Чтение онлайн

Калигула прекрасно развлекся со своими старыми друзьями во время отлучки, кочуя и пьянствуя по притонам и лишь изредка называясь местным городским властям, чтобы почтить присутствием игры в свою честь и торжественные обеды. В благодарность за приятную компанию он, вернувшись в Рим, передал сенату на утверждение указ о получении сыном фракийского царя Котиса Полемоном царства Понтии. Котис-младший стал властителем Малой Армении, Реметалку досталась Фракия, которую пришлось разделить пополам, чтобы не оставить без власти их отца.

Калигула всем хвастался, что окружил себя царями. С Ростральной трибуны также были зачитаны новости о том, что город Александрия в Египте присвоил месяцам своего календаря имена Калигулы, Германика и Друзиллы, а несколько греческих городов воздвигли статуи в его честь.

Торжественный день в Риме завершился к всеобщему удовольствию римлян пиром. На форум вынесли столы, ломившиеся дармовым угощением и выпивкой. Огромное количество амфор с вином было опустошено жадными глотками. Народ Рима ликовал, празднуя окончание надоевшего траура, распевая песни и танцуя на улицах под звуки рожков и свирелей. А уже в сумерках, когда на форуме не осталось ни одного трезвого римлянина, Калигула с Ростральной трибуны принялся горстями кидать в толпу сестерции, чтобы полюбоваться, как его подданные давят друг друга и калечат. Новоиспеченные цари, стоя рядом с ним, хохотали, глядя сверху вниз на беснующееся людское море. Затем, когда опустел ларец, Калигула отправился во дворец продолжать пиршество, где уже собрались лучшие танцовщицы и гетеры Рима.

Несмотря на присутствие продажных женщин, все сенаторы и близкие друзья получили приглашение и для своих жен, несколько недоумевая, когда полуобнаженные красавицы омывали им руки, провожали на предназначенные места, не стесняясь их супруг. Матроны с любопытством осматривались вокруг, восхищаясь тем, с каким бесстыдством ведут себя гетеры, и возбуждаясь, глядя, с каким сладострастием взирают на прелести красавиц их мужья. Чуть ли не каждой хотелось, чтобы и ей самой так же прилюдно восхищались. Вино, что так усердно подливали кравчие гостям, было приправлено, по наущению цезаря, возбуждающими травами. Калигула не уставал насмехаться, наблюдая, как все вокруг начинают испытывать вожделение.

Сидевшие по правую от него руку молодые цари без устали делали знаки красивым матронам, те стыдливо опускали глазки, густо обведенные сурьмой, но тут же кокетливо подмигивали, и вот уже одна выскользнула из-за стола, за ней другая, и парочки потянулись в сторону дворцовых спален и потаенных ниш, где без помех можно было предаться утехам.

На опустевшее ложе Реметалка присел Ирод Агриппа. Калигула радостно обнял друга.

— Я замучился ждать тебя, мой молодой бог! — сказал Агриппа, подобострастно целуя подол его тоги. — Для всех осталось загадкой, где ты провел все это время.

Калигула откинулся на подушки.

— Я славно попутешествовал в компании старых друзей. Увидел, как живет моя империя, побывал в южных городах, даже на Сицилии видел, как извергается Этна. Я принял это как знак, что Юпитер гневается на меня, что я оставил Рим, и поспешил повернуть обратно.

— Ты слышал, цезарь, что недавно убили Пираллиду? — спросил Ирод, опуская темные глаза.

— Убили? Но префект города доложил, что она покончила с собой, повесилась, — Калигула даже привстал с ложа. — Он посмел обмануть меня?

— Откуда мне знать подробности, мой император? — заюлил Агриппа. — Сама повесилась, или кто-то повесил? Не думаю, что префект Рима осмелился бы доложить тебе заведомую ложь.

Про себя Ирод обратился с мольбой к Меркурию, чтобы Калигула успокоился. И бог, похоже, не оставил его мольбу без внимания.

— Наверное, она не перенесла того, что ей пришлось покинуть мой дворец. Вероятно, питала ко мне страсть, — напыщенно заметил Калигула, — поэтому и наложила на себя руки.

«Да уж, — мысленно ответил ему Ирод. — А перед тем заодно утопила и служанку. Какое счастье, что тупой и ленивый римский префект решил представить все, как самоубийство!»

— Чудесный праздник ты устроил сегодня для Рима, цезарь! Его надолго запомнят квириты и будут возносить за тебя благодарственные молитвы богам!

— Скоро они будут возносить молитвы в моем храме моему божеству! — ответил Калигула. — Курить фимиам и приносить в жертву самых диковинных животных! Я не удовольствуюсь простым домашним скотом.

— Почту за честь, мой бог, вступить в жреческую коллегию, — воодушевился Агриппа, но увидев, как удивленно посмотрел на него, иноверца, Калигула, понял, что сказал глупость. — А не позвать ли к нам моего друга испить вина? Ты еще не знаком с ним.

Он указал на сидевшего вдалеке от них Германика. Около миловидного юноши вились гетеры, и одна из девушек уже уютно устроилась у него на коленях.

— А мне есть до него дело? Я впервые вижу этого юнца в Риме. Если не ты привел его с собой, то, ручаюсь, приглашения он не мог получить, — ответил Гай.

— Мой цезарь, я уверен, ты захочешь познакомиться с ним поближе, — сказал Ирод. — Да, он пришел вместе со мной. По приезде я столкнулся с ним в доме твоего дяди Клавдия. Он приютил его и пообещал выхлопотать хорошую должность. Это Фабий Астурик, племянник твоего друга Фабия Персика.

Гай опять привстал, на этот раз от удивления.

— Я думал, у Персика не осталось в живых ни одного родственника.

— Сестра двоюродная, не родная. Она долгое время не общалась с семьей, потому что вышла замуж против воли отца, сбежала с мужем. Оба уже давно умерли от какой-то болезни, а юноша, когда вырос, решил отыскать родню, но опоздал и пришел к другу своего дяди Клавдию Тиберию, — выкрутился Ирод, посчитав, что Калигула не станет морочить себе голову таким вопросом, откуда молодой человек знает друзей Фабия, если не застал того в живых.

Агриппа замахал рукой, призывая Астурика присоединиться к ним. Юноша приблизился, почтительно склонился перед императором, приложил губы к его сандалии, и, наконец, ему дозволили подняться.

— Садись рядом! — сказал Калигула. — Я сразу подумал, глядя на тебя, что ты кого-то мне напоминаешь. Я рад, что у моего дорогого друга остался племянник. Ты можешь занять место Персика в жреческой коллегии авральских братьев. Он не назначил преемника, к тому же мы лишись еще двух наших братьев, моего дорогого тестя и Тиберия Гемелла. Коллегия не может исполнять свои обязанности, пока не возместит все утраты.

Ирод чуть не поперхнулся от изумления. Этой чести удостаивался далеко не каждый знатный и богатый патриций. Калигула продолжал развивать свою мысль:

— А сейчас подойди к Тавру Статилию Корвину и передай ему мое распоряжение завтра же приступить к твоему обучению.

Лицо Астурика озарила улыбка, и он пал к ногам повелителя. Гай Цезарь милостиво позволил ему встать и дал знак, что аудиенция закончена. Авл Вителлий недоуменно смотрел юноше вслед.

— О, мой господин! Ты дал малознакомому юнцу наивысшую награду, ту, о которой я не смел и просить у тебя, — обратился он к Гаю.