда…
Когда утихал один прилив страсти, он сразу сменялся новым. Кира украдкой взглянула на стену – часовая стрелка безжалостно приближалась к полуночи. "Сейчас сказка закончится, и Золушка останется одна… даже без хрустальных башмачек…может предложить Алику остаться? Нет.. ничего не получится … дома его ждет жена … дети … но я не хочу оставаться одна” " предчувствие неминуемого одиночества сжало ее сердце. Она откинулась на подушку, и стеклянными глазами пялилась в потолок.
– Кира?– Алик нежно провел пальцами по ее бедру.
– Что?– грустно отозвалась она.
Он помолчал. Кира почувствовала гнетущую нерешительность в его сдавленном дыхании. “Сейчас. Сейчас он скажет, что ему пора… и уйдет… он уйдет, а я останусь одна… сама, в этой холодной постели.."В глазах у нее встали слезы. Кира была готова разрыдаться…
– А можно я останусь у тебя?
Кирино сердце екнуло и затрепетало как птица в тенетах. В горле пересохло. Всего несколько секунд назад она страстно желала, чтобы он остался… а теперь… а теперь он сам этого попросил… Кира молчала.
– Кира? Ты меня слышишь?
Алик приподнялся на одном локте и посмотрел ей в глаза. В глазах ее светились лукавые огоньки.
Вдруг она набросилась на него как тигрица и со смехом повалила на спину, прижав всей тяжестью своего горячего тела:
– Остаться на сегодня, или на совсем? Отвечай, негодяй, но имей в виду – под Новый год желания осуществляются! Слышал о таком?
Когда и эта неистовая волна страсти была отступила, Кира перевела дыхание, и будто невзначай спросила:
– Алика, а как же там твоя благоверная, дети?
Этот вопрос мучил ее еще из ресторана: сегодня ему ни разу не позвонила жена. Хотя несколько лет назад, когда Кира ходила с Аликом к адвокату, та звонила каждые пять минут.
– Понимаешь…– Алик откинулся на подушку и задрал подбородок к потолку, – дело в том … дело в том, что я ушел от нее..
– Куда пошел?– Кира села в постели.” Что за глупость я спрашиваю… " – пронеслось у нее в голове.
– К родителям. Я сейчас живу у своих родителей. Мы с Олей решили, что должны пожить отдельно, подумать…
– О чем подумать, Алика? Тебе сорок семь лет, у тебя двое малых детей. О чем ты собрался думать?
– О том, что никогда не поздно все начать с чистого листа…
Он схватил Киру за плечи и начал страстно целовать ее лицо, грудь, живот … Кириным телом разлилось томное тепло…
Неожиданно спокойствие ночи словно ножом разрезало теленка Кириного телефона.
Кира вскочила легко соскользнула с кровати и побежала в прихожую. Алик завороженно смотрел ей вслед. На ее белом теле мерцал голубой свет, превращая ее фигуру в сказочную снежную Королеву.
Звонил Сергей … сердце Киры остановилось, и тяжелым камнем упало где-то вглубь груди.
"Неужели что-то случилось с Кариной?"Пальцы ее моментально похолодели:
– Слушаю…
Глава пятая
Сергей, как и было договорено с врачом, привез Карину после ресторана домой.
– Боже мой, как же же дома хорошо…– вздохнула она с облегчением.
Не снимая шубы девушка плюхнулась на диван:
– Любимый, А что у нас есть поесть? Я голодна, как стая зеленых обезьянок!
Сергей улыбнулся:
– Я сегодня заезжал в маркет и много чего купил, но приготовить конечно же не успел ничего. Поэтому извиняй, из готового есть колбаса, сыр и, конечно же, селедки… я понимаю, что это банально, но большинство мужчин считает, что это для беременных … ну, скажем так, продукт первой необходимости… а я-мужчина…
Карина рассмеялась:
– Это уж точно… у вас мужчин довольно странные стереотипы… и, кстати, не только в отношении женских вкусов … но то такое. Скажи-ка, а может и мороженое ты купил?
– Я же говорил-у меня глуповатые стереотипы… так что мороженое я тоже купил. Кстати-клубничное…
Оба рассмеялись, и Карина, выскользнув из своей шубы бросилась к огромному сайд-бай-сайд холодильнику, распахнула дверцу и начала ревизию. Все, что ей нравилось она выкладывала на мраморный барный стол, отделявший зону огромной гостиной от модерновой кухни. Планировку и дизайн квартиры Карина разработала сама – ей нравились современные решения в стиле лофт, с условным зонированием пространства, когда из одной точки можно увидеть, что делается во всей квартире. Именно поэтому ее мать и приглашала сторонних дизайнеров для обустройства своих домов-их с Кариной взгляды на дизайн категорически не совпадали.
– А еще у меня есть елочка… – Сергей неловко улыбнулся, – здесь, на лоджии… только я без тебя не решался…
– Что ж ты молчишь! – аж подскочила Карина, – тащи ее сюда!
– Но ведь ты как будто собралась поесть?– Сергей размашистым жестом руки провел вдоль батареи вкусностей, выстроившейся на барной стойке.
– Так и что? Ты будешь украшать, а я-управлять.
– Ясно.
Он пошел на лоджию, а через минуту вернулся с пушистой двухметровой красавицей-елочкой. В комнате сразу пахнуло Новым годом. Сергей поставил елку посреди комнаты, благо крестовину к ней приладили еще на базаре, и с вопросом в глазах посмотрел на Карину.
– Игрушки в шкафу которая напротив кровати! Да ящик, что под телевизором!
Закомандовала она, виделкой указывая любимому направление поисков.
Сергей приволок коробки с новогодними украшениями и принялся за работу. Глаза Карины сияли счастьем – она обожала новогодние праздники: запах елки, приготовление оливье, ожидание подарков … Сергей прервал полет ее сентиментальных мыслей:
– А знаешь, Кариш, у тебя классные родители…
"Кариша…"–в сердце быстренько вернулась сентиментальность, – ее давно никто уже так не называет… разве что пару старых подружек. А еще иногда называет мама, но только по телефону, когда очень заскучает…