Чтение онлайн

Примерно так рассказал Шон Мариане о своей прекрасной шхуне, и она внимательно слушала его, вникая скорее в чувства, чем в слова. Он догадывался об этом, был крайне взволнован и не знал, как себя вести, но ему очень хотелось поступить правильно. К счастью, годы, проведенные им в море, не сделали из него циника, не дали его душе ожесточиться. К тому же ему было хорошо известно, как быстро сближаются люди, оказавшись в море, и как от этой близости порой не остается и следа, стоит лишь им снова сойти на берег.

— Подождем, пока стемнеет, и пристанем, — сообщил он девушке.

— А это не опасно?

— Только не для нас. Нам уже много раз приходилось плыть вдоль побережья, я уверен, что мы успеем добраться домой и известить обо всем мою семью прежде, чем нас найдут. Я хочу, чтобы мать и брат познакомились с тобой и узнали правду о случившемся. — Он замолчал и, немного помедлив, добавил: — Возможно, затем нам придется уехать. У тебя есть родственники или какие-нибудь знакомые в этих краях?

— Нет.

Он поежился, поглубже запахивая накинутый на плечи плащ, глядя на каменистый, обрывающийся к воде берег острова Санта-Барбара.

— Почему ты не хочешь, чтобы я отвез тебя обратно к дяде?

Она обернулась, в упор уставилась на него:

— Ты хочешь, чтобы я вернулась?

Ему стало не по себе, и он поспешил отвести глаза, старательно избегая ее взгляда.

— Нет. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

— Если я вернусь к нему, то он запрет меня в доме и станет дожидаться возвращения Андреса. Он с ним заодно.

Шон поспешил сменить тему разговора, думая о том, что может предпринять Мачадо. Поплывет вдоль побережья? Скорее всего, он все же сойдет на берег и отправится прямиком на их ранчо, и тогда большой драки уже не избежать.

Но в любом случае, что он, Шон, может сделать для сеньоры?

Может, лучше бежать в Монтерей и разыскать там Альварадо? Правда, власти у него нет, но достаточное влияние сохранилось, и даже сам губернатор не осмелился бы открыто выступить против него.

Солнце уже купалось в море, окрашивая горные вершины острова во все оттенки золотисто-огненного цвета, когда шхуна беззвучно выскользнула из-за острова. Ветер надул развернутые паруса, и она понеслась к берегу по темнеющим волнам.

На палубу вышел Теннисон, готовившийся заступить на вахту.

— Пока вроде все в порядке, — сообщил ему Шон, — на берегу никого не видно. Но будь настороже, не забывай, что здесь могут объявиться индейцы.

— Слушай, капитан, — вдруг сказал Теннисон. — Мне тут удалось отложить несколько долларов. Так что если сеньоре…

— Спасибо, Тен. Мы постараемся сами справиться. Нам нужно много денег, сразу несколько тысяч долларов. А в этих краях их взять все равно неоткуда.

— Ты уж только поосторожней с Мачадо, — обеспокоенно продолжил Тен. — Он уже убил на дуэлях, наверное, с полдюжины человек. Повздорили с ним, как водится, из-за какой-то ерунды… Так-то.

— Следи за курсом, Тен. Если ветер продержится, то примерно в полночь мы будем на месте. Я проснусь к тому времени, чтобы провести шхуну к берегу.

На горизонте чернел окутанный тьмой берег, и частокол вершин Санта-Моники пронзал ночной небосклон, на котором уже загорелись далекие звезды. В каюте было тепло и тихо, и низкий огонек медной керосиновой лампы слегка дрожал и покачивался, подобно тому, как качалась на волнах сама шхуна.

— Завтра, — тихо сказал он, — завтра мы будем дома, и, надеюсь, все будет хорошо.

К тому времени, когда Шон вернулся на палубу, уже совсем стемнело. От тут же поплотнее прикрыл за собой дверь, чтобы свет из каюты не привлек чье-то ненужное внимание. Все фонари на шхуне были погашены, и она медленно шла только под одним кливером.

Легкий бриз рвал низкие облака, и в эти прорехи мелькали лоскутки высокого звездного неба. А впереди зловеще чернела неприступная стена берега.

— Подходим к водорослям, — предупредил Теннисон. Внезапно на вершине горного хребта, находившегося как раз за мысом, к которому они направлялись, вспыхнул огонек. — Как раз, — пробормотал Теннисон. — Похоже, твой человек никогда не ошибается.

— Очень надеюсь, — ответил Шон, — но как бы там ни было, а причалить мы должны именно сегодня ночью.

И Шон и Теннисон прекрасно знали, что огонек на вершине горного хребта ничто иное как костер, разведенный в каменной нише среди скал, увидеть который можно только со стороны моря, да и то лишь под определенным углом зрения.

Встав к штурвалу, Шон направил «Госпожу Удачу» вдоль кромки прибрежных водорослей. Бухта находилась примерно в двух милях к северо-востоку от мыса. Теперь задача состояла в том, чтобы не налететь на риф, тянувшийся южнее мыса, и благополучно обогнуть скалу за ним. Он хотел бросить якорь у самой кромки водорослей, где до песчаного дна оставалось каких-нибудь семь фатомов note 3 .

Шхуна продолжала медленно двигаться вперед.

Наконец Шон объявил:

— Ладно, Тен. Бросай якорь.

Он слышал, как якорь упал в воду, как загремела цепь, пропускаемая через клюз, и принялся отсчитывать время. Команда бросилась сворачивать паруса, и как только работа завершилась, зеленый корпус шхуны сразу растворился на фоне зелени водорослей и берега.

Теннисон доложил с кормы:

— Шлюпка спущена на воду, капитан. Нам остаться здесь?

— Да, оставайтесь. Случись что-нибудь непредвиденное, пока меня не будет, действуй по собственному усмотрению. Если они станут преследовать тебя на корабле, уводи их в водоросли. Ты знаешь, где можно пройти, а они нет.

Конго перебросил через борт веревочную лестницу.

— Ваша винтовка, сэр, — тихо произнес великан с мягким акцентом, столь характерным для выходцев с островов Вест-Индии. — Я подумал, она может вам пригодиться.

— Спасибо, Конго.

Мариана вышла на палубу, запахнувшись в плед.

Шон быстро перелез через борт, проворно спрыгнул в маленькую шлюпку, покачивающуюся на волнах, и придержал веревочную лестницу, пока Мариана спускалась по ней, двигаясь осторожно, но ни на миг не останавливаясь. Глядя на нее, он решил, что вряд ли эта девушка способна на какое-нибудь сумасбродство, но в случае необходимости она наверняка станет действовать так же быстро и уверенно, как он сам.

Конго последовал за ней, сел на весла, оттолкнулся от шхуны, и они поплыли в темноту.

Вода казалась совсем черной, и лишь изредка по зеркальной глади пробегала рябь от поднимавшихся со дна водорослей. Где-то впереди ласково шелестел прибой, набегавший на песок. Матрос использовал весла лишь для того, чтобы придать шлюпке нужное направление. Морское течение само несло их к берегу.

Взглянув на небо, Мариана увидела одинокую звезду, глядевшую на землю в просвет между облаками. Но тут Конго с силой налег на весла, и она почувствовала, как дно шлюпки мягко чиркнуло по песку. Шон перемахнул через борт и вытащил лодку на отмель, а затем протянул руку своей спутнице.