Чтение онлайн

— Любите друг друга, — прошептала Александра, целуя Мари-Луизу. — Вы не представляете, какое это счастье, что вы друг у друга есть. — Про себя она добавила: и живете такой благополучной жизнью, надежно защищены от невзгод. Как же ей повезло, что она стала дочерью Маргарет и Пьера!

По пути в ресторан, где они должны были встретиться с новыми знакомыми мужа, Анри вернулся к прежнему разговору:

— Почему твоя мать не обращается со своими проблемами к своему адвокату или банкиру?

— Ей захотелось узнать мое мнение, — голос Александры звучал рассеянно.

— Могла бы она посоветоваться и со мной.

Вот уж к кому Маргарет обратилась бы в последнюю очередь! Они терпеть друг друга не могут.

В зале собрались сливки парижского общества — мужчины в парадных костюмах и элегантные женщины. Канделябры. Свежие цветы в вазах. Здесь собралась элита.

Анри наслаждался: эти люди могли способствовать его политической карьере. Александра понимала, что это важно для него, но ничего не могла с собой поделать. Постоянно теряла нить разговора, едва сдерживала непрошеную слезу.

— Что, простите? — наверное, уже в десятый раз переспросила она соседку. Кажется, ей задали вопрос о детях… или о летнем отдыхе на юге Франции… Александра сделала вид, будто закашлялась, и промокнула глаза салфеткой. Этот вечер никогда не кончится!

На обратном пути Анри дал волю гневу.

— Как ты могла так себя вести? Испортила мне такой важный вечер! Твое пренебрежение собеседниками унизительно…

— Извини. Я неважно себя чувствую… Никак не могла сосредоточиться…

Еще бы — ведь все ее мысли были с Джоном Чепменом, который ждет ее звонка в «Бристоле». Скорее бы добраться до телефона.

— Если ты больна, не надо было ездить. Было бы меньше вреда…

— Извини… Я старалась… правда… — По щекам Александры бежали слезы. Ей ужасно не хотелось подводить мужа, но на нее столько всего свалилось.

— Тебе нет оправдания! — бушевал Анри.

Оправдание было, но она не могла поделиться с мужем ошеломляющей новостью.

— Я не потерплю подобного поведения! — И, наконец, главный удар: — С тобой невозможно иметь дело всякий раз, когда ты возвращаешься от матери.

Как будто она — несносная капризная девчонка!

— Мама тут ни при чем, — тихо произнесла Александра и высморкалась.

— Тогда где же ты была до шести часов? — заорал муж, не стесняясь водителя.

— Я уже сказала: у мамы.

— Кто там был еще?

До сих пор Анри ни в чем ее не подозревал. Александра почувствовала себя оскорбленно.

— Никого. Господи, Анри, в чем ты меня подозреваешь?

Ее подмывало добавить, что она не играет в те же игры, что он, но это значило бы открыть ящик Пандоры — с непредсказуемыми последствиями. Она положила ладонь на руку мужа. Но он и не подумал смягчиться.

— Прошу тебя, Анри!

— Ты меня опозорила!

— Ну, прости. У меня жутко болела голова.

Больше он не проронил ни слова. А когда они приехали, с преувеличенной вежливостью открыл перед ней дверь и, войдя в дом, сразу же скрылся у себя.

На другой день Александра набрала номер отеля «Бристоль» и попросила пригласить Джона Чепмена. Она вся трепетала. У нее не было привычки делать что-либо втайне, и теперь она чувствовала себя чем-то вроде шпионки. Если бы Анри знал, развелся бы с нею…

У Чепмена оказался приятный ровный голос, и она немного успокоилась. Он спросил:

— Вы говорили с матерью?

— Да, вчера. Понимаете… я все забыла…

Даже то, что была приемной дочерью Пьера! Позволила себе забыть — так удобнее! И женщину с рыжими волосами, и Хилли… Но, кажется, Чепмен ее не осуждает.

— Это инстинкт самосохранения, — повторил он слова Маргарет. — Мы не могли бы встретиться… э… извините, пожалуйста, я не знаю фамилии вашего мужа… Только матери…

Он произвел впечатление интеллигентного человека, а она так боялась нарваться на наглого агента, какими кишат кинобоевики.

— Де Мориньи. Александра де Мориньи.

Титул она опустила. Кому он нужен?

— Благодарю вас. Я на это очень надеялся. Вы согласны сегодня утром? Мне хочется показать вам кое-какие документы… Может, вы сможете что-либо дополнить. Так или иначе вы имеете право знать столько же, сколько мы.

— Большое спасибо. Я могла бы приехать в отель. — Она бросила взгляд на часы и быстро прикинула в уме. Нужно принять ванну, одеться и оставить слугам распоряжения на вечер: к ужину будут гости. — В одиннадцать. Вам подойдет?

— Вполне.

Как удачно: он успеет на сегодняшний рейс до Нью-Йорка. У него тьма работы, и незачем прохлаждаться в Париже.

— Я буду ждать в вестибюле. Вот мои приметы: рост шесть футов, русые волосы. Я буду в твидовом пиджаке, голубой рубашке и серых брюках. — Он проговорил все это с юмором и показался Александре больше похожим на студента, чем на сыщика.

Она спохватилась: ведь и он не знает, как она выглядит.

— У меня тоже светлые волосы. Рост — метр шестьдесят… Ох, извините, вечно забываю, сколько это по-вашему… пять футов и пять дюймов. Я буду в сером костюме.

Этот костюм очень нравился Анри. Александра сама не знала, сыграло ли это обстоятельство какую-нибудь роль в ее выборе. Под пиджак она надела розовую шелковую блузку и вдела в уши серьги в виде маленьких монеток. Обычно она вспоминала о них, когда не хотела бросаться в глаза.

Очень элегантная, она вошла в вестибюль отеля «Бристоль», четко стуча каблучками по мраморному полу. Сердце отчаянно колотилось в груди. Она огляделась и увидела Джона Чепмена, сидевшего в кресле со свежим номером парижской «Геральд трибюн». Завидев Александру, он встал и с улыбкой пошел навстречу. У него оказались превосходные зубы и добрые глаза. Она быстро почувствовала себя с ним легко и свободно, словно с давним знакомым. Они поздоровались за руку. Александра старалась не смотреть на портфель «дипломат» в его левой руке. Там, внутри, — тайна ее жизни.

— Простите, что задержала. Пришлось самой вести машину, и я никак не могла найти место для парковки. Помучилась, помучилась — и попросила швейцара.

Они сели в уголке, утонув в уютных, обитых красным бархатом креслах.

— Хотите чего-нибудь выпить? Может, чашку чаю?

Александра слишком нервничала, чтобы есть и пить. Джон извлек из «дипломата» папку. Она стала чуточку толще, пополнившись информацией о судьбе Хилари. Скоро сюда ляжет еще один рассказ — о жизни Александры.

— Спасибо, мне ничего не нужно… Есть надежда, что вы найдете моих сестер?