Чтение онлайн

— ?

Му Юнь вошел, заметно нервничая:

— Ваша милость, я считаю, что сейчас, когда император так заботится о яньцах, как курица о своих цыплятах, не стоит вступать в прямой конфликт…

Вдовствующая императрица щелкнула ножницами, отрезая лишнюю ветку:

— Что же предлагает господин Му Юнь? Говорите прямо.

Му Юнь стал еще более нервным:

— Бэй, Бэй, Бэй…

Он все повторял «Бэй» и никак не мог закончить мысль, но вдовствующая императрица уже сама догадалась, что он имел в виду. Её глаза вспыхнули.

Бэйшань.

На этой горе строился мавзолей, предназначенный для вдовствующей императрицы и возведённый Сяхоу Данем. Завершение строительства было намечено на ближайшие дни.

Это важное событие, император должен сопровождать императрицу-мать для проверки.

Гора Бэй находилась далеко за пределами столицы, и Му Юнь предоставил ей достойный предлог, чтобы выманить Сяхоу Даня из города. Когда император уедет, они смогут внезапно напасть и убить посланников.

Когда император поймет, что произошло, будет уже слишком поздно. Смерть послов неизбежно приведет к ухудшению отношений между странами, и даже если принц Дуань не хочет войны, ему придется сражаться.

Му Юнь продолжал заикаться:

— Г-гора Бэй, Бэйшань…

— Замечательно, — сказала вдовствующая императрица.

Му Юнь:

— ?

Императрица видела, как с каждым днём император становится всё более решительным и бескомпромиссным. Они уже перестали скрывать взаимную неприязнь, и ее терпение в отношении него иссякло.

Она сорвала цветок своими ярко-красными ногтями и, поиграв с ним в пальцах, добавила:

— Так и сделаем. Завтра утром я отправлюсь с ним на гору.

Му Юнь угодливо кивнул:

— Под таким предлогом, император не сможет отказаться.

Вдовствующая императрица сжала цветок в кулаке, раздавив лепестки, и бросила их в землю:

— В обычное время этого не скажешь, но ты, оказывается, довольно сообразительный.

Улыбка Му Юня на мгновение застыла.

Вдовствующая императрица, заметив это, сказала с улыбкой:

— Ну что ж, когда мы уедем, ты будешь отвечать за всё, что произойдёт в городе. Если все получится, я тебя отблагодарю.

Му Юнь в восторге:

— Спасибо, спасибо, Ваша милость!

Он поклонился и попятился к выходу, перед уходом бросив на нее последний взгляд, полный презрения, будто уже видел перед собой мертвеца.

Вдовствующая императрица в это время давала указания слугам уведомить Сяхоу Даня и не заметила этого взгляда.

Так началась буря, поднявшаяся с легкого ветерка.

* * *

Ю Вань Инь уже закончила укладывать волосы Се Юнэр и теперь держала ее лицо, чтобы нанести макияж.

— У тебя красивые брови, — сказала Ю Вань Инь.

Се Юнэр ответила:

— Для этой эпохи они слишком густые. Нужно немного подщипать. У этих древних людей совсем плохой вкус.

Ю Вань Инь:

— …

Затем она добавила:

— Действительно.

В ходе девчачьих разговоров в спальне, Се Юнэр постепенно полностью перешла на современную речь, и тревога, царившая в её глазах, заметно ослабла.

Ю Вань Инь продолжала беседу, обсуждая еду, развлечения, школьные годы, отвратительных начальников и невыносимых клиентов. Эти далекие слова сплелись в воздухе, создавая иллюзию, в которой Се Юнэр казалось, что она снова стала офисной работницей и на время забыла о своем положении.

Вдруг Се Юнэр вздохнула:

— Когда задумываешься, понимаешь, как нереальна жизнь после того, как мы сюда попали.

Ю Вань Инь достигла своей цели, но почувствовала тяжесть на душе.

Се Юнэр не знала, что даже в будучи офисным работником её жизнь не была по-настоящему реальной.

* * *

Каждая пешка на шахматной доске считала, что не участвует в игре.

Например, Туэр.

Стрела, пробив оконную бумагу гостиничного дома, со свистом полетела в сторону Туэра.

Туэр едва заметно шевельнулся, никто даже не успел разглядеть его движения, как стрела уже оказалась у него в руке.

К стреле была прикреплена записка.

Ха Цина нахмурился:

— Принц, отпустите её скорее, на стреле может быть яд.

Туэр, послушавшись, отбросил стрелу, затем посмотрел на отверстие в оконной бумаге:

— Стреляли с улицы, напротив.

Ха Цина быстро подошёл, обернул пальцы платком и осторожно развернул записку. Увидев её содержимое, он удивлённо сказал:

— Это написано на языке Янь.

На бумаге было по-яняньски написано: «Завтра император отправится на гору Бэйшань. Кто-то хочет вас убить, будьте осторожны.»

Подписью служил не текст, а изображение цветка.

Ха Цина спросил:

— Что все это значит? Наши личности раскрыты? Этот человек знает, что мы собираемся убить императора?

Туэр задумался.

Если бы их личности были раскрыты, их бы уже давно арестовали. Но раз они по-прежнему спокойно находятся в гостиничном доме, значит, отправитель записки ещё не сообщил о них властям.

Может быть, в городе есть их соотечественник, который тайно помогает им в этой последней битве?

— Принц, разве можно доверять этим людям из Ся? Они один коварнее другого.

Но Туэр все еще продолжал смотреть на маленький цветок, нарисованный тушью, похожий на колокольчик.

Это был любимый цветок Шань И, он сам когда-то вплёл его в её волосы. Они называли его «цветком верблюжьего колокольчика». Почему-то этот цветок всегда напоминал ему о звуках украшений Шань И, когда она танцевала, тонких и мелодичных, словно звенящих в воздухе.

Когда Шань И отдали замуж за императора Ся, женщины из ее племени вышили этот цветок на ее одежде.

Несколько месяцев спустя пришла весть о ее смерти.

Люди из Ся утверждали, что она пыталась убить императора, но король Янь обвинил их в клевете и убийстве святой девы. Хрупкий мир продлился всего несколько месяцев, и война вспыхнула с новой силой.

Шань И была самым прекрасным человеком на свете.

Если бы она продолжила жить, возможно, со временем на ней тоже остался бы отпечаток мирской суеты, её сияние бы померкло, и она уже не могла бы носить титул «самая прекрасная». Но у нее не было такого шанса.