Чтение онлайн

— Здравствуй, Сева! Как я рада тебя видеть!

Я узнал Янину Станиславовну, моего бывшего тренера по плаванию.

— Здравствуйте!

Я тоже обрадовался, что её вижу.

— Как ты поживаешь? — взяв за плечи, Янина Станиславовна поворачивала меня туда-сюда.

— Хорошо, — ответил я. — А как вы?

— Нормально, — сказала Янина Станиславовна.

Гриша дёрнул меня за рукав. Мол, кончай разговоры, бежим дальше, время не ждёт.

Но я уже спросил:

— Как там ребята? Как Игорь?

— Я их давно не видела, — ответила Янина Станиславовна.

— Почему?

— Я уже не работаю в бассейне, — призналась Янина Станиславовна.

— Почему? — снова спросил я и внезапно догадался: — Из-за меня?

— Нет, что ты! — решительно вскинула голову Янина Станиславовна. — Наверное, это не моё призвание — быть тренером.

Она стояла передо мной, совсем немного выше меня, очень похожая на девчонку.

И вдруг она мне показалась ужасно маленькой и беззащитной. А я себе показался ну прямо-таки великаном, которому достаточно только мизинцем шевельнуть, чтобы спасти Янину Станиславовну.

— Ты, значит, после того… — Янина Станиславовна замялась, — после того случая в бассейн не ходить?

— Нет, — сказал я. — А где вы теперь работаете?

— В школе, учителем физкультуры, — ответила Янина Станиславовна. — Ну, будь здоров, Сева.

— До свидания, Янина Станиславовна.

Я стоял и смотрел, как она быстро идёт по улице. Ну совсем как девчонка, которая торопится домой из школы.

Нет, это из-за меня она больше не работает в бассейне. Конечно, её ученик, то есть я, чуть не утонул, как же ей можно доверить жизнь детей? Так говорила бабушка. Так, наверное, подумал и директор бассейна.

— Сколько ты стоять будешь? — налетел на меня Гриша. — Из-за тебя мы след потеряли…

— А ты уверен, что мы за твоим Угольком бежали? — напрямик спросил я.

— Не уверен, — Гриша почесал затылок.

И я понял, что он давно сомневается, по верному ли следу мы бежим, но просто не хочет признать, что собаки его подвели.

— А чего ты с этой тёткой разболтался? — сердито спросил Гриша.

— Она не тётка, — ответил я. — Она — мой тренер по плаванию.

— А-а, — ухмыльнулся Гриша, — так это ты из-за неё чуть не утоп?

— Это из-за тебя я чуть не утоп, — разозлился я.

— Сам же просил — помоги да помоги, — пожал плечами Гриша. — Я и помог.

— А её из-за меня прогнали с работы, — расстроился я.

— Ну и правильно сделали, — сказал Гриша. — Если каждый день начнут топиться, знаешь, что будет?

— Нет, неправильно, несправедливо, — кричал я. — Неужели ты не понимаешь?

Гриша поглядел на меня с удивлением и миролюбиво сказал:

— Пусть несправедливо, но теперь ничего не исправишь. И потом, какое тебе дело до неё. Ты в бассейн не ходишь, и всё.

— Это я виноват, — упрямо повторял я. — Из-за меня она не работает. Понимаешь?

— Понимаю, — наконец дошло до Гриши. — Но что ты можешь сделать?

— Не знаю, — выдохнул я.

— А я знаю, — ответил Гриша. — Ничего ты не можешь сделать. Поехали лучше домой. Я думаю, что мои собачки ждут меня не дождутся.

Мы перешли на другую сторону улицы и сели в автобус. Пока мы гонялись за невидимыми собаками, успело стемнеть. А когда мы добрались домой, был поздний вечер.

Гриша оказался прав. У подъезда его ждали собачки. Они тихо скулили.

Сперва Гриша собирался им устроить выволочку за то, что они заставили нас понапрасну бегать за собой. Но Уголёк и Кнопка с такой неподдельной радостью встретили своего повелителя, что Гриша, растрогавшись, сменил гнев на милость.

— Небось, за кошкой гонялись? — пробурчал Гриша для порядка. — А надо было за кем? За Андреем. Эх вы, следопыты.

Наших противников нигде не было видно. Они, наверное, уже первые сны видели.

Гриша повёл своих собачек в подвал — укладывать спать.

Я поднялся на лифте домой.

Родители ещё не спали. Папа боролся со сном в кресле перед выключенным телевизором. Мама сама с собой играла в карты на диване.

Вообще, с тех пор как я стал обыкновенным ребёнком, папа и мама с нетерпением ждали меня домой, беспокоились, когда я долго не приходил. Раньше они считали, что со мной всё в порядке. Теперь они волновались, как бы со мной чего не случилось.

— Ну, снова пришёл весь мокрый, хоть выкручивай, — сердито сказала мама.

Папа открыл глаза и с иронией произнёс:

— Но зато он счастлив.

Усталость вдруг навалилась на меня с такой силой, что мне лень было рот раскрыть. Я только кивнул, соглашаясь со всем, что говорят родители, сбросил мокрую одежду и нырнул в постель.

Тут усталость припечатала меня на обе лопатки к кровати, и я провалился куда-то глубоко-глубоко.

Мы с Гришей гоняли на улице с утра до вечера. Теперь у меня были уже не жалкие два часа свободного времени, а целые дни свободного времени.

Но иногда я отключался. Вокруг меня всё исчезало, всё пропадало. И неожиданно передо мной появлялись лица Янины Станиславовны, Валентины Михайловны и Льва Семёновича. У всех у них был такой несчастный вид, что мне хотелось реветь.

Я чувствовал, что всем им причинил боль.

Я зажмуривал глаза, чтобы не видеть их лиц. Но получалось наоборот. Когда я зажмуривал глаза, я видел лица моих учителей ещё лучше, ярче, как будто они стояли совсем рядом и глядели на меня в упор.

— Ты чего стоишь, как столб? — крикнул Гриша. — Я тебе дал пас, а ты?