Чтение онлайн

В конце недели он вернулся в Нью-Йорк и отчитался перед Артуром Паттерсоном, чье состояние тем временем резко ухудшилось. Он даже перестал ездить на работу. Джон объяснил, что разыскал Абрамсов, но они попросили о двухнедельной отсрочке, чтобы лично сказать Мегане. У Чепмена не было выбора. Как порядочный человек, он не мог давить на них в столь деликатном вопросе. Артур был вынужден согласиться. Только бы дожить!

— Каковы будут ваши следующие шаги? — спросил он Джона.

— Подожду их звонка. Повидаюсь с Меганой и устрою встречу сестер. Александра готова приехать в любой момент. Теперь мне предстоит разговор с Хилари. Я хочу это сделать в последнюю минуту. — Интуиция подсказывала Джону, что чем меньше времени он даст ей на размышление, тем лучше. — Если что-нибудь случится раньше, дам вам знать.

— Спасибо, Джон. Вы блестяще справились с заданием. Я поражен результатами.

— Я сам поражен, — улыбнулся Джон.

Он и вправду не верил, что найдет сестер, во всяком случае так скоро. Еще несколько недель — и они снова будут вместе. Его работа будет окончена. Скорее всего он почувствует себя опустошенным, испытав облегчение. Элоиза права: закрыв дело, он избавится от наваждения.

Абрамсы дали о себе знать через две с половиной недели. По напряженно звучащему голосу Дэвида Джон догадался, что разговор с Меганой был не из легких.

— Она держалась молодцом… — Дэвид запнулся, но, справившись с волнением, продолжил: — Мы гордимся нашей дочерью… всегда гордились. Она обещала позвонить вам по возвращении в Кентукки.

— Я не мог бы поговорить с ней прямо сейчас?

Дэвид с кем-то посовещался и передал трубку. Джон сразу же узнал этот тембр, эти интонации — точь-в-точь как у Александры, только без акцента.

— Мистер Чепмен?

— Да.

— Это потрясающая новость, — голос звучал деловито, но доброжелательно.

— Мне очень жаль.

— Что ж поделаешь. Вы хотели мне что-то сказать?

— Да. Перед вашей встречей с сестрами я хотел бы увидеться с вами в Кентукки. Когда вы сможете приехать в Коннектикут?

— Это я узнаю, только когда вернусь. Вдруг у меня изменился график работы? Позвоню вам оттуда.

— Буду весьма признателен.

И она сдержала обещание: позвонила прямо в день приезда. Значит ли это, что она жаждет увидеть сестер, или это ее обычный стиль?

Мегана изъявила готовность встретиться с ним в Кентукки в воскресенье с часу до пяти. Что касается Коннектикута, то она сможет выбраться на пару дней — через три недели. Никак не раньше.

Чепмен поморщился. Проживет ли Артур Паттерсон еще три недели? Он поделился с Меганой своими сомнениями.

— Попробую договориться с кем-нибудь из коллег, но это даст нам всего несколько дней. У нас жуткая нехватка медицинского персонала. Сами увидите.

— Но через три недели вы наверняка приедете?

— Да. Если не случится что-то уж совсем из ряда вон выходящее.

— Понятно.

Для женщины, которой исполнился тридцать один год, Мегана была слишком деловита и сильно отличалась от своих сестер. Целеустремленная натура. Ее воспитали в другой системе ценностей. Она считала своим призванием помогать обездоленным и бедным.

У Александры не было повода задумываться о таких вещах. Хилари всю жизнь боролась за собственное выживание.

Поразительно, какие они разные!

Джону припомнилось кое-что, сказанное Александрой во время его пребывания в Париже: едва заметный поворот калейдоскопа — и вот уже новый узор; вместо демонов — сияющие горные вершины.

Они условились встретиться в Кентукки в субботу, после обеда, и поговорить у нее в больнице, во время «форточки». А встречу в Коннектикуте назначить на первое сентября. Джон тотчас позвонил Артуру, а утром следующего дня Александре на Ривьеру. Было плохо слышно, но потом помехи устранили, и они смогли поговорить.

— Уже? — изумилась она. — Вы нашли обеих? И где же пропадала Мегана?

Джон усмехнулся. Александра уже говорила о младшей сестре так, словно они никогда не теряли друг друга из виду. Вроде одна лишь уезжала на каникулы.

— В настоящее время она — врач в Кентукки.

— О Господи! А с Хилари все в порядке?

— Да. Я ее видел.

— Она согласна приехать первого?

Александра затаила дыхание. Джону пришлось разочаровать ее.

— Не хочу давать ей время на раздумья. Позвоню в последний момент.

— А вдруг она куда-нибудь уедет?

— Не волнуйтесь, из-под земли достану.

Они посмеялись и вскоре закончили разговор. Александра поспешила сообщить матери. Та отдыхала неподалеку в Антибе, в своем любимом отеле «Мыс». Анри сжалился и разрешил ей навещать дочь и внучек.

— Мама?

— Да, милая, что случилось?

Запыхавшаяся, Александра в эту минуту напоминала одну из своих дочерей.

— Он нашел — и одну, и другую!

— Что «одну и другую»? — Маргарет только что встала и теперь просматривала «Геральд трибюн» за утренним кофе. Что могла потерять Александра такого, что пришлось искать чужим людям? — О чем ты говоришь?

— О моих сестрах! Чепмен нашел обеих!

Александра была вне себя от счастья, а у Маргарет кровь застыла в жилах. Наверное, втайне она надеялась на неуспех розысков.

— Вот и отлично. — Однако в ее голосе не было радости. — Как они поживают?

— Младшая стала врачом, а Хилари работает в телекомпании в Нью-Йорке.

— А ты — баронесса. Блестящее трио! Вас только в кино снимать!

На самом деле Маргарет было вовсе не до шуток, и Александра это знала.

— Не волнуйся, мама. Ты же знаешь: это ничего не изменит.

Если бы она могла быть уверена! Маргарет тревожилась точно так же, как Ребекка.

— Когда состоится встреча?

— Первого сентября. Мне только что позвонили. Я лечу в Коннектикут.

— Что ты скажешь Анри?

— Не знаю. Может быть, что еду с тобой… или по твоему поручению?

— Он не поверит.

— Но не могу же я сказать правду? Что-нибудь придумаю.

Через пять минут после окончания разговора Маргарет сама позвонила дочери.

— Я лечу с тобой.

— Что? Мама!.. Это невозможно.

— Почему?

Маргарет приняла решение, которое показалось ей панацеей от всех бед. Она обеспечит Александре алиби перед мужем и будет держать ситуацию под контролем, когда сестры встретятся.

— У тебя же все расписано на месяц вперед! Собиралась на две недели в Рим.

— Ну и что? Съезжу в октябре или на обратном пути из Нью-Йорка. Я всего лишь хотела повидаться с Маризой и купить приличную обувь. Но мне гораздо интереснее скатать с тобой в Америку. Если не возражаешь…

— Ах, мама! — Из глаз Александры брызнули слезы. Она понимала мамины страхи, но считала их беспочвенными. Ни одна живая душа: будь то муж, друг или сестры — не заменит матери. — Ну конечно, я очень рада! Просто это создает массу неудобств…