Чтение онлайн

Несколько слов следовало бы сказать и о кипяченой воде. Как часто приходится и читать, и слышать, что кипяченая вода – это чуть ли не мертвая вода, что организму более всего подходит сырая природная вода. О том, что сырую воду ни в коем случае нельзя пить хотя бы из опасения проглотить какую-то заразу, не стоит даже говорить. Но если она даже совершенно чистая, то в чем же ее преимущество перед кипяченой? Мне неоднократно приходилось слышать, что воду в чайнике необходимо как можно реже кипятить, желательно даже всего лишь один раз, а затем, при приготовлении очередного чая, заливать в чайник новую воду. Вразумительного объяснения такому совету никто не дал. По-видимому, и здесь прослеживается уже достаточно крепко укоренившийся у людей взгляд на несомненные достоинства структурированной воды. И кипячение в таком случае рассматривается как досадное явление, ведущее к разрушению структуры воды. Но мне кажется, что Залепухины убедительно доказали нам, что кипяченая вода лучше усваивается организмом, что для живых организмов более предпочтительна менее структурированная вода, а поэтому одну и ту же воду в чайнике можно кипятить сколько угодно раз и она от этого не станет хуже.

Не знаю, достаточно ли будет всех этих слов для реабилитации кипяченой воды?

Кипячение воды мне бы хотелось сравнить с магнитной обработкой воды. О последнем способе обработки воды говорится очень много, но каждый раз только о самом эффекте обработанной таким образом воды. А в чем заключается суть такой обработки – об этом, как правило, не говорится ни слова. А ведь и при магнитной обработке воды происходит разрыв какой-то части водородных связей между молекулами воды (молекулы воды являются диполями, и в магнитном поле они ориентируются по магнитным силовым линиям, при этом происходит разрыв некоторых водородных связей), и такая вода начинает легче усваиваться растениями, в результате чего повышаются (хотя и ненамного) и урожаи тех культур, которые поливались омагниченной водой. Увеличивается и растворяющая способность такой воды (растворяется накипь в теплообменном оборудовании), и смачивающая способность ее (уменьшается расход цемента при строительстве при сохранении необходимой прочности изделий).

Много ли людей почувствовало на себе влияние обработанной магнитным полем воды? Возможно, что всего несколько человек. Но неизвестен был и сам механизм воздействия ее на организм человека, и неизвестны были возможные последствия ее длительного использования. А поэтому поговорили об этом методе некоторое время, да и позабыли о нем.

И если мы видим, что и дегазация воды, и кипячение, и магнитная обработка приводят к одному и тому же результату, то стоит ли нам пользоваться методикой Залепухиных, как нам настоятельно рекомендует это делать Ю. Андреев? Напомню, что методика эта достаточно проста – вскипятить воду и быстро ее охладить до комнатной температуры (желательно в герметически закрытом сосуде – как рекомендуют ее авторы). И делается такая процедура для того только, чтобы из воды ушли растворенные в ней газы и чтобы в таком виде она лучше усваивалась организмом. Но оказывается, что если дегазировать воду кипячением, то вновь стать равновесной (то есть в ней вновь могут раствориться все те же газы, которые были удалены из нее при кипячении) она может даже в открытом сосуде лишь в течение нескольких часов. А так как мы начинаем пить чай сразу же после того, как вода закипит в чайнике, то из этого следует, что мы постоянно пользуемся методикой Залепухиных, даже не подозревая об этом. Хорошо знают эту же истину, что горячая вода легче усваивается нашим организмом, и казахи (а я долгое время жил с ними). Летом в Казахстане в палящий зной они пьют не холодную воду, как могли бы поступать многие из нас, а горячий чай. И пьют его по нескольку чашек. После этого им уже не страшен и зной.

И вот что сказал о талой и о кипяченой воде великий Авиценна еще за 1000 лет до нашего времени: «Когда снег и лед чисты и не смешаны ни с какой дурной силой, то, растопив их, получим хорошую воду, не очень различающуюся, изо льда или снега она получена. Однако вода изо льда и снега становится намного лучше, если ее вскипятить».

Осталось нам рассмотреть последнюю рекомендацию Ю. Андреева – подзвучивание воды музыкой.

Мне почему-то кажется, что эта идея подсказана фантастикой Станислава Лема – вспомните его живой океан, имеющий разум («Солярис»). Трудно поверить, что вода, «прослушав» музыку, станет от этого лучше. Но даже если мы мысленно и допустим, что такое возможно, то все же хотелось бы не просто в это поверить, но и увидеть доказательства. И такие «доказательства» нам пытается дать японский исследователь Масару Эмото. В его книге «Тайная жизнь воды» (2006) говорится, что вода может слушать музыку, наш голос, различать смысл слов, видеть изображения на снимках (лиса, лес и т. п.). Этот автор выступал во многих странах мира, и везде его лекции вызывали бурный восторг. И в России, и на Украине во многих печатных изданиях уже имеются ссылки на этого автора. Но, по моему мнению, книга этого японского автора показывает, как рождаются не открытия, а сенсации. Попытаюсь кратко пояснить свое мнение и тем, кто читал эту книгу, и тем, кто впервые слышит о ней. Суть эксперимента заключалась в том, что замораживалось 50 образцов исследуемой воды при температуре минус 20 °C. Например, бралась вода, которая перед этим «прослушивала» красивую музыку. Затем эти замороженные образцы выносились в помещение, где температура поддерживалась минус 5 °C. И здесь на исследуемых образцах начинали расти снежинки, а экспериментатор фотографировал их и делал выводы по полученным снимкам. Красивая музыка давала красивые правильные снежинки, а, например, плохое слово в адрес исследуемой воды давало в результате или уродливые снежинки, или их вовсе не было. Читая эти строки, можно и в самом деле подумать, что некая связь снежинок с полученной водой информацией все же просматривается. Так можно подумать только в том случае, если не обращать внимания на тот факт, что снежинки растут не из образцов, а из атмосферной влаги, и поэтому исследуемая вода (в образцах) и вода, из которой образовались снежинки, ничего общего не имеют, да и структура льда образцов и снежинок совершенно разная. Замороженные образцы в этом случае дают переохлажденной атмосферной влаге в той комнате, где происходит эксперимент, всего лишь центры кристаллизации, на которых и зарождаются снежинки. И в принципе на любом из образцов (и на том, который «слушал» красивую музыку, и на том, которому адресовалось плохое слово) должны рождаться примерно одинаковые снежинки. Так оно на самом деле и происходит, а если быть более точными, то на 50 образцах одной и той же воды оседает одна или две красивые снежинки, а на остальных или вовсе их нет, или они уродливые, так как само зарождение этих снежинок на образцах является всего лишь случайностью. И вся эта картина больше зависит не от образцов, а от влажности в том помещении, где производится съемка, но только не от той «информации», которую якобы «получила и помнит» исследуемая вода. А «выводы» по этим редким снежинкам экспериментатор делал такие, какие он уже заранее прогнозировал на данный момент. Я не могу уверенно сказать, понимает ли сам экспериментатор, а главное, активный пропагандист таких необыкновенных способностей воды, всю ошибочность своих экспериментов, но я уверенно могу сказать, что вода ничего не видит, не слышит и не помнит, и никому еще не удалось переубедить меня в этом.

Здесь очень кстати будет привести очень маленькую цитату из повести Салтыкова-Щедрина «Обманщик газетчик и легковерный читатель»: «Жил-был газетчик, и жил-был читатель. Газетчик был обманщик – все обманывал, а читатель был легковерный – всему верил. Так уж исстари повелось на свете: обманщики обманывают, а легковерные верят. Каждому – свое.

Сидит газетчик в своей берлоге и знай себе обманывает да обманывает. «Берегитесь, говорит: дифтерит обывателей косит!» А читатель читает и думает, что газетчик ему глаза открывает. «Такая, говорит, уж у нас свобода книгопечатания: куда ни взгляни – везде либо дифтерит, либо пожар, либо неурожай…» И все свободой книгопечатания не нахвалятся. «Не знали мы, что у нас везде дифтерит, – хором поют легковерные читатели, – ан оно вон что!» И так им от этой уверенности на душе легко стало, что скажи им теперь этот самый газетчик, что дифтерит был, да весь вышел, пожалуй, и газетину его перестали бы читать».

Мы продолжаем искать чудо-воду. Еще один способ получения чистой живой воды решили внедрить некоторые фирмы, предлагая использовать для этой цели методику коагулирования. Метод очистки воды от веществ, находящихся в ней в коллоидном состоянии, с помощью химических реактивов, называется коагулированием.

Коллоидные частицы – это настолько мелкие частицы различных веществ, в основном глинистых (мутная вода), которые не удаляются из воды в результате отстаивания последней, так как сила тяжести у них сравнима с тепловой энергией, и поэтому они в процессе броуновского движения постоянно занимают весь объем воды, и поэтому мутная вода не осветляется даже при длительном отстаивании.

Вещества, применяемые для коагулирования, называются коагулянтами. Для очистки воды на водозаборных станциях у нас используют преимущественно сульфат алюминия – Al2(SO4)3, а в некоторых зарубежных странах и полигидроксохлориды алюминия – {Al(ОН)– ХСlХ}n.

Обязательным условием эффективности действия коагулянтов является полнота их гидролиза с образованием труднорастворимых гидроксидов алюминия. В этом отношении сульфат алюминия уступает по своей эффективности полигидроксохлоридам алюминия, так как у первого не все ионы алюминия вступают во взаимодействие с молекулами воды, особенно в зимнее время. Поэтому в питьевой воде остается большое количество свободных ионов алюминия, небезопасных для здоровья, особенно детей. По этой причине во многих европейских странах в качестве коагулянта применяют полигидроксохлориды алюминия (а на одесском водопроводе – сульфат алюминия).

Сущность коагулирования заключается в том, что сначала в воде образуется коллоидный раствор гидроксида алюминия. Золи гидроксида алюминия имеют положительный заряд. А на поверхности глинистых коллоидных частиц, как правило, имеется отрицательный заряд. Коллоидные частицы могут оседать на ионах гидроксида алюминия, в результате чего происходит нейтрализация зарядов. После этого и коллоидные частицы могут агрегатироваться в более крупные частицы, и частицы гидроксида алюминия начинают соединяться друг с другом, образуя крупные хлопья, имеющие чрезвычайно большую поверхность, и поэтому они являются прекрасными адсорбентами (адсорбция – поглощение вещества из газовой или жидкой среды поверхностным слоем твердого вещества) для коллоидных примесей, содержащихся в воде. Укрупнившиеся хлопья оседают под действием силы тяжести, увлекая за собой взвешенные в воде частицы.

Таким образом, коагулянты извлекают из воды взвешенные в ней примеси, но практически не оказывают никакого воздействия на растворенные в ней минеральные вещества. Наоборот, они даже увеличивают солесодержание в воде, правда, в меньшей мере этому способствуют полигидроксохлориды алюминия. Поэтому вряд ли стоит говорить, что последний коагулянт «…работает избирательно, связывая лишь те вещества, которые негативно влияют на физиологию живого организма, а все необходимые микроэлементы и соли, обеспечивающие оптимальный состав внеклеточной жидкости, сохраняются», как сказано в инструкции по применению этого коагулянта в быту. Точнее следовало бы сказать, что этот коагулянт оставляет в воде все растворенные в ней соли, лишь заменяя некоторые из них на другие. Например, вводимый в воду коагулянт вступает во взаимодействие с гидрокарбонатом кальция, и в питьевой воде вместо временной жесткости (гидрокарбоната кальция), которая при кипячении воды переходит в нерастворимый карбонат кальция (последний и откладывается на стенках чайника в виде накипи), появляется постоянная жесткость в виде хлорида кальция (или хлористого кальция). Поэтому после такой обработки воды коагулянтом в ней и в процессе кипячения не удается понизить содержание кальция. Но доверчивому читателю пытаются внушить такую мысль, что если нет накипи, то это уже прекрасная вода. А стоило бы говорить о количественном содержании кальция в воде. И тогда бы мы узнали, что с не обработанной коагулянтом кипяченой водой мы выпили бы намного меньше кальция, чем с обработанной.

Но главный вопрос, который я хочу здесь поднять: стоит ли применять этот коагулянт в быту в городских условиях, когда мы берем воду из водопровода, которая прошла уже коагулирование и не содержит никаких коллоидных частиц, так как они были убраны еще на водозаборной станции? Нет в этой воде (в водопроводной) и никаких радионуклидов (на что указывает нам реклама), иначе эта вода не подавалась бы в город. Нет в этой воде и тяжелых металлов сверх норм ПДК (предельно допустимых концентраций). Тогда зачем же его применять в городской квартире? Разве что только для того, чтобы видеть, сколько белого осадка выпадает на дно банки? Но ведь это всего лишь хлопья введенного в эту банку коагулянта. Но как впечатляет! Как будто выжали из воды огромное количество ненужных в ней веществ. Психологически действует очень здорово и безотказно!