Чтение онлайн

Для этого нужно быть безумцем.

Но у меня не хватало духу беспокоиться. Не тогда, когда ощущался так превосходно и заставлял меня чувствовать себя восхитительно.

Я заснула в его объятиях, такая довольная, какой не была уже много лет.

* * *

Утром я проснулась от жарких, эротических снов и снова услышала тихие голоса на кухне. Действительно, квартира Рафаэля была худшим вариантом для тех, кто пытается заснуть, пока кто-то ещё дома.

Я перевернулась на спину… и с визгом упала с кровати, после чего раздался грохот.

У меня вырвался сдавленный смешок.

Да, я только что упала с его кровати.

Отлично.

— Татер-тот? — голос Рафаэля донесся до меня из кухни. — Что случилось?

— Я в порядке, — ответила я, садясь и убирая волосы с лица.

Через минуту его шаги раздались на лестнице, и он вошёл в комнату в тот же момент, когда я встала.

Ага, слишком быстро встала и споткнулась. В тот раз я хотя бы зацепилась за кровать.

Его губы изогнулись при виде меня.

— К счастью, ты не выглядишь разбитой.

— К счастью для тебя, не для меня.

Я пересекла комнату, разглядывая его. Он надел элегантную спортивную куртку, рубашку на пуговицах, хорошие брюки и туфли. Он также подстригся, как Себастьян, но немного длиннее и не так идеально.

Короче говоря, он выглядел солидно впервые за всё время нашего знакомства.

Богато… и у нас было прошлое.

И мне это не понравилось.

Я привыкла видеть его обычным и неряшливым, в джоггерах и футболке, поэтому совершенно не была готова к странным чувствам, которые охватили меня при виде него.

— Что случилось с твоими волосами, и что, чёрт возьми, ты надел?

— Я сделал столь необходимую стрижку, а это, кажется, одежда. — он опустил взгляд на себя. — Да. Просто одежда.

Мои губы сжались.

Он притянул меня в свои объятия, не задаваясь вопросом о моей проблеме с его стрижкой и одеждой, и прошептал:

— Я думаю, эти губы нужно поцеловать.

Я протестовала?

Нет, я не делала этого.

Но мои странные чувства никуда не исчезли.

Он поцеловал меня медленно и страстно, и я ответила ему таким же пылким поцелуем, приподнявшись на цыпочки, когда он наклонил мою голову, чтобы углубить поцелуй.

Через несколько минут я оторвала свои губы от его и тихо спросила:

— Твоя мама здесь?

— Мои родители и братья, — подтвердил он. — Мы идём на завтрак. Бронь через сорок минут.

Чёрт.

Трясущейся рукой я снова убрала волосы с лица.

— В следующий раз разбуди меня до того, как они придут, чтобы я успела собраться с мыслями.

— Обязательно. — он снова быстро поцеловал меня в губы, а затем слегка присосался к шее. Мои глаза закрылись, и я постаралась не позволить ему повлиять на меня так сильно, как мы оба знали.

— Имена твоих родителей…

— Анастасия и Элдрих. — он отпустил мою шею, неохотно оставив её в покое.

Я несколько раз мысленно повторила их имена, а потом поняла, что Рафаэль никуда не ушёл.

— Тебе не нужно меня ждать. Я без проблем найду себе занятие, пока вы идете завтракать.

Его глаза сузились.

— Теперь мы с тобой единое целое, Татер-тот. Я иду, и ты идёшь.

Я помрачнела.

Возразить против этого было невозможно.

У меня не было ничего, что, по моему мнению, выглядело бы прилично рядом с проклятой спортивной курткой Рафаэля, поэтому я попросила его найти мне что-нибудь, пока я буду делать макияж.

Единственной одеждой для особых случаев была мини-юбка и подходящий топ, которые Бринн уговорила меня купить несколько лет назад, но они явно не подходили для позднего завтрака.

Нанеся тушь и подводку самым причудливым способом, который я знала… и совсем не модно… я завязала волосы в пучок и сочла, что всё готово.

Когда я закончила, Рафаэль уже прислонился к двери ванной с моей одеждой, и я выхватила её у него из рук.

В джинсах и простом топе я смотрелась нелепо, когда шла рядом с ним, но даже если бы у меня была элегантная юбка или платье, я бы не захотела их надевать. Поэтому мне нужно придумать, как принять свою повседневность.

Другой вариант — сменить гардероб на мужской, а я совершенно не собиралась этого делать.

Одевшись в ванной, я неохотно позволила сопровидить меня по лестнице. Мои ноги на носках ступали по кафелю, а рука сжимала руку Рафаэля.

Когда мы спустились по лестнице, на нас посмотрели четыре человека.

Его мать, Анастасия, была так же великолепна, как я и предполагала. У неё была загорелая кожа, прямые блестящие чёрные волосы, ниспадающие до середины спины, и потрясающее тело, которое демонстрировало чёрное платье в обтяжку.

Её глаза были яркими, а губы сложились в полуулыбку, которая совершенно ничего не говорила мне о том, что она действительно думает или чувствует.

Его отец, Элдрих, был очень похож на него и его братьев, но кожа была на несколько тонов темнее, чем у них, а волосы вились, в то время как у них они были только волнистыми. Он расслабленно прислонился к ближайшей к двери стене. Его взгляд был любопытным, но не осуждающим и не обвиняющим.

— Мама, папа, это Татум. Татум, познакомься с моими родителями. — Рафаэль жестом указал на них, и я заставила себя улыбнуться самой дружелюбной улыбкой в стиле кофейня-улыбка.

— Привет, — сказала я, чувствуя себя ещё более неловко.

Рафаэль прижал меня к себе, и я ещё сильнее прильнула к нему в надежде, что это снимет неловкость.

И, может быть, лучше преподнесет этот спектакль.

Улыбка Анастасии стала шире.

Я всё ещё не была уверена, что это правда.

— Добро пожаловать в семью, Татум. Я чёртовски долго ждала, когда один из моих мальчиков наконец положит конец их вечным холостяцким похождениям.

Зандер фыркнул.

Себастьян помрачнел.

Взгляд Элдриха наполнился весельем.

Рафаэль громко рассмеялся.

— Наконец-то промывание мозгов закончилось.

— По крайней мере, для тебя. — она подмигнула мне, а затем перевела взгляд на двух других своих сыновей. — Баш, у тебя ведь тоже есть потенциальная пара в этом городе, верно?

— Он не должен был говорить тебе этого, — сказал Зандер.

— Возможно, Татум удастся её найти, в отличие от меня, — бросила она в ответ.

Возможно, её улыбка была искренней.