Чтение онлайн

Вооруженные корабли южан, успешно действуя против торгового флота северян, потопили к тому времени сотни кораблей противника и принесли убытки, исчислявшиеся в 20 млн. долларов. Более того, новые корабли для крейсерских операций Юга продолжали строиться на верфях Англии и Франции.

Русским военным морякам предстояло заняться тем же, чем они занимались долгие годы в акватории Черного моря у берегов Кавказа: бороться с контрабандой оружия, отстаивая международное право. Во внутренние дела американцев Россия не вмешивалась, но помощь россиян в те критические времена для северных штатов трудно было переоценить. Не случайно 1 октября городские власти Нью-Йорка устроили русским офицерам эскадры торжественный прием.

Местные газеты и журналы были полны хвалебных статей в адрес русского флота и императора Александра II. Адмирал С. С. Лесовский и офицеры его эскадры постоянно получали приглашения на балы и вечера не только в Нью-Йорке, но и в других городах северных штатов. В то время, как Нью-Йорк бурно чествовал русских моряков, между армиями Севера и Юга велись кровопролитные сражения. В это же время в Европе русские войска успешно сражались с польскими повстанцами.

В октябре 1863 года в Сан-Франциско прибыли корабли Дальневосточной эскадры: корвет «Богатырь» (флагман), клипер «Гайдамак» и корвет «Калевала». На «Богатыре», имевшем 48 пушек и 312 человек команды, находился адмирал А. А. Попов. Командовал винтовым корветом, имевшим паровую машину в 360 сил, капитан второго ранга Пётр Афанасьевич Чебышёв.

Представители местной власти, поддерживавшей президента США А. Линкольна, были несказанно рады союзникам, поскольку ситуация у западных берегов Соединенных Штатов также была тревожной. Незадолго до прихода русских военных кораблей в самом Сан-Франциско было раскрыто тайное общество конфедератов, готовивших заговор. Выяснилось также, что сторонники южан уже снаряжали быстроходный пароход для крейсерства по окрестной акватории. Пароход был конфискован таможенниками, а заговорщики арестованы, но обстановка оставалась тревожной. Дисциплина на суднах местного флота хромала. В соседней с США Мексике хозяйничали французы. Распоясавшиеся пираты грабили торговые суда в тихоокеанских водах.

Как и в Нью-Йорке, в Сан-Франциско в честь русских моряков устраивались многочисленные приемы и балы. Одним из первых и самых больших был бал, устроенный 17 ноября 1863 г. Пригласительные карточки, разосланные почетным гражданам города, гласили:

«Граждане города Сан-Франциско, желая выразить свои чувства дружбы и уважения, которые они питают по отношению к России как нации, почтительно пригласили адмирала А. А. Попова и офицеров эскадры Российского Императорского флота присутствовать на торжественном балу, который состоится в „Юнинон-Холл“ во вторник вечером…».

После прекрасного обеда начался бал, который продолжался до утра. Спустя несколько дней офицеры русской эскадры устроили ответный банкет на борту «Богатыря» в честь командующего Американской Тихоокеанской эскадрой адмирала Бэлла. Флагманский корвет по приказу его капитана Петра Афанасьевича Чебышёва был надраен до блеска. Высшие морские и армейские чины штата Калифорния остались приемом довольны.

Адмирал А. А. Попов не давал своим морякам засиживаться на одном месте. Он требовал от офицеров и матросов бдительности и готовности в любую минуту броситься в бой. Корабли эскадры постоянно находились в крейсерстве и создавали иллюзию о многочисленности русского флота у берегов Америки. Русские корабли по очереди чинились на морской базе Мэйр Айланда. Среди офицерского состава эскадры несли службу два кадета: будущий писатель-маринист Константин Михайлович Станюкович и будущий славный адмирал Степан Осипович Макаров. Последний был в звании кадета Николаевского-на-Амуре Морского училища и, как самый младший из команды, находился на борту корвета «Богатырь» под личной опекой капитана П. А. Чебышёва.

Боевая выучка русских матросов вскоре пригодилась. Утром 23 октября 1863 г. в финансовой части Сан-Франциско начался пожар, который огненным валом прошелся по улицам Дэвис, Калифорния и Сакраменто. Одна из версий утверждает, что это был поджог — типичная диверсия тех времен. Городские пожарные команды были не в состоянии противостоять огню. Тогда по приказу адмирала Попова половина команд во главе с офицерами покинула свои корабли и направилась на помощь американским пожарным. Вооруженные топорами, крючьями и веревочными лестницами русские моряки бросились на борьбу с огнем. Проявляя мужество и героизм, моряки спасли многих погибавших.

Как писала позже американская пресса, русские снимали брезентовые мокрые бушлаты, защищая спасаемых детей от пламени, тем самым подвергая себя ожогам. Позже известный морской писатель К. М. Станюкович, очевидец геройских подвигов матросов, рассказал об этом в своем рассказе «Подвиг матроса Чайкина».

Многие русские моряки получили сильные ожоги, некоторые тяжёлые ранения, у двоих были раздроблены руки, у одного нога. Капитан корвета «Богатырь» Пётр Афанасьевич Чебышёв лично вынес из огня нескольких детей, получив при этом ожоги. Раненые и обожженные доставлялись в Морской госпиталь, где им оказывалась срочная помощь. Но именно в этот день русская эскадра понесла потери: шестеро русских матросов, получив слишком сильные ожоги и травмы, скончались на госпитальных койках. Их прах и поныне покоится на кладбище морской базы Мэйр Айланд.

Местные газеты, описывая подвиги русских моряков, преподносили это как яркое доказательство дружбы между Соединенными Штатами и Россией. Городская управа Сан-Франциско и Пожарный департамент города официально опубликовали свои благодарности русским за их помощь на пожаре. Командир корвета «Богатырь» Чебышёв получил личную благодарственную грамоту от муниципалитета Сан-Франциско.

Конец 1863 г. и первую часть 1864 г. обе русские эскадры провели в портах Нью-Йорка и Сан-Франциско, в любой момент ожидая начала военных действий. Таким образом, прошел почти год, и когда к середине 1864 г. стало ясно, что Юг находится на грани поражения, обе русские эскадры были отозваны домой.

Эскадра адмирала С. С. Лесовского вернулась в Кронштадт 25 июля 1864 г. Тихоокеанская эскадра (которой командовал адмирал Ендогуров, сменивший адмирала Попова) вышла из Сан-Франциско 1 августа 1864 г. и прибыла в Шанхай, где суда эскадры были распределены по китайским и японским портам.

Вернувшись к родным берегам, Пётр Афанасьевич 4 октября 1865 г. назначается командиром корабля «Цесаревич», а через полгода он уже в звании капитана 1-го ранга. Спустя 6 лет 24 апреля 1872 г. он принимает командование над 6-м флотским экипажем, а 16 апреля 1878 г. произведен в контр-адмиралы.

Спустя два месяца контр-адмирал П. А. Чебышёв в связи с угрожающими действиями Англии, имеющей мощный броненосный военный флот, направляется приказом Управления Морского министерства руководить морскими укреплениями Свеаборга. Этот крупный российский военный форт, вооруженный крупнокалиберной артиллерией, закрывал подходы с моря к Петербургу. Именно Свеаборг во время Крымской войны не дал подойти большой англо-французской эскадре к северной столице России.

После Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. Англия и Австро-Венгрия, недовольные статьями мирного договора, заключенного в Сан-Стефано 19 февраля 1878 г., стали оказывать на Россию давление. В ходе этой войны, где главные события разворачивались на суше, русский флот, тем не менее, сумел вытеснить с Черного моря турецкие корабли и применил на практике новые средства ведения морского боя — миноносцы. Здесь проявился талант будущего флотоводца и военного инженера Степана Осиповича Макарова, который первые шаги в своей карьере делал под началом Петра Афанасьевича Чебышёва.

Время неумолимо двигалось вперед, военно-морской флот одевался в броню, его вооружение становилось более мощным и сложным. Но России по-прежнему нужны были опытные моряки с боевым опытом. 12 апреля 1881 г. контр-адмирал Чебышёв назначается младшим флагманом Балтийского флота, ровно через год его ждёт новая заграничная командировка: 5 апреля 1882 г. он назначается начальником отряда российских военных судов в Греческих водах.

Это, однако, не означало, что морякам эскадры Чебышёва приходилось нести службу исключительно у берегов Греции, контролируя ее взаимоотношения с вековым противником России — Османской Турцией. Отряду кораблей под командованием контр-адмирала Чебышёва доводилось бывать и в водах других государств Средиземноморья.