Чтение онлайн

Золотом я, понятное дело, не засветилась от предвкушения радости.

Афлек, пусть и был тонкий как щепка, тут же задвинул нас с Симоной за спину.

А та подытожила мрачно:

— Не невинные, это точно.

Мы приготовились драться не на жизнь, а насмерть — тем более, что кое-какие приемы Афлеку уже освоил, и когда первый мужик сделал резкий рывок, сумел сбить его с ног резким порывом — и не известно, чем бы все закончилось, но в этот момент раздался повелительный голос, как-то резко затормозивший эту мизансцену:

— Стоять.

Из проулка выдвинулся… дракон.

Не то, что я бы определяла их на глазок, но сложно было не заметить чешуек на лице и сияющих зрачков, которые появлялись у представителей этой расы при частичной трансформации.

Он был молодым — не старше меня — невысоким и изящным даже, да еще и с белокурыми длинными локонами. Может кого-то это сделало похожим на девчонку, но точно не в этом случае. От его некрупной фигуры так и несло смертельной опасностью.

— Нападение… Да еще на беззащитных попаданцев… — начал он лениво, коротко глянув на наши браслеты, а потом повернулся к банде, — Серьезно? Хотите чтобы сюда сбежались все окрестные стражники? Впрочем, не важно, что вы там думали — я и так вижу, что идиоты. Считайте, что уже сбежались — даю вам пару секунд, чтобы исчезнуть, а потом применяю поправку семнадцать-три.

Тех моментально сдуло.

— Мы не беззащитные! — насупился Афлек.

— Спасибо, — кокетливо улыбнулась Симона и подмигнула.

— А что за поправка? — уточнила я.

Мне и ответили, все с той же ленивой усмешкой:

— Драконы высшего ранга имеют право применять смертельные заклятия и дары, если вдруг покажется, — последние два слова он произнес с нажимом, — что им грозит серьезная опасность. Им или тем, кого они защищают.

Таким образом у меня появился еще один друг.

А также новое хобби — изучение местных законов…

Вода с травами закончилась, а перебор воспоминаний, как ни странно, принес успокоение. Я улыбнулась и посмотрела на на уже меркнущие огни столицы.

В конце концов, все могло сложиться гораздо хуже. Но у меня есть крыша над головой, пусть и скромная, но интересная должность, а также приглашение блондинчика проехаться завтра, в мой выходной, к циркачам, которые расположились на окраине Блетфорта.

— Вот и зачем ты на своем лощеном автомобиле сюда приехал? — проворчала, протискиваясь в образовавшуюся щель. Улочка, которая вела к моему дому, была столь узка, что втиснутый в эти рамки самоходный экипаж проезжал едва — а уж о полноценном раскрытии дверей и речи не шло, — Предлагала же встретиться возле набережной.

— Я тоже весьма рад тебя видеть, — в голосе яра Эльвина Томаса прозвучала безупречно-насмешливая вежливость, перед которой даже я была бессильна, — Во-первых, этому автомобилю уже много лет, так что назвать его лощеным — значит пойти против истины. Во-вторых, я не могу позволить тебе столько ходить пешком, тем более, по моему приглашению. Ну а в-третьих, твоим соседям, что прилипли сейчас к окнам, обязательно нужно о чем-то поговорить… Разговоры — это пища для ума. Ты же хочешь умных соседей?

— Напомни мне никогда не встречаться с тобой в суде, — вздохнула. — С твоей дотошностью и въедливостью я сдамся уже на первых фразах.

— Ты там встретишься со мной только в единственном случае — если тебе понадобится поверенный или же защитник, — ответил совершенно серьезно.

Улыбнулась чуть неловко.

Автомобиль, немножко похожий на черный котелок на колесах с вытянутым носом, с тарахтением покатился по неровным мостовым. И вроде бы не задевал ничего, но выдохнула я только тогда, когда мы попали на более широкую улицу и поехали в противоположную от центра сторону.

В том районе я еще не была, потому смотрела с любопытством, тем более что разговаривать при таком грохоте было проблематично.

Блэтфорт считался самым крупным городом цивилизованного мира. Здесь уже построили несколько вокзалов, две линии наземного метро и современные мосты, да и движение местами было довольно интенсивным, причем правила использовались пока минимальные, а дорожной разметки и знаков не наблюдалось.

И, в то же время, это был город, пропахший древностью и трущобами.

Я знала — благодаря лекциям — что городские власти и сама королевская семья, проживавшая на территории резиденции в самой богатой части столицы, стремятся сделать все, чтобы сократить количество бедняцких кварталов и нищих, предлагая местным дельцам выгодные условия, если они будут строить там же заводы, а также обучать местных жителей.

Но также знала, что процесс этот не быстрый. И все еще с интересом смотрела на слишком яркие для современного землянина контрасты.

Мы ехали довольно долго, и даже тарахтение двигателя перестало заглушать тарахтение моего желудка. Эльвин вырулил на край дороги — тротуары здесь были редкостью — и повернулся ко мне, насупившись.

— Почему ты не сказала, что голодна? Я бы отвез тебя в приличное место.

— Ох, мне подойдет и неприличное, — махнула рукой и жадно огляделась, — Не хотелось время терять. Смотри, вон харчевня — и даже чистая на вид.

— Котлетная? Ты готова к трем порциям мяса за раз? — он скептически осмотрел меня.

— А если туда? — ткнула я пальцем в соседнее здание.

— Они так и не сняли знак «только для мужчин». А ты хоть и ходишь постоянно в брюках, вряд ли сойдешь за моего брата.

Вздохнула.

Как я могла забыть об этих идиотских правилах? Впрочем, не стоит жаловаться — Блэтфорт был более чем прогрессивен и большинство приличных едален уже пускали женщин.

— Смотри, там на углу желонья. Наверняка в ней найдется и завтрак, — наконец предложил яр.

Радостно кивнула.

Желоньи в столице пользовались бешенной популярностью в столице и являлись вместилищем городской жизни. Причиной этому послужил тот факт, что в свое время они были единственным общественным местом, где даже яры не считали зазорным вести свои дела. Желоньи служили одновременно конторами, залами для деловых встреч и совершения сделок, аукционными залами, прибежищем поэтов и театралов.

Пульсом Блэтфорта.

А самое главно, в них подавали желон. Замену моего любимого напитка — кофе из желудей. Дубы здесь, возможно, были не идентичны земным, но желуди родили крупные, глянцево-коричневые. И эти желуди очищались, обжаривались и мололись до состояния порошка на манер кофейных зерен. Вот только в отличие от того же кофе, желон благотворно действовал на здоровье, успокаивал нервную систему и дарил приятную, а не тахикардическую бодрость.

Ранним утром в таких заведениях к желону можно было получить разве что вчерашнюю булочку с маслом, но сейчас мы уже могли рассчитывать на полноценный завтрак из яиц, свежей выпечки и тонких ломтиков буженины.