Чтение онлайн

– Ну хорошо. – Я поднялась и отряхнула порты. – Но если нас сожрут, будешь виноват только ты, – предупредила я его.

Ваня счастливо заулыбался.

* * *

Тропинки в лесу отсутствовали, мы зажгли энергетический светильник, но его бледный, едва заметный свет не помогал. Мы пробирались по кустам и канавам, я тихо бурчала себе под нос ругательства. Очередной раз упала, разорвала порты и заорала от злости.

– Это издевательство какое-то! – Мой крик вернулся к нам эхом. Петушков вздрогнул и помог мне подняться, а потом полез дальше по колдобинам, крепко держа меня за руку.

– Нас сожрут, и мы с тобой, Ванечка, не насладимся заслуженной славой в Фатии! – жаловалась я, поскользнувшись.

– Ты меркантильна! – сурово оборвал меня Петушков.

– Я реалистична! Че-орт!

Я споткнулась об опутанное травой, а потому незаметное бревно и, с треском ломая сухие ветки, распласталась на земле.

– Никогда больше не позволю себя в это втянуть! – расплакалась я от боли.

– Аська, ты ведьма или кто? – Ваня попытался меня поднять на ноги.

– Я дура! – Я оттолкнула его, тот не удержался и мягко уселся рядом. – Дура, что полезла сюда! – снова всхлипнула я.

Целую вечность мы пробирались через бурелом, не будучи уверены, что идем в нужную сторону. После того как я в очередной раз поцарапала себе лицо о куст дикой малины, а Ванечка еще раз подвернул ногу и разорвал плащ о торчащую ветку, мы увидели едва заметный из-за деревьев свет. Через несколько минут мы оказались на краю огромной поляны. По всему периметру стояли дома-шалаши из соломы. В центре поляны высилось огромное страшное изваяние, отдаленно напоминающее дракона, вылепленного из глины несмышленым ребенком. Рядом с ним на большом камне-алтаре лежали гирлянды из белых и красных цветов. В отдалении горел костер с вертелом над самым огнем, и поляну наполнял одуряющий запах жареного мяса. У меня от такого соблазнительного аромата заурчало в желудке.

Люди нас заметили, полуголые женщины в ужасе подхватывали на руки детей и быстро исчезали в шалашах. Мужчины взялись за оружие и бросали в нашу сторону недружелюбные взгляды.

– Попали, – прошептала я.

От группы отделились три человека с короткими томагавками в руках. Они неторопливо приближались к нам, очень внушительно помахивая своим незатейливым оружием.

– Старейшины, – догадался Ваня.

– Точно попали! – простонала я.

– Почему?

– Неожиданных гостей всегда встречают старейшины с томагавками.

– Велком! – один из старейшин улыбнулся нам всеми тридцатью двумя зубами.

– Что? – Мы с Ваней испуганно переглянулись.

– Я, кажется, знаю этот язык, – пролепетал Петушков, – мы его зубрили в Училище на уроках вымирающих языков. Только плохо помню.

– Ваня, не подводи нас, вспоминай, – прошипела я. – Что он сказал?

– Он сказал? – Приятель недоуменно уставился на меня. – Наверное, поприветствовал нас.

– Так поприветствовал или «наверное»? Ответь ему что-нибудь!

– Май нейм из Иван, – выдавил тот, бледнея, – ай лив ин Московия.

– Ес, ес, – заулыбался вождь и ударил себя в грудь, – май нейм из Карука. Найс ту мит ю!

– Что он сказал? – Я дернула Ивана за рукав плаща.

– Он сказал, что его зовут Карука и он очень рад нас встретить.

– Скажи ему, что мы путники и ищем меч, он воткнут в какую-то деревяшку.

– Ви а… – выдавил из себя Иван, – не знаю как, это очень сложно!

– А ю трэвелерс?

– Что?

– Он спрашивает, какого хрена мы сюда забрались.

– Ну скажи же про меч!

– Ви а лукинг фо зе сворд!

– О, мэджик сворд, ит из нот хиа, ит из ниа зэ ривер Дэйна, инту зе биг трии.

– Что он сказал?

– Что его здесь нет, он где-то в чем-то, – неуверенно пожал плечами Ваня.

– Так и сказал где-то в чем-то? – изумилась я.

– Ну да.

– Ядрена кочерыжка! Спроси, где именно. – Я почувствовала приближающуюся панику. Не договоримся с этими туземцами, а они возьмут и скушают нас на завтрак!

– А ю хангри? – спросил между тем вождь.

– Что?

– Он сказал, что они голодны, – вдруг испуганно пролепетал Петушков, попятившись назад.

– Ага, – я сглотнула, – Ванечка, не ты ли орал, что они сплошь и рядом вегетарианцы?

Петушков побледнел и сделал еще один шаг назад, очевидно, собираясь дать деру обратно в лес.

– Ай глэд ту тейк сам тэйсти мит энд веджетейблз фо ю фо дина.

Вождь, улыбаясь еще шире, начал показывать нам направление к костру.

– Что он сказал? – У меня от страха подогнулись колени.

– Он сказал, что мы станем очень вкусным обедом с овощами.

– Это как жаркое?

– Это как… пойдем жрать мясо и овощи, идиоты! В каком Училище ты, теоретик несчастный, изучал древний ангельский? – рявкнул на чистом, без какого-либо акцента словенском туземец.

Теперь Ваня стал пунцовым и моментально прикрыл рукой нашитый герб стольноградского Совета у себя на плаще.

– Вы что, говорите по-словенски? – выдавила из себя я.

– Да, а еще читаю и пишу! Не все же такие неучи, как вы. Я, между прочим, в Совете в Бурундии десять лет проработал секретарем, пока сюда послом не отправили!

– О!.. – единственное, что смогла выдавить я.

Ребятки оказались из местного Совета, а их вождь и главный шаман, которого называли Его Святейшество, принимал только избранных, и нас он очень захотел увидеть. К чему бы это?

Упирались мы от всей души, под всякими предлогами пытались избежать встречи с Его Святейшеством и спрятаться где-нибудь под кустом. Но улыбающиеся лица и копья дикарей, едва не касающиеся наших спин, убеждали лучше любых слов. Мы приблизились к особенно большому шалашу.

– На колени, – прошептал Карука. – И голову не поднимайте.

Мы плюхнулись на землю и на коленях, опустив голову к земле, пролезли в дверь. В шалаше горел свой очаг, собранный из красных речных камней. Вокруг лежали ковры, толстые, теплые, явно эльфийские. К сожалению, что-то еще рассмотреть с такого неудобного ракурса оказалось невозможно.

– О, великий и ужасный, мы привели к тебе двух странников, они ищут великий магический меч – Фурбулентус.

– Ху?

– Он. Она, – заорали мы с Ваней в унисон, потом получили по увесистому удару в район почек и посчитали за счастье больше не открывать рот.