Чтение онлайн

– Говорю же: не вяжется, - вздохнула я и попыталась сконцентрироваться на стенах домов, а то мысли из возвышенно-мстительных вдруг стали низменно-романтическими. Если ещё немного узнаю Уилла, придется признавать, что он украл мое сердце. Не вслух, конечно.
– Как поступление в академию вяжется с путем воина? Он конечен, и все такое, но ты мог быть до сих пор здоров, поступил бы уже в воинство Света или гвардию, возможно, сдал экзамен на право называться "мастером"...

– Отчим женился на моей матери ради родства с Макгратом. Верил, что смешав свою кровь с его кровью, произведет на свет наследника уровня десятого не меньше, а в моем нулевом видел проявление слабой отцовской крови. Но у них родилась девочка, Эстер, и ей предрекли второй с натяжкой. Тогда отчим начал пилить мать, будто она подделала свою родословную, а у Макграта не могло быть потомков, не способных даже окончить академию магии. Мне тогда исполнилось шестнадцать, поругался с ним и заключил пари: если смогу получить диплом, то он выплачивает матери все положенные ей деньги, возвращает имущество, которое отошло к отчиму по брачному договору, как компенсация за "неправильного" ребенка, затем проваливает подальше от нашей семьи. Так что диплом мне очень нужен.

На языке вертелось немало лестных слов о матушке, которая за устройство личной жизни расплатилась здоровьем ребенка, но Уилл наверняка и сам думал о том же.

– Ладно, если провалишь экзамены, мы выкрадем этот договор.

– Э нет, Лиз, я передумал становиться тем парнем, который толкает тебя на преступления. Найду и другой выход. Но за предложение спасибо.

И чуть приподнял уголки губ. Ноги тут же стали ватными, носок правой зацепился за булыжник, и я полетела вниз. Точнее, полетела бы, но Уилл удержал меня и потянул к себе. Было бы мило, не звени в голове навязчивый смешок папочки-Перси. Да, один-один, магистр Фрибуш, один-один.

К вечеру наша связь с Перси настолько окрепла, что стоило закрыть глаза, и я ощущала себя в его теле. К тому же постоянно мёрзли пальцы и было тяжело дышать. Воздух будто сгустился и стал очень горячим, обжигающим, ползущим по бронхам густой кашей. Зато и вдыхать можно было реже, кислород расходовался меньше.

Идти на работу я не решилась: ведь чем сильнее удаляюсь от Перси, тем хуже себя чувствую, а дневная передышка закончилась. Казалось, что теперь лич стремился выкачать все недополученное за время моего отсутствия в академии. Поэтому я кое-как сделала домашнее задание, затем просто упала на скамью в парке и сидела там, пока совсем не стемнело. Гаррисон почти все время сидел рядом и читал вслух мне какую-то поэму на языке перводетей. Растягивал гласные он с чувством, от сердца, но читал достаточно монотонно, словно убаюкивал. И в его теплых объятиях было так уютно прятаться от вечернего холода, что я не заметила, как уснула.

Очнулась же в комнате Гаррисона, это поняла сразу и без сомнений: только его подушка могла пахнуть так по-особенному, а клетчатый плед, наверное, единственный на всю академию. Студенты предпочитали покрывала с эмблемами факультетов, которые выдавал каптер.

– … мне не нравится, что ты слишком многое себе позволяешь в отношении Лиззи!
– Персиваль снова говорил тем самым занудным преподавательским голосом, который потихоньку прилипал и ко мне.

– И это "многое" серьезнее привычки тянуть из нее жизненную силу?
– вяло парировал Гаррисон.
– Тейт уже не справляется. Ее надо отпустить.

– Надо просто ослабить связь, но для этого нужно копьё. Она не говорила, где припрятала древко?

– Она и не скажет, - я с трудом села и попробовала дышать, вроде бы стало легче.
– Потому что она не прятала копьё. Предатели!

Перси и Гаррисон переглянулись, но оправдываться не стали. Точно родственники. Надо будет расспросить у папеньки, только ли в саркофаге он полежал вместо Макграта или были ещё случаи. Они же и хмурятся одинаково!

От таких мыслей зачесался нос, но когда протянула руку, то заметила на ней запаянный браслет наручников и тянущуюся от нее цепочку, которую тоже не поленились скрепить магией, вместо обычного узла или замка.

– Это ради твоей безопасности, Лиззи, - Персиваль пересел ко мне и протянул бутылку с водой.
– Видишь ли, для такого мощного ритуала, как прорыв ткани мироздания, нужен очень могущественный маг.

– Которого не будут искать в случае пропажи. К тому же есть нюансы требований к самому магу…

– Он должен быть чист душой, телом и помыслами!

– Я вне опасности, отвязывайте!
– но по сочувственно-понимающим лицам поняла - не отвяжут.
– Нет, правда, ехидный чернокнижник, частый гость в комнате для наказаний, вынужденный поклонник "Любовных страстей Розы" - это точно не тянет на чистого помыслами человека.

– У тебя восьмой уровень, а магия точно слеза - ты подходишь, - Уилл сел по другую сторону кровати и взял меня за руку.
– Поэтому мы с магистром Фрибушем и решили тебя спрятать, пока занимаемся другими делами.

Во рту пересохло, так что поднесенную Перси воду я выпила с удовольствием, затем не удержалась и ткнула пальцем в грудь Гаррисону.

– И даже снова сговорились ради этого! А ведь Персиваль тебя подставил, сдал Лоусон!

– У нас разные версии истинной личности Филча. Но тебе лучше побыть здесь, Лиззи.

И только я собралась высказать им все, что думаю, как Перси сочувственно улыбнулся, а я провалилась обратно в темноту.

От холода не попадал зуб на зуб, и не получалось согреться даже под самым теплым одеялом. Я попыталась сотворить простенькое заклинание, но потом осознала, что сплю не в своей комнате и быстро проснулась. Цепочка по-прежнему сковывала запястье, а рядом на тумбочке стояла бутылка воды, пирог, точно приготовленный Ани, потому что только она умеет делать такие красивые косы по верху, парочка яблок, а стоило мне перегнуться через край кровати, как обнаружился и ночной горшок.

Понятия не имею, где его откопали, скорее всего в музее при академии или в той же комнате потерянных вещей, благо запасники первого мало отличались от содержимого второго. В любом случае, Гаррисон вернулся на первую строчку в списке тех, кого бы я забрала в свой личный гарем-темницу, если бы решила повторить путь Ледяной Стервы. А Персиваль… темная праматерь! Я не знаю, что делать с родственником, пускай и названным. Даже в своих злых фантазиях!

Сейчас это и неважно, выбраться бы из плена. Я несколько раз дернула цепочку, попыталась расковырять место спайки или разорвать какое-нибудь из звеньев, но ничего не выходило. Металл оказался прочным, чары поверх него - надёжными, рассчитанными как на мастера-вора, так и на студентку боевого факультета, потому сколько бы я ни пыталась, так и не смогла освободиться.

Зато в прутьях изголовья кровати металл оказался не настолько хорош. Заклинанием, которому обучил отец, я смогла разрезать металл и освободить край цепочки, с которым и поплелась в ванную. А когда вышла оттуда через пятнадцать минут, то почувствовала в себе силы не только выбраться из комнаты, но и навалять Гаррисону при встрече. Тоже мне, гений-теоретик, мастер-воин, всерьез подумал, что дочурку Кеннета Липкого можно удержать, заперев в комнате.

Но и с выходом оказалось все не так просто: в замочную скважину будто влили жидкий металл, намертво ее запечатавший. А толстая дверь из зачарованной древесины поддавалась магии хуже, чем обычные стальные прутья. Я пробовала сломать и петли, но их тоже защитили чарами, как и окно, и балконную дверь. Просто импровизированная тюрьма для Харпер Тейт, а не комната. Можно было бы попробовать разобрать доски пола, но под ними только скальная порода. Между тем за окном царила непроглядная темнота, и не поймёшь, этой же ночи, когда я засыпала, или уже следующей, знаменующей смену года.

От бессилия я хлопнула ладонями по стеклу, и на звук обернулась темная фигура, бредущая по саду. Успех так вдохновил, что я стукнула ещё раз и помахала руками. На фоне светлой комнаты должна быть хорошо заметна не положенная в мужском общежитии женская фигура. Потенциальный спаситель в самом деле замер на месте, затем подошёл ближе, резко отступил, плюнул на землю и поспешил ко мне изо всех ног.

Когда же круг света четко обрисовал привычный костюм-тройку нашего ректора, я отшатнулась назад и взмолилась темной праматери, чтобы чары Персиваля выстояли и под его напором. Но мистер Харрис их даже не заметил, смел льдистой магией, потянул за ручку и шагнул в комнату.