Чтение онлайн

– Это че за фиговина? – едва слышно спрашивает Элиот, словно боится нарушить священную церемонию, но никто не отвечает. Взгляды всех, как и уши, прикованы к волшебной флейте, преображающей унылое завывание в сладостную, хоть и жалостную мелодию. Внезапно Иви понимает, что это вовсе не дерево и не кость поет в руках саалла. Это оленьей рог, а вернее его часть. Девушка достает из рюкзака фотоаппарат и делает несколько фото. Эти кадры точно украсят ее серию снимков «Прелести северного мира».

Когда мелодия стихает, Силкэ опускает инструмент и обводит присутствующих взглядом.

– Этот песнь должен отогнать Холод. Теперь вы спать спокойно.

– Вот сейчас это и проверим.

Недолго думая, Акли забирается в палатку. Аллестер тоже решает последовать его примеру, когда Кэт неожиданно поднимает животрепещущий для всех вопрос.

– Ты так нам так ничего толком и не рассказал о Владыке семи ветров. Самое время для занимательной истории.

– Нет-нет. Я не должен его гневить. Это может плохо закончиться.

– Да брось, – закатывает глаза Калеб – ничего плохого не случится. Сааллам уже давно пора развивать туристический бизнес. К тому же немного осведомленности нам не помешает. В интернете об острове практически ничего не сказано. Лишь то, что он появился гораздо позже Скандинавии, правда, неизвестно как.

– Просим, Силкэ, – взмолился Аллестер, усаживаясь обратно на рюкзак, – поведай хоть малость. Нам всем не терпеться узнать аспекты вашего вероучения.

Абориген отводит взгляд в сторону. Делает вид, что рассматривает что-то вдали, хотя кроме одинокого дерева на холме смотреть больше не на что. Кэт медленно наклоняется к нему.

– Ты ведь не хочешь, чтоб мы сами начали рыть информацию? Кто знает, что нам удастся отыскать. Еще введем окружающий мир в заблуждение, и к вам повалят тысячи туристов…

Лицо гида белеет на глазах, хотя казалось, что светлее его кожа стать уже не может. Его передергивает при одной мысли, что Саарге могут заполнить толпы людей. В таком случае вековым традициям сааллов, которые они оберегают много лет, придет конец.

– Ирке фаалле! Ни в кой случай! Я… ладно. Ваш взял, – откашливается он, понизив голос, словно о том, что он собирается им рассказать, не принято говорить вслух. – Гора Сапмелас саалла принадлежит могуществен Повелитель, который не стоит тревожить, если вам дорога жизнь. В переводе с сааллский его имя означать «лицо холода». Так его назвать не просто так, а потому что на нем лежать древний проклятие, посланный Верховный из Священной Троицы, за убийство священный олень – прародитель Природа и кровник всей жизни.

Калеб лениво подпирает кулаком щеку. Как настоящий представитель своего народа, Силкэ имеет неприятную привычку начинать издалека и раздувать рассказ до немыслимо нудных масштабов. С такими темпами возможно, что он вскоре присоединится к дремлющим в палатке.

– Бог Справедливость и Покорность, Акмелас, – мужчина целует большой палец и вздымает ладонь кверху, будто мысленно прославляя великое божество, – покарать неверующий за столь гнусный деяние. Он заключить в его тело вся сила Севера, думая, что она убить его, но юноша выжить и подчинить себе эта мощь. Он стать могущественный и непобедимый, единый воплощение Хлада на земля. За многие годы правлений Властитель мороза мстить сааллам за случившийся. Он превратить Саарге в царство лед и вечный стужа, на который умирать все живое. Он…

– … великий и могучий горный дух, – передразнивает его Калеб. – Повелитель вьюг, испепеляющий одним взглядом. Да-да. Мы поняли. Нужно смотреть в оба, чтоб злобный бабайка нас не утянул.

Парень ловит на себе неодобрительный взгляд Ивейн и закатывает глаза. Ну в самом деле, сколько можно?

– Он не утаскивать чужаков лично, – резко погрубевшим голосом добавляет Силкэ. – О, нет. Вы даже не заметить, что он рядом, если он это не хотеть. Он уметь проникать в голова, путать мысли, сбивать с верный пути, доставать из глубин подсознаний самый темный желания и заставлять им следовать. Под его влияние даже самый добрый житель терять рассудок и превращаться в чудовище.

– То есть, – уточняет Кэт, – он вселяется в человека? Как демон?

– Нэй. Он гораздо коварный, – местный складывает руки на груди. В свете полыхающего костра Иви не может не обратить внимания на его глаза. Уж больно они необычного цвета для приезжих. Левый – голубой, а правый – карий. Гетерохромия. Ивейнджин читала об этом. Чистые племенные сааллы имеют одинаковый окрас радужки. Различие появилось в результате кровосмешения с другими расами. Коричневый оттенок означает, что предки у аборигена были азиатами или европейцами. Зеленый – восточнославянскими народами. Светло-синий тон напоминает об исконно скандинавских корнях жителей острова. Конечно, девушка заметила это и раньше, но старалась не глазеть открыто. Все-таки это неприлично.

– Ауф, че это? Ты слышала? – подпрыгивает на месте Джаззи, словно ее пчела ужалила.

– Ты о чем? – не понимает Кэт.

– Звук… как будто кто-то шепчет мое имя, зовет…

Она хватается за руку подруги, но встретившись с саркастическими взглядами друзей, тут же отодвигается, выдавливая лучезарную улыбку.

– Чилл, Кити. Мэйби показалось.

Кэт ненавидит, когда Джазз называет ее «кошачьим» именем, но старается не обращать внимания. Исправлять блогершу так же бесполезно, как пытаться потушить Солнце: только силы тратишь впустую. Джаззи, или, точнее, Вивиан, (как ее зовут на самом деле) всегда говорит и делает то, что первое приходит в голову, и никогда не отступает от своих привычек. Кэйтин не знает, положительная это черта характера или плохая, но однозначно раздражающая.

– Владыка семи ветров, – продолжает рассказ саалл, – как называть его старожилы, никогда не показываться лично, если сам того не желать. Он иметь изменчивую плоть, позволяющий ему принимать разный облик, чтоб добиться желаемый. Говорить, что человек сходить с ума от один его прикосновение или шепот. Тот, кто потревожить его дом, никогда не найти дорогу в свой.

– И нафига ему это? – чешет рыжий затылок Элиот. – Ну, там путать челов и все такое?

– Все предельный просто: чтоб заполучить их душу.

Кэт с Ивейн встречаются взглядами. Блондинку не на шутку настораживают слова Силкэ, а вот Кэйтин воспринимает все, как страшилку у костра вожатых. Но, несмотря на разницу в восприятии, обе слушают, затаив дыхание.

– Значит, Калиго охотится на людей, – подытоживает Калеб. Звук имени духа, сорвавшийся с губ чужака, обдает местного, словно кипятком.

– Не произносить его имя вслух!

– Не будьте таким суеверным. Это всего лишь слова.

– Слова обладать магическими свойствам. Они притягивать события. Тот, кто не уметь с ними обращаться, рано или поздно платить по счетам.

Калеб устремляет взгляд в небо, но не отвечает. Прежде всего, потому что не хочет выслушивать пятичасовую проповедь о волшебном свойстве речи. Все эти разговоры о сверхъестественном, конечно, очень увлекательны. Он и сам читал немало загадочных историй об острове: что возле него пропадают корабли, аппаратура дает сбой, а в неестественно густом смоге над горой бесследно исчезают любые авиасудна. Но не стоит откидывать тот факт, что уже далеко за полночь. В такое время мозг гораздо сложнее воспринимает факты и намного легче суеверия, чем, судя по всему, и пользуется Силкэ.