Калки. История одного воплощения. Часть вторая
Шрифт:
Саша с Ингой шли по Университетской улице в Севастополе. Они приехали сюда три дня назад, сняли комнатку. Ингу пришлось долго уговаривать на это путешествие. Зачем, спрашивала она, ехать в этот город, то же море, то же небо, что и в родном Морскогорске…
– Надо же! Уже шесть месяцев, – Саша держал Ингу за руку. – А мне кажется, прошло всего лишь шесть дней…
– Да мне так тоже кажется… Саша, спасибо, что уговорил меня приехать сюда… Знаешь, мне здесь очень хорошо. Здесь нас никто не знает, на нас никто не смотрит. Здесь впервые мы наедине. Я здесь не боюсь, когда на меня смотрят…
– А дома ты боишься?..
– Что ты? Очень! Когда мы ходим по поселку я всегда боюсь взглядов. Боюсь, что случайно подымется подол и… Боюсь одевать коротки юбки или шорты…
– Давай переедем из Морскогорска…
– Нет, Саша. Я работаю. Это место в ФАПе… мне с ним помог профессор Беридзе. Помнишь, папин знакомый?
– Ну… нужно просто перестать боятся, – улыбнулся Саша. – Нужно бороться со страхами. Знаешь, что я придумал?… Тут, в Севастополе есть нудистские пляжи…
– Нет! Категорически нет!
– Ну почему же, милая?
– Ну, и как ты представляешь это? Когда я полностью разденусь, а?
– На нудистских пляжах много гей-пар. Тебя примут за трансвестита…
– Трансвестита? – захихикала Инга. – Я об этом никогда не думала. Ведь много людей таких… Но я не думаю, что такие люди посещают пляжи. Мне на их месте было бы очень стыдно…
– А я думаю иначе. Такие люди специально и ведут такой образ жизни, чтобы на них кто-то смотрел… Ну, давай так… Мы пойдет в купальниках, а если увидим геев или трансов, тоже разденемся…
– Саш, зачем это тебе? Тебя это возбуждает, чтобы кто-то на тебя смотрел голого?
– Я хочу, чтобы ты переборола свой страх…
– Зачем мне его перебарывать? Пусть будет…
– Я знаешь… всё размышляю над словами Дота, что как только переборешь самый свой основной страх, то обретешь магические способности…
– Саша, ты говорил, что у тебя был страх прикосновения к мужчине? И ты тогда с Дотом не смог перебороть?
– Да…
– А ты не задумывался вот о чем… Как только бы переборол это страх, то у тебя бы появился другой – страх секса с мужчиной…
– Ха! Логично, – рассмеялся Саша.
– И если бы и этот страх переборол, – продолжала Инга, – у вас с ним был бы тогда секс…
– Хм… я не думаю, что Дот такой… хотя… Хотя я не знаю…
– Помнишь, ты мне рассказывал, что хотел в детстве в мужчиной?..
– Скажу одно, – заулыбался Саша, – сейчас я не хочу ни с кем, кроме тебя… да и не смогу… Я не смогу тебя изменить…
– Ты такой хороший, Саша, – Инга обняла его и прижалась.
Свернув влево, они вышли на Рыбацкий причал. Было уже около девяти вечера. Гуляли пары, много было молодежи. Многие целовались…
– Давай спустимся к воде, покормим чаек, – предложила Инга. – У тебя осталась та лепешка?
– Добрый день, молодые люди, – вдруг услышали Саша и Инга за спиной, когда бросали кусочки хлеба прожорливым водоплавающим. – Милостиво простите за то, что вторгаюсь в ваши идиллию. Но я не смог не подойти и не выразить восхищение перед вами…
Они обернулись. Перед ним стоял мужчина лет пятидесяти в белой футболке и в белых шортах с широкой резинкой на поясе, таких коротких, что быть может, когда он садился, видны были плавки, если он носил плавки. У него была густая рыжая бородка в шарлатанском стиле, и на нём была капитанская фуражка с якорем вместо кокарды.
– Позвольте представится, Аксёнов Михаил Николаевич, писатель…
– Вы писатель? – переспросил Саша, когда они с Ингой назвали свои имена. Тот кивнул и… зачем-то поправил гульфик (вероятно, думая, это никто не заметит). – Инга тоже писатель, поэтесса. Скоро выйдет ее книга…
– О! Как здорово встретить собрата по перу! – воскликнул Аксёнов.
– Я сомневаюсь, Саша, что книга вообще выйдет, – смутилась Инга. – Вы сказали, что хотели выразить восхищение… В чем? – увела она от темы про стихи.
– О! да. Я видел много пар. Поверьте мне, но вы такая особенная. Я как писатель обладают экстрасенсорными способностями и вижу, ваша пара излучает столько любви…
– Спасибо, – улыбнулась Инга.
– О! Не надо благодарности, – писатель снова поправил гульфик. – Если бы в мире было столько любви, сколько в вас, то в мире не было бы насилья…
– Мы живем здесь недалеко, на улице Ефремова, – сказал Саша, – там есть сквер… как его?
– Севастопольских курсантов, – напомнила Инга.
– …да. Если хотите, можем погулять пообщаться?
– Охотно, – обрадовался Аксёнов и запустил руку в свои шорты, уже там что-то поправил, и быстро достал обратно. – Сейчас такие теплые вечера, я в большим удовольствием доставлю вам компанию. Скажите, Инга, вы уже публиковались?..
– Ох, нет… Мне обещал… один человек опубликовать мой сборник. Но у нас с ним произошло… скажем, так некоторое недоразумение… Но я даже рада этому, мир ничего не потерял…
– Инг, мы говорили же, мы всё равно издадим… Да и Григорий мне должен…
– Саш, я не хочу об этом, – оборвала Инга. – А вы прозу пишете? О чём?
– Я работаю в очень редком жанре чувственной литературе, – рассказывал Аксёнов, когда они пришли в сквер Севастопольских курсантов и сели на скамеечку. – А о чём? О чувствах. Если говорит просто, это эротические рассказы и зарисовки…
– Да? Очень любопытно. А о чем вы сейчас пишете?
– Вы меня простите, но я не люблю расскрывать сюжет еще недовершенной вещи. Могу рассказать о рассказе, который уже готов…
– Расскажите, пожалуйста…
– Это рассказ об одиноком мужчине моего возраста. Он приезжает в Крым, надеясь встретить спутника жизни. Но встречает пару молодых людей. Мужчину и женщину. Развязка такова, что этот пожилой мужчина занимается любовью с мужем в тайне от жены…
– Вы хотите сказать, это рассказ о гее? – спросил Саша.
– Я не люблю ярлыков. Этот рассказ о сексе между мужчинами, пожилым и юным…
– Простите мою возможную бестактность, – слегка возбудилась Инга. – Но… это не личный опыт? Кстати, какое совпадение, вы сегодня встретили нас, молодую пару…