Чтение онлайн

24-го всякое лето кончается: "Не каждое лето до Федоры дотянет". Обивается оставшийся на корню хлеб: Федоры-обдеры. Размокропогодилось от дождей, слякоть одолевает. Деревенские острословы подсмеивались: "Федоры – замочи хвосты". Две Федоры в году – осенняя и зимняя, одна с грязью, другая – со стужей: "Осенние Федоры подол подтыкают, а зимние Федоры платком рыло закрывают".

С 26-го, с Корнилья, "корень в земле не растет, а зябнет".

День спустя – Воздвиженье, третья встреча осени. Первые зазимки: "Сдвиженье тепло сдвинет, а холод надвинет". Осень к зиме быстрее движется.

Воздвиженские зазимки еще не беда, что-то скажет Покров-батюшка (14 октября).

Воздвиженье осень зиме навстречу двигает. На Воздвиженье птица в отлет двинулась.

Воздвиженье – последний воз с поля сдвинулся, а птица – в отлет пошла.

Воздвиженье – последняя копна с поля двинулась. Воздвиженье – шуба с зипуном сдвинулись.

С этого дня медведь залегает в берлогу. Наелся Потапыч корней крушины слабительной, очистил желудок, берлога готова, теперь и зимовать можно. Змеи, сбившись клубками, под трухлявые пни попрятались, в спячку впадают: "На Воздвиженье ни змеи и никакой гад по земле не движется".

Срубают капусту: "На Воздвиженье первая барыня – капуста". Поскрипывают возы со спелым овощем, радуется сердце крестьянина: "Хлеб да капуста лихого не попустят". Молодежь по такому случаю затевала вечеринку – капустник, начиная посиделки.

28 сентября – "гусепролет, гусарь". Темные холодные вечера и предрассветная свежесть остужают воздух и землю. Дергают репу, обрезают ботву и корень; "Не дремли, баба, на репорезов день". О репе-ломотнице в загадке подмечено: "В землю крошки – из земли лепешки". Репу ели пареную, вареную (в похлебках и кашах), вяленую и просто так. Могучий был овощ!

На "гусаря" стригли овец. До больших холодов успеют обрасти новой шерстью, а снятую, промазанную жиропотом, на валенки, на шерстяные онучи да на суконки пустят. В лаптях зимой без суконок не выйти за порог. В старом русском календаре этим днем сентябрь-хмурень переламывался пополам, а по-новому счислению до завершения первого осеннего месяца осталось всего ничего.

Последние дни задумчивого сентября оглашены кликами отбывающих гусей и журавлей: "Гуси летят – зимушку на хвосте тащат".

Дни стоят еще на диво погожие, сухие. В полдень через облачные гряды проглядывает солнышко, разливая кроткое, прощальное тепло. Разгорается холодный пожар примолкшего, пышно разодетого леса. Шелестит бронзовая метель листопада. Лист потек, посыпался, знать, пора приспела. Листвяной дух свеж, звучен, с грустинкой. Золотые порывы осени преображают лес, чтоб холода не застигли его врасплох.

Кончился журавлиный лёт. Засвистели ветры, перебраниваясь с падающей листвой, непрестанно подергивая тусклую гладь пруда. Кряжистый, корявый дуб роняет литые желуди. Сиротливо дозаривают ягоды калины да собранные в горсточки монисты брусники. Осень безжалостно глушит прощальную симфонию красок.

Набегающие сиверы – холодные ветры неустанно твердят: на подступах ненастные, рано потухающие дни. Скоро зачередит дождь со снегом, и не миновать времени, когда целиком оправдается народная поговорка: "В осеннее ненастье семь погод на дворе: сеет, веет, крутит, мутит, ревет, сверху льет и снизу метет". Распутица, кисельница, октябрь-гряз-ник. Покатились деньки один другого короче. Но как лучезарна улыбка погожего полдня! Октябрь еще тешит и сухими, отменными деньками, и яркой зеленью трав, и цве-тами-хладолюбами.

С голубого неба опять сияет солныщко, воздух прозрачен и тих. В такую-то пору особенно великолепен облик осени. Дивное диво красок и оттенков листвы, от бледно-желтых до карминных и фиолетовых. Не налюбуешься отпавшими листьями от выжелтевших берез и вязов. Свевает, шуршит краса деревьев, в лесу стало просторно и светло. В народном месяцеслове об октябре говорено так:

Плачет октябрь холодными слезами.

Октябрь-грязник, ни колеса, ни полоза не любит.

Если в октябре лист с березы и дуба опадет не чисто- жди суровой зимы.

1 октября – журавлиный лёт: "Если на Арину журавли полетят, то на Покров (14 октября) надо ждать первого мороза; а если их не видно в этот день – раньше Артемьева дня (2 ноября) не ударить ни одному морозу".

Октябрь землю покроет где листком, где снежком.

За краткой золотой осенью, обнимающей первую половину октября, предстоит слякоть предзимья, дожди и снег. По утрам остекляются ледком лужицы, с холодеющего луга подолгу не сходит тяжелая роса.

В осеннем небе уже пронеслись клином журавли, веревкой – гуси, кучками – скворцы. Теперь черед за утками: покинут гнездовья с появлением молодого льда.

В холода, поближе к людскому жилью перебираются галки, вороны и сороки. Полевые воробьи пока косяками носятся над грядками с кочанной капустой: обирают насекомых, жируют. Со снегом и они в деревню пожалуют. Пока на садовых рябинах пируют пролетные дрозды, наш красногрудый зимовщик--снегирь отсиживается в перелесках. Освоится с дороги, пообвыкнет, и уж, глядь, и он объявился у домов. Не отстанут от снегиря синицы, хохлатые свиристели и ловкие поползни, скачущие по стволам вниз головой. Глухарь в дубравах набивает зоб мелкими камушками: перетирает пищу. А его сородич – тетерев подыскивает кормные угодья – березняки. Там ему давно приготовлено угощенье из почек.

Хлопотунья белка – в поисках крепких грибов и полновесных орехов. Впрок откладывает лишь самое лучшее, зима научит премудрости. Домовитый барсук тоже делает запасы и отъедается в дубах желудями. Глубже закапывается сын подземелья – крот. На глубине он перезимует в тепле и довольствии.

Быстро отрастает озимь, коричневое поле зазеленелось изумрудом, посвежело. На лугах еще не померкли ромашники-поповники, приземистые белые звездчатки, а возле речек вторично зацвели гравилат и ползучая живучка.

Очищаются воды прудов и речек. Ряска, еще недавно так зеленевшая по краям излук и затонов, опустилась на дно, вместо нее теперь по прогалинам ходит легкая зыбь. Все реже радует клев на мелководье: рыбы скатываются в зимовальные ямы – ятовья.

Осень. С грустью прошуршишь палым листом, с тревогой. Но стоит увлечься в глубь леса, и карнавал красок закружит, развеселит. Очарованье, очарованье какое! Есть ли в году время, подобное этому? Нет, "пышное природы увяданье" неповторимо, и владелец золотой осени – октябрь средь братьев-месяцев самый нарядный, самый живописный. Особенно спервоначалу.