Чтение онлайн

Но одного только сочувствия недостаточно, чтобы прийти к цели, – для этого необходимо еще и понимать, что происходит. Сочувствие без мудрости порождает догмы и сентиментальность, тогда как развитие одной только мудрости превращает людей в холодных, расчетливых всезнаек. Чтобы совершить что-то в мире, нужны и руки, и глаза – точно так же в Великом пути сочувствие и мудрость дополняют друг друга.

Мудрость

Существует два вида мудрости: так называемая мирская мудрость, которая относится ко всему обусловленному, что возникает в уме, и освобождающая мудрость, направленная на сам ум.

Первая осваивается в школах и университетах. Благодаря ей можно зарабатывать больше денег за меньшее время, найти интересную работу и в конце концов умереть, оставив после себя больше долгов, чем те, у кого нет образования. Мирская мудрость ограничивается непостоянством: ее преимущества действительны только до прихода смерти. Да и во время жизни чисто интеллектуального знания для подлинного счастья бывает недостаточно, а заработанное тяжким трудом богатство быстро теряет свою ценность. По этому поводу есть очень меткая датская пословица: «У последней рубашки нет карманов». Но, даже несмотря на это, развивать интеллект и разнообразные таланты имеет смысл и для следующей жизни. Это повышает вероятность того, что наше сознание притянется одаренными родителями, и благодаря полученным от них хорошим генам и воспитанию мы сможем вести более многогранную жизнь.

Освобождающая и просветляющая мудрость ума, напротив, не что иное, как высшая радость, которую никогда нельзя потерять! Поскольку природа ума открытая, ясная и неограниченная (ведь ум никогда не рождался, а значит, и не может умереть), присущие ему качества тоже являются необусловленными и вневременными. Однажды удаленные с поверхности зеркала ума «пятна» не появляются вновь от жизни к жизни, и приобретенные таким образом неличностные способности никогда не подведут.

Но как ум может узнать сам себя? Следует ли нам для этого постоянно наполнять его новыми идеями и понятиями? Совсем наоборот: путь заключается в том, чтобы не привязываться к мыслям. Даже монахи «государственной церкви» Тибета, ученой школы Гелуг, целыми днями ведущие философские дебаты по своим текстам, ничего не могут добавить к природе истины. Надо позволить воспринимающему пребывать в пространстве собственного осознавания, без помех видя все внешнее и внутреннее как его свободную игру, – тогда ум успокоится, преодолеет все мешающее и проявит свою светоносную природу. Так возникает сначала освобождающая, а затем сокрушающая всякую двойственность просветляющая мудрость. Мир познается таким, какой он есть, – пустым в смысле отсутствия у него неизменной собственной природы и одновременно таким, каким он проявляется, – как нескончаемое и беспрерывно меняющееся многообразие. Все глубже понимая, что субъект, объект и действие – это взаимообусловленные аспекты одного целого, мудрые непринужденно отдаются тому, что способствует росту и имеет смысл, тогда как непросветленные, которые не видят возможностей ума, лишают себя опыта совершенства. Это происходит из-за неведения, которое, в зависимости от выбранной классификации, может описываться как четыре или две завесы, омрачающие ум. Обе классификации соответствуют Второй благородной истине Будды – «У страдания есть причина».

В первом случае выделяются: основополагающая ошибка двойственного видения, порождаемые этой ошибкой мешающие чувства, следующие за ними слова и действия и, наконец, возникающие в результате недальновидные привычки, которые удерживают существ в паутине страдания. Согласно другому взгляду, первой завесой является привязанность к постоянно меняющимся состояниям ума. Мятущийся между обусловленными счастьем и несчастьем, симпатиями и антипатиями не осознает той глубины, которая присутствует за всем и в которой все самоосвобождается. Вторым препятствием являются жесткие концепции – ограничение непосредственного осознавания всевозможными понятиями и мировоззрениями. Слова и представления – это лишь тень опыта, но не сам опыт. Подобно ребенку, который зачарованно уставился на палец, направленный на луну, и не видит самой луны, существа хватаются за понятия и толкования, часто не имея опыта того, на что они указывают.

Любое из этих двух объяснений подойдет в качестве основы для понимания: пирог Учения Будды можно разрезать как угодно при условии, что путь и цель остаются ясными и постижимыми. А когда удалены все барьеры, ум узнает свою природу. Пока ум не способен воспринимать, что он является всепроникающим, имеет место чувство разделения, которое рождает мешающие эмоции. Распознав заблуждение о собственном индивидуальном «я» и отбросив его, можно достичь Освобождения. Открытие того, что нет никакой истинной «самости», о которой необходимо заботиться и ради которой приходится «выворачиваться наизнанку», немедленно удаляет страдание и превращает само пространство возможностей в нашего друга.

Мешающие чувства – источник мудрости

Не поддающиеся контролю состояния ума, считающиеся в других религиях и мировоззрениях «греховными» или «антисоциальными», Будда целенаправленно включал в путь развития своих учеников. Множество искусных средств, которые постепенно превращаются в бесценный источник для современной психологии и философии, трансформируют мешающие чувства в различные виды неотъемлемой мудрости ума. На высшем уровне Учения, в Алмазном пути, заложенная в эмоциях сила даже используется как сырье для Просветления. В них проявляется неизмеримая многогранность ума. Учение Будды описывает 84 000 обусловленных состояний сознания и умственных завес, которые приводят к неуместным словам и неуклюжим поступкам. Они возникают из различных комбинаций пяти главных мешающих чувств: неведения, гордости, привязанности, ревности и злости. Иногда из привязанности выделяют жадность и говорят о соответствующих шести сферам существования шести мешающих чувствах.

Будда рекомендует трехступенчатый способ покорения этого хотя и призрачного, но все же цепкого оппонента. В качестве основы развивается внутренняя внимательность в Малом пути, позволяющая замечать трудные состояния еще на стадии возникновения. Здесь мы избегаем обстоятельств, которые, судя по опыту, вызывают у нас мешающие чувства. Это предотвращает драмы, давая нам столь ценное время, – в сложной ситуации можно, например, взять и отправиться погулять, вместо того чтобы вступать в конфликт и терять лицо.

Делая второй шаг, мы понимаем в Великом пути преходящий, обусловленный и составной характер любого мешающего чувства: его не было пять минут назад, и опыт подсказывает, что не будет и пятью минутами позже, так что бессмысленно придавать большое значение столь изменчивому феномену и подчинять ему свои поступки. Объективное понимание того, что восприятие незнакомого с медитацией человека определяется в целом его настроением, дает нам свободу самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Если каждое мешающее чувство вовремя замечать и подвергать своего рода научному анализу, распознавая механизм его появления, то эти состояния будут терять свою убедительность для нас. Кроме того, полезно сравнивать свою жизненную ситуацию с условиями, в которых находятся другие: например, когда мы начинаем себя как-то уж очень жалеть, можно вспомнить о жизни и страданиях людей в Африке. Известны также способы и вынуть жало у неприятных встреч – например, подумать: «Хотел бы я с ним поменяться местами?» или «Он испытывает мое терпение всего лишь пять минут, а ему приходится иметь дело с собой постоянно…» Это поможет нам научиться отвечать на сложное поведение людей сочувствием.

Буддисты в принципе руководствуются тем, что существа совершают ошибки и причиняют друг другу вред скорее из-за неведения, чем по злобе, – более того, все наверняка встречаются не в первый раз, и если злодей создает для себя много страдания в будущем, то жертва избавляется от плохой кармы, накопленной в прошлом. Со своей стороны мы из сочувствия делаем для обеих сторон лучшее из того, что возможно, стараясь сохранять при этом дальновидность.

Именно из-за того что глупость, или запутанность, лежит в основе всех ошибочных действий, она причисляется в буддизме к мешающим чувствам и даже считается причиной всех остальных. Обычно это не сразу понятно, но если посмотреть на проявления этого качества ума, то все получит объяснение. Часто мы, сами того не желая, причиняем страдание другим, поскольку не можем до конца оценить последствия своих поступков. Очень многие благожелательно настроенные люди терпят неудачу в своих устремлениях, не будучи способными видеть реальное положение дел. Однако если просто расслабиться в пространстве, станет видно, что запутанность основывалась на ошибочном ощущении разделенности, – и тогда появятся интуиция и ясность. Здесь необязательно разбираться в квантовой физике или знать шестнадцать уровней пустоты всех явлений, которым учил Будда. Обретя середину, свой внутренний центр, можно получить опыт превращения глупости в человеческую зрелость. Поэтому даже тому, у кого нет времени и возможности для долгих штудий, необязательно отказываться от богатства жизни. Ум работает целостно и гибко, и в случае Будды самое важное не количество прочитанных книг, а жизненный опыт. Если мы понимаем общую структуру Учения, медитируем согласно полученным наставлениям и следуем здравому смыслу, а не политкорректности – мы на верном пути. Чем меньше времени и сил уходит на трудные ситуации, тем лучше. В этом случае у нас нет бесконечной круговерти мыслей в голове, уводящей в сторону от главного, и тогда самое удачное решение: «Первая мысль – лучшая мысль!» Если оставаться в потоке жизни и наблюдать за причиной и следствием, то способности, развивающиеся из личного опыта, восполнят вероятные пробелы в концептуальных знаниях.

Стремление добавить что-то к воображаемому «я» и таким образом обрести постоянное счастье приводит к привязанности, которая все ограничивает и освобождающим противоядием для которой является щедрость. В целом же, если говорить о той важнейшей области человеческого опыта, охватывающей привязанность, жадность и алчность, то здесь можно надеяться, что хорошие кармические связи из прошлых жизней позволят извлечь из взаимного желания обоюдную радость. Но даже если нам трудно что-то получить, самое лучшее – выработать привычку желать другим того, чего хочешь сам. Ведь существ бессчетное множество, и потому они важнее нас. А в качестве противоядия для неисполнившихся желаний хорошо не забывать о мимолетности всех обусловленных радостей. Лишь Просветление является вневременным и окончательным счастьем – не имеет большого значения, на «Мазде» отвезут нас на кладбище или на «Мерседесе».