Как приручить сердцееда
Шрифт:
Но сначала я провожу рукой по её спине… От шеи до поясницы, чувствую, как она вздрагивает от каждого прикосновения… Ощупываю позвонки кончиками пальцев…
— Ты прекрасна, — выдыхаю. — Каждая твоя веснушка, каждый изгиб… Всё это — моё…
Подталкиваю её к столу. Резко разворачиваю… Заставляю лечь на него грудью, надавив на спину. Задерживаю взгляд на её ягодицах. Округлых, упругих, с лёгкой россыпью веснушек, будто природа решила отметить и эту часть её тела… Везде моя рыжая лисица…
— Ты же не против секса… — спрашиваю, прижимаясь к ней сзади.
— Нет… — её шёпот, полный желания звучит как призыв…
Раньше у меня буквально везде были презервативы, а теперь я пытаюсь включить верхнюю голову, чтобы понять, где же они есть на кухне… Хорошо, что довольно быстро вспоминаю… Тяну вниз штаны, натягиваю резинку…
Вхожу в неё резко, от чего она вскрикивает. Её пальцы сжимают край стола, спина выгибается. Я держу её за бёдра, задаю ритм сначала медленный, тягучий, заставляющий и меня, и её сладко постанывать от удовольствия… Но потом всё быстрее, жёстче…
Она такая узкая, тугая внутри… Каждое движение отзывается в ней дрожью, заставляет скулить, выгибаться. Я чувствую, как её тело сопротивляется, пытаясь вытолкнуть меня, а потом поддаётся, принимает меня целиком, будто наконец привыкло ко мне…
— Макс… ещё… не останавливайся… — её голос срывается на всхлип. Она на грани…
Я наклоняюсь, целую её спину, провожу языком между лопаток. Она дрожит ещё сильнее, её тело напрягается в ожидании разрядки.
— Люблю тебя… — выдыхает она, и эти слова будто подстёгивают меня.
Я ускоряюсь, врываюсь в неё с такой силой, что стол слегка сдвигается по полу. Её ногти царапают столешницу, она задыхается от ощущений.
А потом происходит её взрыв.
Она сжимается вокруг меня, кричит, выгибается дугой, приподнимается на носочках. Я чувствую, как её оргазм прокатывается по ней волнами, и это сводит меня с ума… Последний толчок, глубокий, судорожный, и я кончаю, уткнувшись лбом в её плечо… Так кончаю, что зубы клацают от нетерпения…
Мы остаёмся в той же позе ещё несколько мгновений, будто прилипли друг к другу… Я прижимаюсь к её спине, она лежит на столе, тяжело дыша. Потом я осторожно выхожу из неё, помогаю подняться…
Обнимаю, прижимаю к себе. Она дрожит в этом посторгазме… А я бодаю её и заглядываю в эти карие… Лживые… Но такие любимые…
— Я люблю тебя, — говорю тихо, целуя её в макушку. — И мне плевать, кто ты на самом деле. Катя, Алиса — неважно. Ты — моя… Моя девушка…
Она смотрит мне в глаза и кивает, а я вижу выступившие слёзы…
— Я тоже люблю тебя. И я больше не убегу… И больше не стану врать…
Я поднимаю её над полом и несу в сторону спальни... Мы ложимся, переплетая пальцы. Она почти засыпает в моих объятиях. А где-то внизу снова пристраивается рыжий обормот… Выпуская свои маленькие коготочки въедается в кожу, показывая истинное удовольствие оттого, что мы с ней вновь вместе… Одобрение, мать вашу… Кошачье…
Я смотрю на её спокойное лицо, на веснушки, которые теперь кажутся мне самыми дорогими метками на свете, и понимаю… Всё, что было у меня до не имело смысла. Только это. Только она.
И пусть мир за окном продолжает крутиться. Здесь, в этой постели, есть только мы с ней…
— Знаешь, а план свой ты всё-таки не провалила… — шепчу очень тихо…
— М? — сквозь сон спрашивает она, уткнувшись носом в моё плечо.
— Приручила меня… Полностью… До мозга костей...
Конец.