Чтение онлайн

– Сейчас мой малыш разговаривает с ней ментально.

– Ментально?

– Да, он находится в духовном наслаждении.

Разговаривает? Духовное наслаждение? Он заговаривает мне зубы, чтобы покататься на моей корове бесплатно!

Я пристально глядел на силуэт моей коровы, которая проходила мимо большой руки. Я не слышал их с мальчиком беседу, но все равно не смог сдержать внезапно возникшую обиду. Чувство, что меня предали, начало изливаться во мне, словно подземный источник. Господи! Эта корова обходит площадь с таким невиданным изяществом, будто катает какого-то принца. Я понял, что все теплые чувства к корове, возникшие у меня во время нашего путешествия, в одночасье исчезли. Я кивал самому себе: животное есть животное. Чувствам нельзя верить. Я снова пообещал себе, что как только мы приедем на рынок коров в городе Чхондо, я тут же продам свою корову и буду спокойно путешествовать один. Словно в подтверждение моих мыслей, в следующую секунду пришло сообщение от Мэри.

«Пол, наконец-то мой автобус покинул провинцию Канвондо. Как там моя соперница, корова? С ней все хорошо?»

«Она бросила меня и развлекается с каким-то юнцом, похожим на взрослого».

«Надо же! Ну, ты не переживай! Жизнь вообще несправедлива».

«Лучше бы я путешествовал с крысой!»

«Хм-м-м… с крысой!»

– Что с этой коровой?

– Кажется, она сошла с ума!

Корова забрыкалась, настроение ее резко переменилось, как если бы она узнала о переписке. Мальчик испуганно прижался к ее спине и попытался натянуть поводья, но куда там! Корова будто превратилась в быка для родео. Мальчик с трудом держался за поводья и, казалось, вот-вот упадет. Зеваки с испуганными криками разбегались в разные стороны. Мужчина побежал к корове вперед меня, но ничего не смог сделать. Было видно: корова сильно испугалась. Я попытался схватить ее за носовое кольцо, но она махала головой и ни в какую не поддавалась. Миг, который ребенок падал с коровы, показался нам – мне, мужчине и собравшейся толпе – вечностью. Сколько времени прошло? Ненадолго умолкнувший шум волн вернулся раскатом грома. Только тогда мужчина с громким криком поспешил к сыну, а я бросился к корове.

Корова глядела на море – спокойно, будто секунду назад и не брыкалась. Огромная рука, тянущаяся из воды, стояла на своем месте.

– Это чудо! Настоящее чудо!

– Ни капли крови! Целый и невредимый!

– Сейчас он как будто цел, но завтра, быть может, и не встанет…

Упавший с коровы мальчик поднялся, даже не заплакав. Несмотря на мои возражения, он направился к корове, которая стояла с опущенной головой, словно извиняясь, и погладил ее по лбу. Корова вытянула длинный язык и облизала мальчику щеку. Таким дружелюбным жестом она ни разу в жизни не удостоила даже хозяина, который ее кормил. Пусть я и держал поводья, мне показалось, что они постепенно удлиняются и, в конце концов, корову мою уведут далеко от меня. За горизонт, туда, где стирается грань между небом и морем, туда, где нет шума волн и нет огромной руки…

– Большое вам спасибо!

Мужчина подошел, когда я пытался завести корову, которая отчего-то упрямилась, в грузовик, и протянул мне бутылку. Он хочет отделаться от меня жалким напитком?! Не выпив и половины, я выбросил бутылку. Потом привязал поводья к грузовику и принялся толкать корову под зад, однако она и с места не сдвинулась. Я потянул за носовое кольцо, но даже это не помогло. Меня раздражал мальчик, который издали глядел на корову, но прогнать его я не мог.

– Наверное, корова тоже сильно перепугалась. Может, напоим ее этим?

В черном целлофановом пакете, откуда мужчина достал мой напиток, лежали еще три бутылки рисовой браги макколли. Я молча взглянул на мужчину. У меня появилось чувство, что это он хозяин коровы. Конечно, я знал, что коровы любят рисовую брагу, но мне было неприятно, что он вмешивается. Мне хотелось только одного – поскорее затолкать животное в грузовик, однако корова отказывалась слушаться. Более того – еще и тянула язык к черному пакету.

– Похоже, она перенапряглась… Может, еще макколли?

– Нам далеко ехать.

– Были бы деньги, я бы и впрямь купил у вас эту корову.

По тону мужчины мне показалось, что он выпрашивает у меня эту корову. Я торопливо убрал посуду, куда наливал брагу. Для коровы три бутылки макколли – это капля в море, но мне совсем не хотелось продолжать общение с этим мужчиной. Даже слизав все пойло, корова по-прежнему отказывалась идти в грузовик. Я тянул за носовое кольцо, а мужчина толкал сзади, но корова даже не сдвинулась с места. Это означало, что корова не считается с хозяином. Подавляя растущий гнев, я выкуривал одну сигарету за одной и в конце концов вспомнил способ, к которому отец прибегал в подобных случаях. Он пользовался им во время вспашки, когда из-за усталости корова напрочь отказывалась двигаться вперед.

– Что вы делаете? Не надо! Я лучше куплю еще бражки…

– А вы не вмешивайтесь, занимайтесь своими делами.

Грубая шерсть никак не хотела поджигаться, но я не сдавался. Раз уж мальчишка смог на тебе прокатиться, то и я смогу заставить тебя подняться в грузовик! Даже если при этом мне придется спалить всю твою шерсть! Наконец огонь из зажигалки перекинулся на шерсть на ноге. Я не гасил огонь, пока он не достиг кожи. Мальчик заплакал, но я не обращал на него внимания. Если корова не зайдет в грузовик, когда загорится ее тело, то это уже не корова, а кто-то, кто только притворяется ею. Когда шерсть заполыхала по-настоящему и по воздуху разнесся запах гари, корова не смогла больше терпеть. Она взбрыкнула – совсем как тогда, когда скинула с себя ребенка – и забежала в грузовик. Я с довольной улыбкой потушил огонь веником и закрыл за коровой дверцы кузова. Аплодисменты и освистывание толпы заглушили шум волн.

– Корова есть корова! – сказал я корове на ухо, поднявшись в кузов и туго завязав поводья. Сказал благоговейно, словно читал буддистскую сутру.

– Подождите… а вы не можете нас взять с собой туда, куда едете? – спросил мужчина, держа мальчика за руку, когда я сел за руль, готовый убраться отсюда.

Не ответив, я включил зажигание и тронулся с места. Отец с сыном не стали за мной бежать, а остались на месте, провожая грузовик взглядом. Корова протяжно мычала из кузова. Силуэты мальчика и мужчины, скитающихся по всей стране в поисках коровы, потихоньку уменьшались в зеркале грузовика, но меня почему-то еще долго не покидало предчувствие, что они могут меня преследовать.

– Поприветствуйте Горного духа! – сказал аукционист, стоя у деревянных ворот.

В крытом дворе повисла напряженная атмосфера. Я осторожно поглаживал инструменты, аккуратно лежавшие на деревянной площадке. Сидевшие на ней люди торопливо поднялись и заняли свои места. Выпив еще одну пиалу рисовой бражки, я посмотрел на деревянные ворота и сглотнул так громко, словно слюна моя упала в пропасть. Ворота открылись, и появились мальчик с коровой. Огромные глаза животного были наполнены страхом.

– Шапка уже здесь, на очереди Черпак! – скомандовал аукционист на тайном языке мясников, после чего отец мальчика опустил на ворота завесу. Этот мужчина выполнял мелкие поручения. Бражка наполняла мой живот болью, а я курил, поглядывая на своего отца, который сидел на пороге дома. Именно он отвечал за церемонию. Я был крайне недоволен тем, что он поручил мне зарезать корову, но сбежать не мог. Отец несколько раз рассказал, как убивать корову, но все инструкции вылетели у меня из головы. Я подумал, что не смогу даже поднять лежащий рядом топор, ведь он очень тяжелый. Руки мои дрожали, поэтому я подлил себе бражки. А еще в любой момент могут нагрянуть полицейские, и мы отправимся в тюрьму за убийство коровы в неположенном месте. Мэри принесла большую резиновую посудину для мяса и похлопала меня по спине, словно почувствовав мое беспокойство. От сильного запаха косметики у меня зачесался нос. Захотелось выбросить топор и поскорее сбежать отсюда. Мэри прошептала мне на ухо: