Чтение онлайн

Я насупилась:

– Баран! Вань, ты-то меня понимаешь?

– Нет, зачем тебе это? Поколдовать захотелось? Снять родовое проклятье с ведьмы очень сложно, - отозвался адепт, утирая слезы.

– Значит, ты не проведешь ритуал!
– рассердилась я.

– Аська, это надо всю ночь не спать, так еще и силы тратить. Зачем, когда у тебя все в порядке.

– Значит, не проведешь?
– повторила я.

Адепт отрицательно покачал головой и, еле сдерживая смех, уставился в пустую кастрюлю.

– Ну, и все и не надо!

Я обиженно встала, хлопнула дверью, так что от косяка отвалилась подкова, и заперлась в своей комнате.

"Больно они мне нужны", - думала я, глотая злые слезы, - "умники, и без них справлюсь".

В дверь кто-то деликатно постучался.

– Чего надо?
– грубо крикнула я.

В проеме появилось Ваняткино лицо.

– Слышишь, Ась, я проведу ритуал. Только не делай сама, а то покалечишься, - произнес он. Я удивленно уставилась на закрытую дверь.

"Надо же, чтобы от них чего-то добиться стоит устроить простую женскую истерику?"

Ритуал снятия родовых проклятий был сложен и долог, проводился в лунную ночь в полночь, лучше на кладбище. Я начала готовиться: вымылась, по мере возможности расчесала волосы, надела новую исподнюю рубашку, и начала ждать. Часов в одиннадцать пришел Ваня:

– Готова?

Я кивнула. Мы вышли на улицу.

– До кладбища минут сорок добираться на лошадях, может, в саду устроим отпевание?

– Петушков, болван! Мы не хоронить меня собираемся, а совсем наоборот!

Данийское кладбище, зрелище не для слабонервных. Оно было ограждено глухой стеной со старыми воротами, почерневшими от времени. Могилы располагались в точном порядке, в зависимости от возраста и ранга данийца. Холмики были высокими. Вместо гробовых досок рядом с каждым из них стояла статуя, абсолютно идентичная умершему жителю. Поэтому казалось, что вокруг стоят мужчины, женщины и дети, смотрят на тебя с укором и молчат. Здесь не было ни цветов, ни скамеек, ни оград, только могилы и статуи. Меня передернуло, а по спине побежали мурашки.

– Вань, - прошептала я дрожащим голосом, - а, может, правда, пойдем меня в хозяйском саду отпевать?

– Мы уже приехали.

Ваня боязливо озирался вокруг. Я схватила его за руку, она мелко дрожала.

– Тебе тоже страшно?

– Ась, это простое кладбище, к тому же мы с тобой маги!

– Это ты маг, - горячо зашептала я, - а я еще учусь! У меня такое чувство, что я пришла на праздник, на который меня никто не звал.

– Я бы на твоем месте испугался, если бы меня пригласили на этот праздник.

Мы заговорились, и я едва не обняла изваяние. Я с ужасом отскочила, глазницы у фигуры были закрашены черным, а в каменном рту виднелись мелкие острые зубы.

– Господи, Ваня, они их делают в виде уродцев!

После долгих поисков мы смогли найти небольшую площадку, окруженную могилами.

– Здесь и остановимся.

Я сняла плащ и осталась в одной рубахе, по ногам задуло. Меня затрясло, вот тебе и могильный дух.

Ваня достал из сумки черные и белые свечи, ритуальный нож, вино и хлеб. Потом встал на колени, налил в бокал вино, положил хлеб и что-то долго шептал над ними. Через какое-то время он нарисовал на земле шестиконечную звезду, внутри нее круг. По контуру поставил белые свечи, на каждой вершине звезды шесть черных свечей. Рядом развел маленький костер из принесенных с собой веток.

– Так, Аська. Я не смогу увидеть, что там за проклятье, потому что ты ведьма. Ты его сама увидишь. Громко не кричи, кладбищенского сторожа разбудишь. Заодно посмотри, может, и на меня чего-нибудь найдешь. Вставай в круг. Одень это, - он достал камень болотного цвета, болтающийся на шнурке, - не известно, что тебе предстанет, а это сильный амулет от агрессивных духов.

Я кивнула и осторожно встала посреди свечей. Меня всю колотило от страха, по спине потекла капля холодного пота. Такой ритуал я проводила в первый раз. Варить зелье с Марфой одно, а колдовать по-настоящему это совсем другое.

– И еще, - отозвался адепт, - ни за что не выходи из круга, ни при каких обстоятельствах!

Ваня взял веточку, поднес ее к огню, и начал по очереди зажигать свечи, сначала черные, потом белые. Я увидела, как по его лицу пробежали мелкие голубые искорки магии, глаза помутнели.

– Пусть ведьма увидит, что ее гложет!
– вдруг закричал он, подняв глаза к небу.

Поднялся жуткий ветер, закрутивший сухие листья. Он дул в лицо, перекрывая дыхание. Я почувствовала, что больше не могу стоять. Пыль попадала в глаза и в рот, я закашлялась и упала на землю в середину звезды.

Казалось, я лежала целую вечность, уткнувшись лицом в траву. Потом послышалось тихое пение, я подняла голову, откуда с неба ко мне на бешеной скорости приближался ярко-желтый луч. Еще мгновение и он вонзился в мою грудь. Я почувствовала странную силу, ломающую ребра, прожигающую легкие, дробящую позвоночник. Тело выгнулось дугой, от бессилия я закрыла глаза. Кислород заканчивался бешеными темпами, я уже не могла дышать, открывала в ужасе рот, как рыба выброшенная на берег. Внезапно все кончилось, я вздохнула полной грудью и подняла глаза, Вани не было.

– Ты где?
– позвала я его.

– Здесь, - отозвался его приглушенный голос.

– Где?

– Прямо перед тобой.

Я почувствовала приближение паники, адепта я не видела, он как будто исчез. Тут я заметила странное движение. Из темноты начали выходить духи. У меня пересохло в горле. На лице каждого отражалась его смерть. Один из них подошел совсем близко к звезде, и я смогла рассмотреть его. Белая мраморная кожа с неземным свечением и черная лужа в глазницах, рот с мелкими клыками застыл в болезненной гримасе. У меня екнуло сердце, когда я увидела огромную кровавую рану на животе. Стоящая сзади девушка положила руку на его плечо, и я смогла разглядеть ярко-красный след от веревки. Она покончила с собой! Я уже хотела было закричать, но раздался Ванин голос:

– Ася, что ты видишь? Ты так побледнела.

– Ваня, они повсюду, - с трудом разлепила я губы, - они смотрят на меня.

– Кто они?

– Духи погибших, Ваня. Мы пришли на кладбище, где хоронили погибших на войне.

Ваня где-то тихо охнул.

В этот момент за спинами застывших фигур мелькнула тень. У меня похолодело внутри. Тень легко и бесшумно приближалась, превращаясь в оформленную хрупкую девушку. Я с ужасом увидела рыжие кудрявые волосы до лопаток. У меня отвисла челюсть - перед моими расширенными от страха глазами стояла я сама. На бледном лице горели черные без белков очи, а ярко-красные губы растянулись в злой улыбке.