Чтение онлайн

Проводив подругу, девушка устроила пострадавшее животное на своей постели, приняла душ, и решила заняться своей раной. Выглядела та, если честно, не очень хорошо. Место укуса было ярко-красным, распухло и пульсировало болью. Наложив заживляющую мазь и повязку, Натали вынуждена была принять обезболивающее, так как в придачу к ноге, у нее так же начала болеть и голова.

Всю ночь ей снились кошмары, вызванные болью и жаром: она видела странные фигуры животных, копошащиеся в какой-то норе, видела чужих, но не так, как на лекциях и симуляциях, а каким-то странным, внутренним зрением, это было скорее ощущение, чем картинка. Кроме того, она много раз просыпалась, так как боялась раздавить Малютку: она почему-то была уверена, что это чей-то детеныш, хотя ни за какие коврижки не смогла бы объяснить причину этой своей уверенности.

Встала она совершенно разбитой, но вынуждена была идти на построение, потому что в противном случае к ней явилась бы бригада из лазарета, чтобы проверить, все ли с ней в порядке. А она не хотела, чтобы они увидели ее нетривиального питомца. Однако через час она уже вернулась домой: ее хромота не осталась незамеченной и после перевязки и подробного допроса врачами, она была отослана домой, на поправку здоровья с указанием отлежаться пару дней.

Малютка скакал по кровати, явно наслаждаясь ее чистотой и мягкостью. От его повязки не осталось и следа – он разгрыз ее в клочья, а на ноге не было ни малейшего намека на давешнюю травму. Натали пожала плечами и едва успела подхватить прыгнувшего к ней на руки зверька. Он жадно принюхивался к ее дыханию, тычась в лицо, в шею. Это было щекотно, девушка рассмеялась. Неожиданно ее осенило, что она чувствует радость Малютки – оттого, что он ее увидел, что лапа больше не болит, что сейчас они пойдут гулять. Расценив последнее как приглашение к действию, Натали похромала к выходу.

Она спокойно прошла к выходу с базы, зная, что никого не встретит на пути в это время дня. Удивленно и немного насмешливо смотрела она, как ее животное большими скачками носилось вокруг нее, жадно обнюхивая все вокруг, словно щенок. Сходство в повадках было поразительным, несмотря на совершенную разность во внешности.

Когда они вышли за калитку и отошли немного вглубь дикой территории, Натали остановилась. Она присела на корточки и дождалась, когда Малютка подойдет к ней. Она почему-то знала, что это обязательно произойдет, и он действительно прискакал, как будто она его подозвала.

– Иди домой, дурачок, – ласково прошептала она, поглаживая доверчиво подставленное ей брюшко. – Иди домой.

И тут же поняла, что никуда он не пойдет. У этого маленького звереныша с огромной способностью к выживанию и телепатическими способностями уже двое суток не было ни дома, ни матери, ни сестер и братьев, съеденных заживо инопланетными монстрами. Двое суток бежал он от начавшейся распространяться заразы, ни на минуту не останавливаясь, пока не попал под каблук ее армейского ботинка. От страха и боли он укусил ее. В укус попала его слюна. Побежав по ее сосудам, она попала Натали в мозг, образовав новые нейронные связи, которые позволили ей чувствовать его, читать его мысли и видеть его образы. Слизав кровь с ее щеки, он не только получил возможность узнать ее, общаться с ней, но и стал ей кровным братом, связав навеки свою жизнь с ее.

Натали упала на колени и расплакалась. От жалости к малышу, от его страха и боли, от ужаса увиденного его глазами, от осознания того, что приближается угроза, война и смерть – чужие перешли в наступление, начали расширять свою территорию. Малютка забрался ей на плечо, прижавшись всем телом, обвил ее шею мягким хвостом и затих, передавая ей каким-то своим способом чувство утешения и поддержки. Постепенно ее рыдания стихли, она утерла лицо и похромала обратно, намереваясь сообщить начальству обо всем, что она только что узнала.

10.

Но в этом уже не было никакой необходимости. Судя по царившему на базе суетливому оживлению, разведка сработала, как обычно, четко и своевременно. Вооруженные люди бежали в сторону гаражей, оттуда выезжали джипы, легкие бронированные танки, над взлетным полем поднялись первые самолеты. Натали поспешила к дому, стараясь не обращать внимания на ноющую лодыжку. Надев скафандр и схватив винтовку, она мысленно приказала Малютке сидеть дома и дожидаться ее возвращения. Он издал странный скрипучий звук и от обиды залез под одеяло.

На полигоне уже никого не было, она нашла свой отряд рядом с огромными воротами, которые сегодня были открыты настежь, выпуская одновременно пехоту, машины, танки, артиллерию и какие-то еще войска, названия которых Натали так и не запомнила за все время обучения. Капрал быстро прошел вдоль строя, раздавая всем какие-то странные устройства, напоминавшие металлические нарукавники. Глядя, как Лаура ловко надевает прибор на левую руку, Натали наконец-то поняла назначение креплений на рукаве скафандра, которым никак не находилось объяснения. Это были именные счетчики, настроенные на ДНК владельца, связанные не только с его организмом и отслеживающие состояние и количество жизненных сил. Они так же отслеживали траектории любой пули и снаряда, выпущенных солдатом, чтобы засекать смерть врага и начислять вознаграждение за убитых пришельцев. Умная машина плотно обхватила руку девушки, заставив ее поморщиться, потом ослабила хватку, и через пять минут Натали уже забыла про нее.

Плохо было то, что их отряд выступал последним, как новичков, их могли отправить в бой только в самый последний момент, при безвыходном положении. Поэтому они шли пешком, потом легкой рысцой, что причиняло массу неудобства больной ноге. Однако по мере приближения к месту боевых действий, уже не нога беспокоила ее. А страх, что она не справится, если дело дойдет до реального боя. Одно дело полигон и тренировки, совсем другое – враг лицом к лицу. Учитывая то, что она видела, на что способен этот враг, через телепатическое зрение животного, оставшегося сиротой в течение двадцати секунд. Ровно столько времени понадобилось монстрам, чтобы уничтожить всю его стаю. Ей было страшно.

Их отряд отправили на левый фланг, и у нее немного отлегло от сердца. Она прекрасно знала, что здесь противника нет. Она так явственно это чувствовала, хотя не смогла бы никому объяснить, откуда взялась эта уверенность. Натали решила кое-что проверить. Ей не впервой уже было нарушать правила и запреты, поэтому она тихонько поползла вперед, стараясь скрыться за неровностью местности и остаться незамеченной. Она ползла до тех пор, пока не обогнула холм, скрывший ее от глаз товарищей и командиров. Тогда она встала.

Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее побежала она вперед, туда, где мелькали вспышки, то и дело возникали клубы дыма и слышался неровный гул. Ее шаги превратились в длинные скачки, тело стало легким, практически невесомым, она словно опять летела над землей, окутанная клубами сверкающей пыли. Летела, пока не натолкнулась на невидимую стену.

Тело среагировало быстрее мозга, она уперлась каблуками в землю и села на пятую точку. Ее мысленное зрение ясно видело в десяти сантиметрах от ног пульсирующую красную линию – граница, до которой могли достать подземные щупальца, утыканные ядовитыми шипами, которые протыкали насквозь не только кожу и мясо, но и кости, и от которых не спасал ни один скафандр. Она тяжело дышала, тело пыталось справиться с выбросом адреналина, на запястье зажглась красная лампочка – таким сильным было возбуждение. Тихонько девушка подтянула ноги к себе – подальше от опасности. И неожиданно стала абсолютно спокойной. Она четко знала, что линия не двинется дальше – это были просто часовые, расставленные по периметру, охраняющие подступы к улью. Знала, что они не смогут ее засечь, пока она не переступит эту линию. Кроме того, она почувствовала, и даже увидела в своей голове, как словно рождественские лампочки, зажигаются места расположения всех укреплений чужих в радиусе полукилометра от нее. При желании она могла даже нарисовать карту, если бы было чем, но это была не проблема. Увиденное четко отпечаталось в ее памяти, она в любой момент могла воспроизвести эту картинку.

Натали улыбнулась и пошла налево, не торопясь, присматриваясь и прислушиваясь к своим ощущениям. Вот теперь ей по-настоящему не было страшно. Она прошла около мили, стараясь не отклоняться от границы укреплений дальше, чем на метр, а затем решила возвращаться. Она чувствовала, что начала уставать, видимо телепатические образы требовали достаточно много энергии.

Ей не удалось пробраться обратно незамеченной. Об отсутствии солдата было уже доложено командиру, и ее немедленно препроводили к капралу.