Чтение онлайн

— Милушка, — я приоткрыла один глаз, любуясь склоненными надо мной лицами и мордами, — ты как?

Нос отчаянно пытался уловить запах горелой кожи и бумаги, но коварная простуда и тут нагадила. Хотя бы руками шевелить не больно. Это не могло не обнадеживать.

— А давайте я сохраню о себе память, как о воспитанной ведьме, — прокряхтела я, аккуратно садясь. — Все равно ничего культурного в голову не лезет.

Запястья меня порадовали чистой и здоровой кожей. Никаких следов ожогов.

— Получилось? — я скосила глаза на гримур, который Вальдемар прижимал двумя руками к груди.

— Твой дракон молодец, — тепло произнес старик. — Сразу видно — любит тебя. Всю боль от снятия проклятия на себя перетянул.

— А? — я удивленно хлопнула глазами.

Аптекарь вздохнул и покачал головой:

— С новым образованием молодых ведьмочек надо что-то делать, — по-стариковски проворчал он. — Ладно, моя дурища ничего не знает, но ты…

— Извините, — пискнула я, чувствуя себя на ковре у наставницы. — У меня хищный плющ конспект съел.

— Студенты, — ностальгически протянул аптекарь и стукнул тростью о ступеньку. — Вы никогда не меняетесь. Помнится, мне как-то один парнишка доказывал, что курсовая работа сама взяла и отрастила ноги, чтобы сбежать. Мда. Ее потом, между прочим, отловили под лестницей, где нахальные листы заглядывали под юбки ученицам. Потому что нечего было на формулу призыва капать кровью из пораненного пальца. О чем это я? Ах да. Любящий дракон у своей спутницы физическую боль забирать умеет. — Стальной демонстративно стал смотреть по сторонам. Жалко, насвистывать мордой неудобно. — Так что радуйся — рожать ты легко будешь.

— Ик?! — возмутился Лучик.

— Какие дети? — я чуть не отправилась обратно в бессознательное и спокойное.

— Девочки-ведьмочки, — он показал тростью на меня и затем перевел ее на ящера: — Мальчики-драконята. В вашей паре только так. А что ты хотела? Дракона для баловства завести? Так не получится.

— Грау! — Лучик сердито шлепнул хвостом.

— А почему он не оборачивается? — аптекарь заинтересованно покосился на меня.

И не расскажешь сразу пожилому человеку всю историю. Вдруг сердце не выдержит? Или еще хуже — тростью огреет.

— А вы случайно не знаете, что такое «свобода, поделенная пополам»? — заискивающе поинтересовалась я.

Знаменательный день свадьбы бывшего жениха я встретила в скверном настроении. Всю ночь провертелась на кровати. То простынь скомкалась — неудобно. То подушка жесткая. То одеяло слишком тяжелое. И переживала я вовсе не из-за предстоящего мероприятия, а из-за ответа аптекаря.

Старичок удивленно выгнул седую бровь и насмешливо расфыркался:

— Я же говорил — с образованием беда. Ты слова свадебного обряда знаешь? Отныне делить жизнь поровну, — пафосно изрек он. — Но всего-то какой-то век назад термин «жизнь» было «свободой». Потом кто-то умный — а у нас дураков в канцеляриях хватает — решил, что формулировка слишком жесткая, и изменил ее.

— Свадьба? — затравленно пискнула я и сжала ладонью горло. — Не-не-не…

Наверное, не стоило так дико мотать головой и на попе отползать вверх по ступенькам. Да и истерика явно была лишняя.

Дракон на мою реакцию обиделся. Демонстративно отвернулся к лесу мордой, к избушке филейной частью, улегся и сердито засопел. А я вот не виновата. Ни разу!

— Кхе-кхе, — с довольной улыбкой аптекарь наблюдал, как я выписываю круги вокруг обиженной туши, — не стоит так драматизировать. Ну свадьба, ну бывает.

— У вас тоже было? — заинтересовалась я. Больно уж занимательная и осведомленная личность этот аптекарь.

— Ой, деточка, — отмахнулся он от меня, — я бы и рад был, но не все ведьмы выходят замуж. Что поделаешь, натура у вас свободолюбивая. Нет, я мог и настоять, но… — он неопределенно поводил руками. — Так, что-то я заболтался с тобой. Эй, дракон, нежно и бережно отнеси меня до Верхних Культяпок, я там с возницей договорюсь.

Лучик грациозно встал и потянулся. Но голову в мою сторону так и не повернул. Типа нет ему дела ни до каких ведьм.

— Слушайте, — я вцепилась в трость аптекаря, — а у вас есть зелье для восстановления памяти?

Он отрицательно качнул головой.

— Ведьмовское. Варить надо. Только я бы не советовал принимать то, что приготовит Ульяна. Лучше из другого города заказать.

Лучик улетел, унося с собой аптекаря, а проблема-то осталось. Выйти замуж за дракона. Я даже не знаю, какое слово здесь пугает больше. Хоть Фомка и числился моим женихом, до обсуждения дать торжественного события мы так и не дошли. Я откладывала разговор, парень охотно в этом меня поддерживал.

Дракон вернулся быстро, но на контакт не шел. Даже Вальдемар не смог его расшевелить. За что и мне попало:

— Миладия, — строго выговаривал домовой во время ужина, — так нельзя. Обидела чел… дракона. Ты зачем с ужасом на него смотрела, будто он сожрать тебя решил?

Я молча отмахивалась ложкой от ворчавшего Вальдемара.

И в результате всю ночь прокрутилась, мучаясь угрызениями совести. И откуда только эта диковинка вылезла?

С одной стороны, Лучик мне нравится. С ним весело, забавно. Ответственный опять же. Но с другой — я же его в человеческом обличье не видела. А вдруг он косой, или рябой, или старый? А может, и все вместе. Да мы с ним знакомы меньше недели!

Но сердце все равно то тревожно екало, то спускалось куда-то в желудок и там нервно трепыхалось. Переживательно.

Утро в зеркале отразилась очень всклокоченная рыжая девица. Словно я со стогом сена бодалась всю ночь. А черные круги под глазами гармонично смотрелись на бледном лице.

Этот момент и выбрал дядька Скит, чтоб связаться со мной.

— Ночка, смотрю, была трудная, — усмехнулся он в пышные усы. — Новых преступников не поймали, случаем? Ладно, о чем это я? — Он взял пузатую кружку с пенной шапкой и с шумом отхлебнул. Половину. — Точно. Созналась Розамунда. Сначала, конечно, попыталась отбрехаться. Да еще и на тебя списать пыталась, мол, наговор это. Но встреча с задержанными похитителями все расставила по местам. Библиотекарша сразу начала лить слезы и каяться. Она в тот день хотела побеседовать с тобой, чтобы на свадьбе обошлось без эксцессов. А тут ей местная болтушка попалась. Розамунда же не знала, что жена старосты ей врет. Вот и посчитала, будто дракон мешать похищению не будет, раз вы друг дружку не перевариваете. — Новый глоток и кружка окончательно опустела. — Но вот какая заковырка. Так ей полагается посидеть в казематах до полугода. Но наш наместник не любит тратить казенные деньги на подобных недопреступников. Скорее всего, отделается штрафом, постановкой на учет и трудотерапией. — Дядя вытер пену с усов и с тоской взглянул на пустую тару. — С мужиками ситуация хуже. Штраф с них сдирать не будут, им деньги на лечение понадобятся. Один теперь непрестанно глазом дергает, другой ходит часто и исключительно под себя. Так что только постановка и отработка.

Мы с Вальдемаром переглянулись. Новость слегка неоднозначная. Не то чтобы я жаждала крови, но и спускать все подряд этой чудной семейке совсем не хотелось.

— А что по поводу семи дней? Откуда она узнала про блокировку? — осторожно поинтересовалась я. Если эта ненормальная умудрилась и с перламутровой пообщаться, то…

Дядька Скит перевернул пустую кружку над высунутым языком и потряс. Целую каплю удалось собрать. Когда экзекуция над тарой закончилась, он ответил:

— Образованная она баба. Оказывается, Розамунда доченьке для диплома собирала материал. Надеялась, что той выпадет писать про драконов. Но просчиталась. В результате достались какие-то мази от язв, что ли. — Я согласно покивала. — Вот там и вычитала про черную траву и отчего она появляется. Бабка Дорина ей сама рассказала об аномалии на лужайке. По показаниям все сходится.