Чтение онлайн

Еще же наверху булатного дуба сидит веселая птица петух, встает рано, голову подымает и поет весело, столь же бы стояли у раба Божьего (имя) семьдесят семь жил и едина жила х… Вставали бы рано на женский пол, на молодые молодицы, на красные девицы, на старые бабы и на злаго человека-порченика. Кто на меня зло думает и мыслит, ударь его коленки о камень, убей его.

У меня, раба Божьего, стали семьдесят семь жил и одна жила х…, стали лучше старого, храбрее прежнего, что турий рог, что еловый сук, чтобы тот раб Божий (имя) был пылок и ярок на женскую похоть, на полое место во веки веков. Аминь.

В елке шишка воткнута, шишка сухая. Это дятел воткнул шишку. Эту шишку надо добывать оттулъ и заваривать, поить мужиков, так и лечить.

Из гребня берут кровь, лечат, чтобы парень действовал. Приговор тут такой: «Как гребешок у петуха стоит, так бы и у (имя) стоял».

Берут железину и накаливают (он пусть помочится на железину). Как эта железина не гнется, так бы и у раба Божьего (имя) не гнулся. Аминь.

Как эти ножницы не гнутся, не ломаются, так у раба Божьего (имя) чтоб стоял.

Как у чайника носок стоит, так бы у раба Божьего (имя) стоял. Отныне и довека.

Как у быка рог стоит, так бы у раба Божьего (имя) стоял. Отныне и довека.

Надо в бане мочиться через венчальное кольцо в ведерко. Потом вылить на себя и сказать: «Пусть на дубу ствол и сто веток стоят, как железо, как камень, так пусть и у раба Божьего (имя) все жилы и едина жила стоят, как камень, как кремень. Отныне и присно и во веки веков аминь». А после попариться да и к женщине своей идти.

В Великий четверг подъ в баню и налей в кадь воды и брось чеснока да перца и говори: «Как этот перец и чеснок остер, так пусть и раб Божий (имя) рабе Божьей (имя) остер будет». После пусть он идет и выльет на себя и скажет: «Как у дуба все сто ветвей и одна веточка не гнутся, не ломаются, мягки не становятся, так пусть у меня, раба Божьего (имя) на рабу Божью (имя) все сто жил и одна жила не гнутся, не ломаются, мягки не становятся. А будут крепки, как сталь, остры, как нож. Аминь».

Есть гора костяна. На той горе есть стул костян. На том стуле костяном сидит царь костян, подпершись своим костылем костяным, шляпа на главе костяна, рукавицы на руках костяны и сапоги на ногах костяны. И весь тот царь костян, и все 73 жилы костяны, и становая жила - кость. Так бы и у меня, раба Божия (имя), все 73 жилы и все 73 суставы были костяны, и вся и становая жила была бы костяна, и стояла бы она на х… 100 раз и тысячу на подстрекание на малое место, на женскую нифцу и девичью: на черную, на русую, на красную, на белую и всякую - месяца молода и ветха, и на перекройных днях.

Стану я раб (имя) благословясь, пойду, перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, в чисто поле, в под восточную сторону, к морю к Окияну, в море-Окияне лежит Алатырь-камень, на том камне-Алатыре стоит дом. Попрошу я, раб (имя), здоровья, об такой-то болезни, об наличном мясе, от грызоты, от болеты, от ломоты. Бежит река огненная, чрез огненную реку калиновый мост, по тому калинову мосту идет стар матер человек; несет в руках золотое блюдечко, серебряно перышко, мажет у раба (имя) семьдесят жил, семьдесят костей, семьдесят суставов; збавляет с раба (имя) семьдесят болезней. Не боли и не ломи, и не отрыгай, и не откидывай, ни на конце, ни на ветке - никогда.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Прихожу я к вам, святые угодники, утолить порчу-килу попущную, килу сердечную, закожурную, заболонную, килу расспынную, красную и жировую, килу «бабьи муки». Не стояли бы эти порчи ни в буйной голове, ни в ясных очах, ни в белом теле, ни в женском деле. Будьте, мои слова, крепки, крепче булатного камня. Аминь.

Просят золы из печи у чужих людей и, не переходя свой порог, читают на золу. Бросают ее в воду и трижды умывают больного.

Водить пальцем по часовой стрелке вокруг пупка (читая «Отче наш»), а потом, читая заговор, делаем выкус губами.

Повивальная бабка приговаривает: «Бабушка Соломонушка у Пресвятой Богородицы грыжу заговаривала или заедала медными щеками, железными зубами, так и я заговариваю у рабы Божьей (имя)».

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Чего баба грызешь водяную грыжу - грызи, грызи гораздее, чтобы не было грыжи у раба Божьего (имя), и будьте мои слова крепки и лепки отныне и довека.

Во время чтения заговора крестить вокруг грыжи.

Господи Боже, Благослови, Отче! Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Есть море-Окиян. И в том море-Окияне есть белый камень Алатырь, высота его 60 сажен, долгота его 60 сажен. На том камени Алатыри стоит хрустальный терем. И в том хрустальном тереме стоит золот стул. На том золотом стуле сидит красная девица, подпоясалась золотым поясом, подперлась золотым посохом. «Государони ты, красная девица, дай ты мне, рабу Божью (имя), грыжных слов добрых. Грызет у раба Божия (имя) золотая грыжа, красная грыжа, родимая грыжа, привязанная грыжа, кила грыжа и изотерическая грыжа, сердечная грыжа, подпуповинная грыжа, поясовая грыжа, водяная грыжа, кровавая грыжа, пригнойная грыжа, суставная грыжа, нутряная грыжа, верхняя грыжа, ручная грыжа, ножная грыжа. Грызет та грыжа ветха месяца и молода месяца, и в перекрои месяца; по утренним зорям и по вечерним; по всякой день, по всякой час и по всякое время». И говорит красная девица: «Ой еси ты, грыжа! Пошла ты, грыжа, от раба Божия (имя) в пучину щукою; и ты выйди из него (или из нее) и поди к белому каменю; буди тамо до скончания века. Доспей себе, грыжа, в камене гнездо кругло, а не грызи ты у меня, раба Божия (имя), вотчины, ни тела, ни крови, ни тела, ни кости, ни мозгов. Грызи себе, злая грыжа, у тридевяти рек головы, а не ешь ты, злая грыжа, у раба Божия (имя), ни крови, ни костей, ни мозгов. Грызи себе, злая грыжа, у тридевяти головы, а не ешь ты, злая грыжа, у раба Божия (имя), ни крови, ни костей, ни мозгов. Грызи себе, злая грыжа, у тридевяти древ головы, а не ешь ты, злая грыжа, у меня, раба Божия (имя), ни крови, ни тела, ни костей, ни мозгов. Грызи себе, злая грыжа, горькое дерево осину, а не ешь ты, злая грыжа, у раба Божия (имя), ни крови, ни тела, ни костей, ни мозгов отныне и довека, и до гробовой доски: в день и в ночь, по всякой час. Спаси, Пречистая Богородице, Святой Господь, Козьма и Дамиян, - и перестаньте, государи, в помощь к сем нашему делу. Которое слово не вырвано, то было бы вставлено, которое слово напереди, то было назади; кое слово назади, то было напереди. Чтоб не было больше мастера меня, раба Божия (имя), ко мне, рабу Божию (имя), от востоку и до западу, от юга и до севера, и мне, рабу Божию (имя) на здравие, души моей на спасение, болезни моей на исцеление, словом моим на прибыль - до умертвия тела моего, во веки веков. Аминь».

Говорить трижды на сало, топленое молоко, а мазать безымянным перстом или щучьими зубами против того места, где грызет.

Сама мати носила, сама мати родила, сама боли принимала, сама грыжи загрызала, пуповы, становые, подколенные, все двенадцать грыж заговорила.

Заговор произносится над сучком в стене избы: «Царица Небесная, Смоленская, Почаевская, Белобережская, Троеручица, Казанская, Белыническая, святой Михаил Архангел со всеми небесными силами. Мина преподобный, Афонские угодники, святой Пантелеймон-целитель, Максим, Киевские Антоний и Феодосий, Варвара мученица, Тихон Задонский, помогите и утишите боль младенцу колючую, болючую, ломотную, сухотную, завистную, радостную, детскую, бабскую, приговорную».