Чтение онлайн

— Все, — говорит он тихо, почти шепотом. — Он ушел.

Я выдыхаю так резко, что это выходит почти всхлипом. Ноги подкашиваются, и я падаю вперед — прямо к нему на грудь. Он ловит меня мгновенно: одной рукой обхватывает талию, другой прижимает мою голову к своему плечу, впивается пальцами в плечо. Я вдыхаю его запах.

— Душ, — шепчет он мне в волосы. — Пойдем, согрею тебя…

Он не спрашивает. Просто включает воду — горячую, почти обжигающую. Пар мгновенно заполняет маленькую ванную комнату, зеркало покрывается плотной белой пеленой, и весь внешний мир исчезает за этой мягкой, влажной завесой. Артем медленно стягивает с меня футболку— так бережно, словно разворачивает что-то очень хрупкое и драгоценное. Я поднимаю руки, помогаю ему. Потом он сбрасывает халат.

Вода льется на плечи, на спины, на лица. Я запрокидываю голову, закрываю глаза — горячие капли стекают по щекам, смешиваются со слезами, которые я даже не заметила. Артем наклоняется и целует меня. Его губы скользят по моим скулам, по вискам, по шее, собирая соленые дорожки. Потом берет мое лицо в ладони и поворачивает к себе. Мы целуемся под водой — медленно, глубоко…

Кирилл появляется в дверях — босой, в одних черных боксерах, волосы растрепаны после сна, глаза еще чуть сонные. Он смотрит на нас мгновение, потом улыбается. Шагает внутрь, закрывает дверь. Снимает боксеры. Входит под душ.

Теперь нас трое в этом тесном, наполненном паром пространстве.

— Мог бы поспать…

— Я не хочу спать этой ночью, молчи уже…

Этот короткий диалог снова навевает на меня мысли, что они возможно проводили такие ночи с другими девушками… Но я ничего не говорю.

Незачем.

Кирилл становится сзади — обнимает меня за талию, прижимает к себе. Его грудь горячая, сердце бьется сильно и быстро. Артем спереди — целует меня в губы, потом спускается ниже, к ключицам, к груди. Вода делает кожу скользкой, невероятно чувствительной. Каждое прикосновение ощущается в тысячу раз ярче: губы Артема на соске, язык Кирилла на моей шее, их ладони, которые одновременно скользят по бедрам, по животу, по спине — синхронно, нежно, жадно.

Это не просто близость.

Это очищение.

Это окончательное прощание со всем, что болело, унижало, держало в клетке до этой ночи.

Мы двигаемся медленно, словно танцуем под струями воды. Артем поднимает меня — легко, будто я ничего не вешу. Я обхватываю его бедрами. Кирилл прижимается сзади, поддерживает, держит. Их тела становятся одной большой, надежной опорой. Я опускаюсь на Артема — медленно, чувствуя, как он входит, как заполняет меня целиком, до самого края. Стон вырывается из горла — низкий, протяжный, почти животный. Кирилл целует мою спину, шепчет что-то ласковое, неразборчивое, его руки гладят мою грудь, живот, внутреннюю сторону бедер.

Мы не торопимся.

Каждое движение — как волна: накатывает, отступает, оставляя после себя только большее тепло, большее ощущение жизни. Я чувствую их обоих — их тяжелое дыхание, их приглушенные стоны, их желание, которое сейчас принадлежит только мне. Артем смотрит мне прямо в глаза — даже сквозь пар, даже сквозь капли на ресницах. В его взгляде нет ничего и никого, кроме меня. Кирилл целует мою шею, плечо, шепчет мое имя…

Когда волна снова накрывает нас, она приходит одновременно — для всех троих. Я кричу — не громко, но отчаянно, сладко, растворяясь в этом ощущении полностью. Они держат меня — крепко, нежно, не отпуская ни на мгновение. Мы дрожим вместе, пока горячая вода смывает последние капли напряжения и удовольствия.

Потом мы просто стоим под душем.

Вода постепенно становится прохладнее. Артем выключает кран.

Кирилл берет большое мягкое полотенце, укутывает меня, вытирает волосы, плечи, спину — медленно, заботливо, будто я самая хрупкая и драгоценная вещь во всем мире. Артем целует меня в висок и первый выходит.

Падаем обратно в постель. Я ложусь посередине. Кирилл обнимает меня сзади, Артем ложится напротив, берет мою руку, переплетает наши пальцы.

За окном уже светло — серое, холодное зимнее утро. Но здесь темно и уютно — шторы плотно задернуты, в комнате царит мягкий, теплый полумрак.

Я кладу голову на грудь Артема, слушаю, как бьется его сердце — сначала быстро, потом все медленнее, спокойнее. Он чиркает зажигалкой и закуривает. Кирилл целует меня в затылок, его дыхание ровное, теплое, убаюкивающее.

— Спи…

***

Я просыпаюсь медленно.

Кирилл уже не спит.

— Мы всего лишь переспали… Как и всегда. Ничего серьезного, не усложняй.

Я чувствую это по дыханию — ровному, глубокому, которое касается моей шеи легкими, почти невесомыми касаниями. Он словно боится меня разбудить, но все равно не может удержаться. Его пальцы начинают двигаться первыми — медленно, едва ощутимо, рисуют мягкие круги на моем животе. Кожа мгновенно покрывается мурашками, и я невольно улыбаюсь, не открывая глаз.

Он замечает эту улыбку.

— Дай покурить… Да уж, я в шоке…

— И я. Никогда бы не подумал, что мы с ней познакомимся настолько близко…

Губы Кирилла касаются моего плеча — сначала просто теплое дыхание, потом мягкий, влажный поцелуй. Еще один — чуть ниже, вдоль тонкой линии ключицы. Я вздыхаю — тихо, сонно, с легкой дрожью — и поворачиваюсь к нему лицом. Глаза все еще закрыты, но я всем телом ощущаю его взгляд.

Кирилл наклоняется и целует меня в висок.

Потом в уголок закрытого глаза. В переносицу. В самый кончик носа. И наконец в губы — едва-едва, только касаясь. Я приоткрываю рот навстречу, и он медленно отвечает. Его язык скользит по моему, пробует на вкус остатки сна, тепло моего дыхания.

— Алиса должна сама понимать, что это не больше, чем на одну ночь. Думаю, ей последствия тоже не нужны…

— Это супер заряд перед соревнованиями…

В голове звучат еще обрывки фраз, что я слышала сквозь сон. Возможно, они вырваны из контекста, но даже так — я согласна что это на одну ночь.

Не больше.

Его сильные руки, с четко проступающими венами сейчас невероятно ласковые. Он гладит меня так, будто я соткана из самого тонкого, драгоценного шелка, который можно порвать одним неосторожным движением. Пальцы скользят по ребрам, обводят грудь, едва задевая соски — так нежно, что я невольно выгибаюсь навстречу, и с губ срывается тихий, дрожащий стон.

— Доброе утро, — шепчет он прямо в мои губы.

Голос хриплый от сна, низкий, бархатистый, и от одного этого звука внутри все сладко сжимается.

Артем все еще спит — или притворяется, что спит. Его дыхание остается ровным. Это утро принадлежит только нам двоим — мне и Кириллу.

Кирилл опускается ниже.

Целует шею, ключицы, потом грудь — медленно, обводя языком ареолу, потом нежно посасывает, и я запрокидываю голову, впиваюсь пальцами в его мягкие волосы. Он не торопится. Его ладонь скользит по внутренней стороне бедра — выше, выше, но не сразу туда. Он дразнит: гладит кожу вокруг, проводит ногтями по самым чувствительным местам, и я дрожу, тихо постанывая ему в шею.