Как злодейка кукурузу выращивала
Шрифт:
— Лорд Девлин не позволит!
Дети одного из министров Азарина были нашими с Кайденом сверстниками и частыми гостями дворца. Мы с Мариз хорошо ладили, а вот Бен с Кайденом вечно цапались без причины.
— А если он все же посмеет, я сама его хорошенько поколочу! — грозно трясу кулаком в воздухе.
Кайден хохочет, явно представляя себе в красках мою расправу.
— Кого? Бенедикта? Или его отца?
Обоих, если это его смешит! Особенно в такой день, как сегодня. Ради моего драгоценного друга Кая мне не жалко. Пусть даже если потом Мариз перестанет со мной дружить…»
А ведь Эльвина похожа на ее величество. Разглядываю иллюстрацию в книге. Такие же белоснежные волосы, зеленые глаза, пусть у Хефины они яркие и сочные, словно молодая листва, а у святой темные, будто оливки, все же сходства полно.
Может, поначалу Кайден обратил на нее внимание именно из-за этой похожести?
А сейчас у него такая реакция была из-за того, что он узнал мать или из-за того, что она напомнила ему его возлюбленную?
В любом из вариантов память принца откликнулась. Возможно, скоро он начнет вспоминать людей помимо меня. «Жену» на семейном портрете не признал, но ее величество Хефина определенно вызвала в нем какой-то отклик.
— Идем? — Кайден касается моего плеча, закончив с оплатой.
Помимо этого, принц выбрал еще несколько фолиантов поменьше.
— Да, — говорю я, захлопнув разбередившую мои мрачные воспоминания книгу. — Пойдем.
Мне отчаянно нужно забыться.
24
Остаток дня прошел спокойно.
Мы с Кайденом прогулялись по украшенным цветами улицам города, заглянули на выставку цветочных композиций, поражающих мастерством исполнения, пообедали в оживленной таверне, где не было отбоя от посетителей, во многом благодаря действительно вкусным блюдам, и расположились на отдаленной лавочке на полупустой площади под сенью раскидистого дуба.
Принц достал из тряпичной сумки книгу — всеобщую историю Азарина — и принялся за чтение, в этот раз неспешно и с самого начала. Мое настроение, немного улучшившееся после прогулки и еды, снова скатилось в пропасть при виде этого тисненного гербом королевства фолианта.
— Скоро будет темнеть.
— И правда, — поднимает голову Кайден, рассматривая небо. — Пора домой.
Принц поднимается на ноги и протягивает мне руку.
Домой?
Когда эта горная избушка успела стать «домом»? Так, всего лишь, временное пристанище.
Хватаюсь за протянутую ладонь и медленно поднимаюсь.
Оживленные улицы, украшенные к цветочному фестивалю, заметно поредели. Торговцы убирают свои палатки, продавцы сластей катят прочь тележки, прилично облегченные после успешного дня продаж. Организаторы мероприятия уносят прочь цветы на ночь и прибирают с улиц мусор, оставленный прохожими.
— Вино! Цветочное вино! Две бутылки по цене одной!
Заманчиво.
Останавливаюсь у сворачивающего свой прилавок уличного продавца. Видимо, проще распродать остаток ящика, чем тащить поклажу с собой. Хранить товар здесь не где.
Заметив мою заинтересованность, делец ловко выставляет на пустой стол остатки. Пять литровых стеклянных бутылок.
— Вино из роз высшего сорта! Пожалеете, если упустите! Его можно найти только во время фестиваля раз в год! Две по цене одной! Молодые люди, вы не найдете такой цены во всем герцогстве! От сердца отрываю!
Поворачиваю голову, Кайден поджал губы. Принц не заинтересован в покупке.
— Берем все. Сколько? — спрашиваю я.
Мужчина довольно скалится, что избавился от остатков.
— Двести!
Дороговато.
— Заплати, — приказываю принцу.
Мои деньги у него.
Его высочество хмурится, но делает, как велено, неохотно выуживая из кошеля деньги.
Продавец радостно укладывает бутылки в сетчатую сумку и передает ее в руки Кайдену в обмен на две банкноты.
Покидаем городок пешком, за ближайшим холмом беспокойно вспахивает копытом землю предоставленный самому себе на целый день Ветерок, привязанный к тонкой сосенке.
Я не переживала, что его могут увести, по двум причинам: во-первых, характер у этого коня не сахар, незнакомцев он лягает, а во-вторых, подчиненные капитана Грилиша следуют за нами попятам везде, следует только порог дома переступить.
Безопасность наследного принца и герцогини — вам не шутки. На имущество охрана тоже распространяется.
До хижины добираемся быстро и в странном молчании. Не сказать, чтобы оно было неловким. За несколько дней я уже привыкла к тому, что Кайден рядом, к его прикосновениям, теплу, что распространяется по спине, стоит нам оказаться вместе верхом, его дыханию, щекочущему мою шею.
Когда входим внутрь дома, забираю у Кайдена авоську с лязгающими друг о друга бутылками и ставлю на стол.
— Можешь сегодня поспать на кровати.
Я сегодня точно не усну. Можно и не пытаться. Так чего тогда добру пропадать. Каким бы на первый взгляд ни казался мягким диван в гостиной, вряд ли на нем удобно спать. Великодушно уступаю ложе царской особе.
Принц зажигает лампу и ставит на стол передо мной. Мрачная комната озаряется желтым светом.
— Лисс…Это…Я сделал что-то не так?
Синие глаза принца глядят с беспокойством.
Выдыхая, опускаюсь на стул и выуживаю пробку из первой.
— Ничего. Иди спать.
Запрокидываю голову, прижав к губам горлышко. Сладкое вино потоком обрушивается вниз, облизывая горло и желудок огненными всполохами. Несколько капель стекают по подбородку и шее, исчезая под воротником.
Пью до тех пор, пока становится нечем дышать, и только тогда ставлю бутылку обратно на стол. Осталось меньше половины.
К лицу приливает кровь. Во рту сладко, а в голове пусто.
— Почему ты еще здесь?
За все это время Кайден с места не сдвинулся.