Чтение онлайн

– Он вообще пророчил мне одиночество… – произнеся вслух пассаж об одиночестве, Диана закрыла глаза, как будто провалилась в сон, защищая свое сознание от неприятной реальности.

– Это примитивнейшая и банальная игра на среднестатистических страхах и стереотипах о возрасте, присущих любой леди. Он с юности обижен на тебя за то, что недооценила, он завидует твоей смелости и успехам, поэтому неумело играет с тобой в пинг-понг. Странно, что это вызвало у тебя такую бурную реакцию, обычно ты надменно кривишь лицо и прешь дальше, как танк.

– Ты прагматик и материалист, а я лирик с неподходящим для жизни образованием. – Диана рассмеялась и наконец сняла свои защитные доспехи, без кепки и солнечных очков девушка почувствовала себя много комфортнее, мир стал и ближе, и теплее, и неимоверно приятнее, чем в аксессуарах алкоголицы.

– Я реалист, но иногда позволяю себе сладкие грезы, словно лакомство на десерт… Мои мечты – то немногое, от чего в этой жизни я действительно получаю бесконечное удовольствие. Ведь все остальное время, когда нет возможности расслабиться и помечтать, я грызу жизнь, грызу, грызу, чтобы в какой-то момент она начала улыбаться мне от души. А ты думаешь, почему я так часто хожу к стоматологу? Клянусь, у меня от упорства стачиваются зубы. При этом надо успеть догрызть или отгрызть свой кусок до появления вставной челюсти, хотя порой я на полном серьезе теряю надежду.

– Митя, я так устала, я устала по-человечески, мне почему-то очень грустно…

– Диана, у тебя все не как у людей. Ты просто гуру треша, не можешь даже потрахаться без приключений. И это в двадцать первом веке. Кроме того, не знаю, может, это приходит с возрастом, но раньше ты никогда не концентрировалась на том, что о тебе думают другие. И в этом ты всегда была великолепна. Вот посмотри на себя: успешна, пока еще сравнительно молода, безусловно красива, с врожденным вкусом и чувством конъюнктуры рынка.

– Мне кажется, проблема в моем лице и какой-то неправильной подаче себя. Пока я молчу и как-то слишком выразительно смотрю, люди успевают составить обо мне весьма ошибочное мнение. Для них я некий внешний антураж без трепетного внутреннего содержания. В этом вся проблема. Они воспринимают гламур в любых его проявлениях как доминирование внешнего над внутренним. Макс осуждает меня за это, считая, что мой внутренний стержень сломался под тяжестью шоу-бизнеса и уже давно закован в тиски форматности.

– Детка, во-первых, многие слова в твоем последнем предложении ему попросту не знакомы! А во-вторых, гламур уже давно не в моде. В Европе балом правит интеллектуальный гламур. А ты редкий в этой стране его носитель и представитель. Без всякой лести. Большинство из тех, кто нас окружает, за всю сознательную жизнь прочли две книжки: букварь и «Буратино». А остальное их чтиво – глянцевые журналы в лучшем случае, а в худшем – меню. Им же и в голову прийти не может, что в свое время ты изучала труды Гегеля или, к примеру, Канта и не в кратком содержании.

– Ты знаешь, они же все как-то встречают друг друга, притягиваются, влюбляются, женятся. И некоторые из них более или менее счастливы. Вон посмотри, – Диана указала Мите на гостей ресторана, – все парочками, воркуют и держатся за ручки, прямо одна сплошная любовь в суши-раю.

– Ты чего-то боишься? – спросил Митя, подразумевая под словом «чего-то» то самое пресловутое одиночество.

– Я боюсь очутиться в центре города во время праздника «Алые Паруса».

– Ну вот, сделал пару ни к чему не обязывающих комплиментов и во лбу загорелась звезда! Узнаю свою старую подругу Диану Мэй!

– Прости, я иногда забываю ее выключать, выходя из дому. Подержи меня тоже за ручку, тебе же не сложно. – Диана протянула руки к лучшему другу, он с удовольствием сомкнул два крепких замочка и улыбнулся.

– Кстати… я тут спустился в метро. Такого насмотрелся за какие-то тридцать минут. У одного молодого человека итальянской наружности на футболке было написано «Пудель», а у другого маленького толстенького очкарика «Отважный перец»… Меня всегда интересовало, что хочет сказать обществу человек с футболкой «Пудель»? Я уже не говорю о крупногабаритных женщинах, которые упаковывают себя в футболки «Секси леди». – Митя вопросительно посмотрел на Диану, ожидая искрометной реакции. Поймав ее взгляд, он моментально понял, что она снова нырнула в свой тихий омут постлюбовных переживаний.

– Митя, а правда, что все друг другу изменяют?

– Конечно! Ты даже не представляешь, как они это делают. Иногда это действительно страшно, даже не столько страшно, сколько мерзко, противно до глубины души, как-то не по-человечески, аморально, очень физиологично и пошло. У некоторых моих знакомых по две семьи. Женщины, запрограммированные глянцем и ток-шоу, настолько боятся встретить старость с котом, особенно, если речь заходит об определенном возрасте, что они легко готовы поступиться принципами, лишь бы мужчина был где-то рядом, пусть и не целиком твой. Вообще делить половинку на четвертинки стало фактически нормой, этим уже никого не удивишь. Изменяют с близкими друзьями и подругами своей псевдополовинки, изменяют беременным, изменяют женщине с мужчиной. Вот ты вроде как замужем, а потом оказывается, что у твоего мужа тоже есть муж. А сайты знакомств, там вообще творится мракобесие, каждая третья фотография – твой женатый знакомый, бывший клиент или коллега. И не спрашивай, откуда я это знаю. Столько всего вокруг. Людям живется настолько скучно и неинтересно, что они охотятся за каким-то мифическим разнообразием и пресловутой перчинкой, пытаясь заполнить пустоты в своем любовном гнездышке. Только Вконтакте все счастливы, тусуются и путешествуют. Все зависит от того, как ты вырос, от того, как папа смотрел на маму. Это основа формирования твоей будущей картины мира. – Митя посмотрел Диане в глаза, она улыбнулась в знак согласия. – Ехала бы ты спать, завтра рванем куда-нибудь, потанцуем, себя покажем, на других посмотрим, если захочешь, конечно…

Диана кивнула, пытаясь изобразить сознательность и полное присутствие.

Чуть позже она подбросила Митю до дома и нервно, со смаком выжав педаль газа, улетела по гладкой свежевымощеной дороге, держа курс в сторону Сестрорецка. «Только не домой, – подумала девушка. – Что-то идет не так». Одна и та же мысль рефреном повторялась у нее в голове: «Столько вопросов и все риторического толка, все к самой себе. И ни одного ответа. Как же мне надоело искать, – думала она, – почему большинство людей рождаются с уже готовыми, четко сформулированными целями и почему именно я вечно пытаюсь изобрести велосипед? Ведь большинство даже не задумывается о том, о чем думаю я, им в голову почему-то не приходят подобные мысли. Все по упрощенной программе, без претензий к себе или к окружающим. На их пути не встречаются моральные горы, которые нужно сворачивать, или же они не предают своим душевным порывам столь глобального значения. Хотя в общем и целом они гораздо счастливее меня, ну, по крайней мере, именно так их бытие выглядит со стороны. И в это самое время "секс по вызову" учит меня жизни. Они счастливы каким-то своим счастьем, почему я не могу также? Откуда вырос весь этот перфекционизм? Все перепуталось, сбились цели, перемешались приоритеты, то, что действительно важно, почему-то отошло на второй план. Я запустила ракету имени себя в космос и теперь она тоскливо, но гордо наматывает круги по околоземной орбите». В этот момент Диана почувствовала себя опьяненной, совершенно запутавшейся, разбитой и тотально одинокой. «А вдруг, я действительно что-то упустила, выбрала не то? А что-то важное, пожалуй, самое важное в жизни прошло мимо меня?»

Машину сильно повело. Огромная скорость и влажная дорога не привлекли ее внимания, девушка все так же рассредоточено мчалась вперед, не чувствуя себя за рулем, ей казалось, что машиной управляет не она, Диана Мэй, а автопилот. «Я оторвалась от реальной жизни. А все мужчины, которые когда-то были со мной – счастливы… с Ленами, Олями, Наташами. Все счастливы, кроме меня. А что делать мне? Что делать, если я никогда не смогу получать удовольствие от того образа жизни, который ведут эти люди? Все это абсолютно не вдохновляет. Они прыгают с нелюбимой работы прямо в кровать к мужу или жене, а потом рассказывают друг другу сказки о горе чувствах во имя сохранения семьи. Вокруг все женятся, столько свадеб, а ведь весна только началась. Они организуют торжество, берут на прокат платье из салона "Свадебный салон", устраивают застолье, а потом, считая подаренные деньги и рассматривая презенты, пытаются высчитать, окупилась ли свадьба. Я принимаю это как данность, чужую данность, не свою. Вот почему, кто-то ждет принца с официальным визитом, а кто-то работает с тем, что есть? В своем возрасте я как будто не имею права быть не замужем, не имею права мечтать о любви, которая не продается, которую не заслужить, не сконструировать, не подогнать под шаблон». Машину снова повело, она резко вильнула на встречную полосу, заставив Диану сконцентрироваться и взять себя в руки. Девушка затормозила и съехала на обочину.

«Какой бред, – подумала она, и с какой-то невиданной нежностью обняла руль двумя руками, потом положила на них голову и закрыла глаза. – О чем я думаю?.. Какая глупость! У каждого свои представления о том, что такое рай, где он и с кем, а я – я при любых жизненных обстоятельствах буду улыбаться, гордо и дерзко, мне не на что жаловаться, разве что по мелочи, по пустякам. Я нашла себя, я каждый день благодарю за это. Я не стану выбирать меньшее из двух зол, мне не слабо ждать и верить, поскольку у меня нет ни малейшей причины принимать неподходящие предложения судьбы из чувства страха. Я не боюсь ни своих стандартов, ни своих запросов, я честна с собой и с окружающими. Если кто-то ушел из моей жизни, не выдержал, не потянул, тем лучше для меня. А чего они хотели? Космических восторгов, что рядом бродит мужчина? Покорной благодарности исключительно за факт его наличия? Пойми, прими и успокойся? А еще лучше – перестройся и подстройся. А сами ноют, ноют, утопая в вечном поиске себя, года идут, а мир не покоряется сам по себе. От большинства из них вообще пахнет слабостью, как будто они не представляют, что делать со своей мужской сущностью в реальной жизни и жалеют себя на каждом шагу за то, что общество возложило на них ряд стереотипных обязательств. Была бы воля Макса, он наверняка не захотел бы родиться мужчиной».