Чтение онлайн

— Взрыв! — прокричал Алесандро и его голос услышали все «стражи порядка».

Эмпаты одновременно высвободили всю магию, что забрали у воинов, направляя её в небеса, а там запечатывали своими собственными силами. В едином порыве эмпаты освободились от чужеродной магии, а также от своей, и рухнули на землю.

Больше не было сил. Я знала, что медленно умираю. С трудом повернула голову к Алесандро. Мой любимый уже вознёсся к ставшим розовыми небесам, которые после эмпатического взрыва покрылись россыпью золотистых трещин. А затем небо начало стремительно темнеть, тьма поглощала всё вокруг.

Также меркло моё сознание. Я мысленно понеслась к Раулю и Марселле, из последних сил достучалась до сознания моих детей, посылая им свои воспоминания об этом дне. Я хотела, чтобы они знали, что мы сделали, запомнили всё из моих воспоминаний, а не из учебников истории, которые непременно исказят события этого дня. Но возможно это и правильно, ни к чему потомкам знать, на что были способны их предки. Я видела, как Марселла нашла мой дневник и записывает мои воспоминания.

Я вперила взгляд во мглу. И вдруг, среди господствовавшей вокруг тьмы, медленно поднялся вверх маленький огонёк. Я улыбнулась, значит, не вся магия исчезла из этого мира.

А потом я утонула в спасительной тьме.

Только сейчас я заметила, что последние записи сделаны другим почерком, похожим, но всё же не тем. И вспомнила, где уже видела его. Стих, тот страшный стих, полностью отобразил события далёкого дня, ставшего триумфом и гибелью эмпатической магии. Дня, завершившего череду «столетних магических войн». Дня, когда магия, в той привычной всем форме, исчезла, чтобы возродиться в новой жизни.

— Эмпаты не убили магию. Они заставили её и её носителей измениться, приспособиться под новые обстоятельства. Эволюционировать, — прошептала я.

— Тем не менее, последнее пророчество Малакона говорит о том, что эмпаты вновь должны воспользоваться своими способностями, чтобы еще раз защитить Нейлианд, — сказал император.

И тогда я окончательно поняла, какой будет плата за мою свободу, восстановление в правах и доступ к секретам эмпатов. Мне придётся повторить подвиг Луизы и Алесандро де Вентрей. Но останусь ли я в живых после того, как отдам долг повелителю Нейлианда?

— Эмпаты пошли на крайние меры, но не было ли тогда другого выхода? — спросила я.

— Даже по истечении пяти тысяч лет я уверен, что «стражи порядка» избрали единственно-верный способ. И говорю я так не потому, что мой предок отдал им такой приказ. Дело в том, что эмпаты защищают не только людей и магов, но и саму магию. Представьте, что могло б произойти, если бы «братство разрушителей» смогло воплотить в жизнь свой жуткий план? При существовавшем тогда уровне магии, это была бы верная смерть для всего Трискелиона.

— Но они также заплатили высокую цену, — мой тихий голос был полон горечи.

— Думаете, что Бальтазор либо его потомки легко отделались? Неужели вы не понимаете, что этот приказ тяжким бременем лежит на всём роду Воржиалей! Либо вы считаете, что Бальтазор с легким сердцем отдал этот приказ? Может быть, думаете, что его не мучила совесть? Он прорабатывал сотни возможных вариантов тех страшных событий, но результат всегда был одинаков — для защиты Нейлианда и всего Трискелиона требовалось жертвоприношение, всепоглощающее, но дающее шанс на выживание. С глубокого детства каждое моё утро начиналось с того, что я перечислял родовые имена всех погибших в тот страшный день. Моя семья пять тысяч лет живет с осознанием того, что выполняя приказ Бальтазора, великое множество доблестных воинов добровольно принесли себя в жертву. Я помню каждое имя погибшего эмпата. Но ведь не только они пожертвовали собой. Спросите у Ренана, чего стоил его роду подвиг Рене д'Айсвиля? — отвечал мне Велианор Воржиаль.

— Рене д'Айсвиль после «ледовой битвы» стал ходячим мертвецом. Его резерв так никогда и не восстановился. Но мой предок ни мгновения не жалел, что сковал льдом реку, позволяя нашим воинам прорвать брешь в силах противника, — ответил Профессор Айс.

Я понимала, что император и Ренан, оба были правы. События «столетних магических войн» навсегда отразились на будущих поколениях. И пусть большая часть истины навсегда погребена под пеплом и горечью, но эти трагические обстоятельства дали шанс для будущего. Да и так ли важно, чтобы подвиг эмпатов раскрылся? Ведь тогда придётся пояснять причину их поступка. А это означало, что откроется тайна «братства разрушителей».

— Что скажете, сьерра Каролина де Вентрей, родовой маг-эмпат? Род Воржиалей и «стражи порядка» навсегда связаны этой страшной тайной. Луиза и Алесандро перед боем попросили Бальтазора об одном, чтобы их потомки жили вдали от двора. Мой предок удовлетворил их желание. Но сейчас, когда над империей снова нависла угроза, я спрашиваю вас, вы поможете Ренану и мне в борьбе с «братством разрушителей»? Без вашей помощи мы их не одолеем.

— Как я могу отказать? Я сделаю всё, что в моих силах, — тихо ответила я на проникновенную речь императора.

Я понимала, что действительно не смогу поступить по-другому. Не оставлю Ренана один на один со смертельной опасностью, хоть и понимала, что Профессор Айс и сам не желает подвергать меня непременному риску. Но, видимо, у нас нет другого выхода.

— Благодарю вас. Уверен, мы снова выстоим в этой нелёгкой битве, — ответил император.

Через полчаса мы с ледовым магом потайным ходом вернулись в архив, а оттуда направились домой. Но мы не успели отойти и на десять шагов от крыльца, как услышали окрик.

— Каролина!

Я обернулась, ощущая смутную тревогу. Далее всё произошло в мгновение ока. Мимо нас на лошади галопом промчался неизвестный человек в черной одежде, лицо его было скрыто платком. Он бросил мне под ноги какой-то предмет. То, что это был некромантский артефакт я поняла, когда меня окутал черный дым. Я ощутила внезапную слабость, будто из меня бурным потоком быстрой реки стала вытекать магия вместе с жизнью. В глазах потемнело, мне не хватило воздуха, и я упала. Ренан подхватил меня на руки, открывая портал в неизвестность и одновременно связываясь с Вейном.

Овал портала загорелся посреди особняка Арманда Ле'Стре — Шадоустоун. Ренан с бесчувственной Каролиной на руках появился в гостиной и прервал ужин, на который к некроманту и Майе пожаловала чета старших Ле'Стре — Астор и Камилла.

Некромант бросил быстрый взгляд на появившегося взволнованного друга, затем без слов поднялся из-за стола и вышел. Побледневшая Майя бросилась следом за своим женихом. Арманд обогнал ледового мага и пошел на второй этаж, указывая дорогу к гостевым комнатам. Открыв дверь в одну из них, некромант пропустил Ренана и вошел следом. Майя проскользнула за водником и закрыла дверь.