Чтение онлайн

Асклепий, оглянувшись, хмыкнул.

— М-да… А ведь если подумать, здесь нет не только других аборигенов, но и следов их жизни. Механикус вскользь упоминал пандемию, охватившую тот мир. Кто-то выжил, но далеко не все. Видимо, он по программе, заданной Родовой Машиной, годами пахал поля, которые никому не были нужны.

Сев на заборе рядом с распахиваемым полем, я решил немного подумать. Очевидно, воздействие дара рода Довлатовых на полубогов [10] с их ультра-супер-мега сложной структурой сознания отличается от всего, что приходилось видеть раньше.

Здесь нет «тоннеля», сквозь который надо пройти, дабы достучаться до душевной травмы пациента. Очевидно, что Механикуса терзает не мир «добра», а нечто иное. Мы видим следствие, а не причину.

Всё началось здесь — на поле, где брошенный Общиной кентавр что-то понял. Душевная травма берёт здесь своё начало. Затем случилась встреча с Матерью Чудовищ, и Механикус о чём-то вспомнил, сам того не осознавая. Водопад «добра», темнота, полное бессилие в том пространстве…

В тот день душевную травму Механикуса потревожили. Подсознание не могло не защищаться. Оно попыталось что-то осознать, дабы преодолеть возникшую проблему. Появились сны… Всё детальнее и детальнее. Развилась фобия, прогрессировавшая до потери связи с реальностью… Механикус стал видеть добро везде и во всём.

Вывод — подсознание пациента не нашло выход.

[Эмоции — хитрая штука,] — подумал я про себя. — [Это комплексная реакция. Увидеть нечто, осознать, испытать об этом эмоцию, выразить в действии. Механикус «увидел нечто», показанное Матерью Чудовищ, но не смог осознать. Возник затык. Затем развилась фобия, как защитная реакция.]

Подумав и так и эдак, я решил спросить у бога-целителя.

— Асклепий, вы что-нибудь знаете о Великой Сущности Матери Чудовищ [11]?

— Великая Тартар? — бог-целитель, секунду помолчав, тяжело вздохнул. — Такой информации нет в широком доступе. Так что слушай. Она… Никогда не была человеком. Это точно. Есть расы чудовищ, типа прихвостней Левиафана, Суртура, Ахримана и Тифона. Великая Тартар десятки тысяч лет назад была одной из них. Как именно… А я, чёрт возьми, не знаю «как»… Она смогла превратить себя в мир-чудовище. Её нынешнее тело занимает целый мир. Она порождает новые цивилизации чудовищ, за что и получила прозвище Матерь Чудовищ.

Сказать, что я охренел, значит, ничего не сказать… Нифига себе мамаша у Пинг-Понга! С таким прошлым она и впрямь заслуживает права называться Матерью Чудовищ. Она в прямом смысле их… Матерь… Вау!

После рассказа Асклепия до меня, наконец, начало доходить, что тут вообще происходит. За религией каждой Великой Сущности [11] есть глубокая философия. Это некие полубоги [10], сумевшие перешагнуть через внутренние ограничения, накладываемые их родной стихией.

Разложение [11] — это смерть всему живому и в то же время некрожизнь для зомби, призраков и цивилизации не-мёртвых. Иггдрасиль [11] — древобог, защищающий леса от рас короткоживущих, и в то же время покровитель сатиров, фавнов, эльфов и много кого ещё.

Матерь Чудовищ [11] не исключение. Она рождение и смерть в одном лице… Порождает детей-чудовищ и принимает их, когда те погибают в её «мире».

Догадка, молнией пронёсшаяся в голове, вызвала глухое раздражение!

— Грёбаная ты железяка! — я спрыгнул с забора. — Сидите здесь. В бой не лезть.

* * *

— Какой ещё бой? — Асклепий не успел ответить.

Довлатов пулей рванул к виднеющемуся вдали ржавому кентавру. Тот продолжал тянуть по полю старый плуг.

Быдыщ!

Ударом ноги целитель разнёс плуг в клочья. Из-за потери ноши кентавр-работяга едва не оступился. Довлатов же, и не думая останавливаться, пнул «коня» под зад.

— РАЗБЕРУ НА ЗАПЧАСТИ! — звериный рык целителя пропитала Власть.

[Примерно единица Власти,] — машинально для себя отметил Асклепий, приподняв бровь.

Перестав елозить на месте, Ву Конг также уставился на схватку. Не ожидавший удара сзади ржавый кентавр плюхнулся лицом в грязь… Затем перекатился боком по земле и сразу принял стойку для отражения атаки.

Целитель замахнулся кулаком… Механикус отзеркалил удар.

Бам-м-м-м!

Кентавр пропахал в земле борозды длиною в пару метров. Механическая рука взорвалась кучей обломков.

— Да я твои чугунные бубенцы в машине повешу! Рядом с зеркалом — рычал целитель, надвигаясь на рабочую «лошадку». — Как напоминание о том, что хотя бы у меня они есть!

[Власть в две единицы,] — снова отметил для себя Асклепий. — [И к чему всё это?]

Кентавр удивлённо глянул на потерянную руку, перевёл взгляд на Довлатова. Его взгляд будто кричал: «Это ты сделал?!» Ни гнева, ни слёз, ни яростного рыка… Чисто механическая реакция.

Ударив копытами о землю, кентавр-техномант вдруг стал преображаться. По ржавчине прошлась волна… Из-под неё вылезли кевларовые бронепластины. Утерянная рука заменилась плазменной пушкой.

Довлатов буквально выстрелил собой, применив смесь техник «Вектор» и «Гравитационный удар». Бронеконь успел заметить начало движения, но не отпрыгнуть.

Быдыщ!

Кевлар не спас… Механикус грудой обломков отлетел на полсотни метров… Уже в полёте кентавр начал менять запчасти тела на элементы с полностью артефактной начинкой.

Довлатов ещё одним столь же быстрым движением приблизился к падающей туше… Но тут Механикус выстрелил в него из пушки. Плазменный заряд… Первый… Второй и третий… Все мимо. Не давая кентавру коснуться земли, Довлатов снова зарядил тому пинком под зад.

Ба-м-м-м!

Многотонная тушка полетела в сторону. Механикус, развернув теперь уже обе руки-пушки назад, стал поливать всё вокруг плазменными зарядами. Из его боков высыпались дымовые бомбы. Всё вокруг заволокла молочная пелена. Асклепий спокойно видел сквозь неё. В мире снов многое из невозможного становится возможным.

Секунда… Довлатов применил духовную трансформацию, став чёрным драконом. Разинул пасть и выдохнул в сторону кентавра «Огненный шторм». Вихрь пламени слизал дым и вгрызся в тело техноманта. Жар стоял такой, что земля на поле начала испускать пар.