Чтение онлайн

Все, кого она смогла увидеть на торжественном балу в честь прибытия участников, храбрых и отважных змееносцев великих Империй, и открытия нового столетнего турнира, были одинаковы хороши. Аристократов и дворян выдавала кожа, она буквально светилась каким-то внутренним огнем, холодные и остекленевшие глаза искали выгоду в своих претендентах, в них светилась страсть и необузданный азарт, оттого на них было так страшно глядеть, тебя одновременно пробирал мороз и пламя. Именитые купцы, торговцы, разработчики и архитекторы воздушных кораблей, исследователи изобретений третьего тысячелетия - весь контингент знати походил на театральную постановку, где живыми были только их двигающиеся руки и ноги, но веревочками, на которые подвешены куклы, управляли другие, стоящие и за спиной королевских семей. Почти каждого из них сопровождало по десятку человек из охраны, цвета и украшения их нарядов были настолько разнообразны, что стоя по всему периметру огромного зала, сверху представлялся вид ярких точек, словно художник разбрызгивал все оттенки палитры на холст. Живой была только одна душа, в чьих жилах текла благословенная кровь. Когда наследная принцесса Османской Империи ступила на холодные мозаичные плиты, по которым тянулись этнические восточные узоры, зал на миг замер, не смея произнести ни звука, настолько бесподобной была ее красота и величие. Платье струящиеся по идеальной фигуре, молочная кожа с персиковым отливом на щеках, длинные ресницы, а курчавые волосы сравнимы были лишь с безлунной ночью, такой же темной и непроглядной. Она не была марионеткой в чужих руках, скорее сама подчиняла людей, но не с помощью власти и статуса, а силой убеждения и морали. И Лира хотела бы хоть отчасти быть похожей на нее.

Осторожно опустив мерцающий мираж на стол, он в мгновение растворился, а девушка перевела взгляд на собеседника.

– Ты оказался прав, я действительно удивлена. Значит, ты и не такое можешь?
– задумчиво спросила она себя, и затуманенным взором, блуждая по стеклянным стенам, сквозь которые проникал блеск рассвета - начало нового дня.
– Несмотря на все эти прекрасные материалы, ты прекрасно понимаешь собственный исход положений, разве я не права?

Мальчик высокомерно изогнул брови и немного расторопно сел в привычное положение, будто что-то только что упустил.

– Что ты имеешь в виду?
– серьезно спросил Алекс.

– Если бы тебя не интересовала я, разве бы ты пришел и отозвался на мое приглашение? Видя твои способности, думаю, ты легко мог бы нанять местную группировку, поклоняющуюся темному началу, а те нашли бы способ прикончить меня еще до турнира, а все следы, ведущие к тебе, исчезли. Но в тоже время, ты показываешь мне свои результаты наблюдения. Для чего? Показать свои способности?
– губы тронула меланхолическая улыбка.
– Поверь, я уже достаточно убеждена в твоем таланте.

Кулак врезался в деревянный стол, отчего стакан с грохотом раскололся, упав на скользкие кристальные плиты.

– Говоришь, уверовала?
– с придыханием спросил он, сдерживаясь от бурлящей ярости.
– Знай свое место, девчонка. На открытии турнира, ты заняла далеко не первое место, да еще проявляешь невостребованную нежность к своему главному сопернику. Что это было - порыв милосердия?
– вскинулся Алекс.
– Такие непроходимые отребья мне не нужны. На этом турнире нет, и не может быть жалости. Иначе, как объяснить то, что ты спасла османского Герцога?

Лира молчала, ожидая продолжения, но юноша несколько раз глубоко вздохнул, и устало откинулся на бархатную алую софу.

– Я действительно был потрясен, когда мои камеры заметили тебя, - рука провела по растрепанным пепельным волосам.
– Ты сказала, что из Йоркшира, но в Британской Империи ты не найдешь ни одного учителя, ни тем более пособий или документа, хотя бы отдаленно говорящим о расчете биения сердец. Но я видел твои глаза и выражение твоего лица, а значит, ты знаешь, что это такое. Это покоробило меня, немного, конечно - это всего лишь навык, которым неплохо было бы обладать каждому, кто борется за свои цели, желания, потребности и победы. Я стоял в тот день у причалов до самого конца, до самой поздней ночи, отслеживая координаты и приезд каждого из участников. Лучше сразу увидеть противника в лицо и хоть что-то узнать, с чем тебе стоит встретиться. Это немного глупо - афишировать наш прилет таким помпезным и громким способом, высокопоставленным лицам вроде Османской четы от этого не скрыться, но они могли бы постараться не восхвалять себя с самого начала. Можно даже сказать, что это тоже своего рода часть испытания - не выходить к зениту Солнца до самой последней секунды.

Улицы начинали оживать, и красные фонари, свисавшие с крыш, меркли в туманной прохладе, звон колокольчиков проносился по множеству кварталов, отдаваясь эхом, проникая в отдаленные части старой части Шанхая. Скоро придут первые посетители. Лира покосилась на хозяина лавки, вытирающего до блеска начищенные столы, и между ее бровей появилась складка. Нельзя, чтобы о встречи с Алексом мог кто-то узнать. Было неразумным назначать место встречи здесь. Но это ведь было его решением.

Алекс следил за меняющимся лицом девушки и, прочитав ее мысли, медленно произнес, не сводя с нее своих кошачьих глаз:

– Доброта - это хорошее качество, но в политических играх оно не работает.

Она резко обернулась навстречу мальчику:

– Ты этого не сделаешь?

– Почему? Здесь каждый пытается бороться лишь за себя, не так ли? Ты назначила мне это тайное свидание, я выбрал место, а заодно и сцену для преподавания тебе качественного и бесплатного урока.

– Необязательно его убивать, - огрызнулась Лира, быстро вставая из-за стола.
– Это бедный человек, который просто пытается заработать и прокормить семью. Я щедро ему заплачу, да такую сумму, что он сможет жить как королевский чиновник до конца своей жизни, только сохрани ему ее. Сохрани ему возможность порадоваться этой жизнью.

Алекс раздражено закатил глаза и подставил кулак под подбородок:

– Такая наивная, но умудрилась же заполучить небесный сапфир, поэтому приходиться с тобой считаться, - он деловито покрутил указательным пальцем в направлении худощавого и ухоженного японца, переставляющего тяжелые коробки из винного погреба, и с грохотом ставя их на переднюю барную стойку, будто его вовсе не интересовала встреча двух участников турнира.
– Ты действительно полагаешь, что ему есть, за что держаться в этом мире? Послушай себя, откуда ты знаешь, что он счастлив, может он жаждет смерти или, что еще хуже прислуживает другому участнику, которому заплатили в два раза больше той высочайшей суммы, что в твоей немудреной головке. Записать наш разговор не стоит никакого труда, а информация со временем сыграет свою роль.

Лира отшатнулась и поморщилась, ее глаза гневно сверкнули:

– Тогда зачем ты устроил встречу здесь?

Алекс хихикнул и по-детски встал на мыски с милейшим выражением лица, будто благодарил за подаренный леденец:

– Да потому что Лира нет такого места, где бы нас не нашли и не узнали о нашей встрече. Повсюду камеры, магия и даже наши тени, - он указал на ползущую по полу темную копию самого себя, тянущуюся от солнечного обелиска, - могут стать нашими смертельными врагами. Пускай это и Столица Правосудия, но глубоко под землей содержатся тысячи заключенных приговоренных к смертной казни. Идеальное оружие и как ты смогла заметить по первому испытанию - шанс быстро избавиться от ненужных и слабых кандидатов. Здесь в самом центре обитают полчища народа Полуночного Царства.

– Демоны Омега?

На это Алекс снисходительно улыбнулся и грациозно закинул руки за голову.

– Верно, есть те, кто может управлять стихиями - они начало, а демоны, возрождающиеся и оживающие глубокой ночью - конец. Альфа и Омега - есть начало и конец. Традиция каждого турнира, которое проводится раз в сто лет - столкновение двух концов одной ленты. Мы - люди, что имеют неограниченный потенциал, способности, о которых тысячелетия назад не мог мечтать обычный смертный, просто поддерживаем гармонию, таким образом. Есть добрые люди, а есть и злые, так же и с участниками турнира. Но за ту власть, что мы имеем, обладая возможностью одним щелчком пальцев всколыхнуть искру огня, которая способна погубить целую страну, мир платит нам существованием обитателей ночи, чтобы мы не тратили силы зря, а защищали слабых и оправдывали те надежды, которые возлагают на нас другие. Как видишь, на турнире встречаются люди, незнающих таких понятий как честь или достоинство - главное победа и призовой приз, за которым, кажется, пришли все мы.

– Я знаю историю, - веско ответила девушка, раздражаясь от его замысловатых речей.
– Но мои поступки ты не вправе обвинять, как и мои решения. Не сможешь стать моим напарником на время поединков, я найду тех, для кого мое предложение будет весьма кстати. Другие воины с удовольствием примут обладателя сапфира в свои ряды, это позволит им быстро достичь того или иного уровня, званий, положения, статуса и богатства. Уверена, ты это понимаешь. Те, кто останется в живых, займут должное место в любом государстве, даже если он отверженный, изгнанник или преступник. Но что касается тебя, мальчика, не вышедшего из подросткового возраста, они не считают за грозную или вызывающую устрашения силу, все полагают, что ты счастливчик, которому удалось спрятаться за большим камнем, в то время как волки дожирали останки другого участника. Они уверены, что ты трус, которому просто повезло.