Чтение онлайн

Сосредоточенность на мыслях старшего офицера, находившегося в соседней комнате рядом с Зуном (очень интересных мыслях!), едва не помешала мне отреагировать на физическую атаку.

Видимо, эсбэшнику надоело талдычить одно и то же, без малейшей надежды на успех убеждая меня расстаться со скрэмблером. Получив приказ через "висок", встроенный в спецшлем, киберстраж спорхнул с плеча и резко метнулся ко мне. Что именно эсбэшник приказал вколоть – парализующий состав, "моментальное" снотворное или какой-нибудь препарат из тех, что облегчают допрос – выяснять я не стала. Просто не успела ничего сообразить, отработав рефлекс отражения атаки. Киберстраж в полёте развивает скорость гоночного болида, но разгон не происходит мгновенно… а я умею ловить стрелы. Выучилась-таки.

…ползут сотые доли секунды, лениво сливаясь в десятые доли. Резкий шлепок ладони сбивает машинку с траектории. Промах.

Цель сопротивляется! Второй киберстраж слетает со своего насеста. Первый тормозит, разворачиваясь и снова заходя на цель…

Поздно, пташки. Я уже здесь.

Короткое слово на Бесконечном наречии необратимо испортило "умное" оружие. Наверно, в сознании эсбэшника это слово прозвучало как "хлам" или "брак". Конкретную механику воздействия не представляла даже я сама. И это меня не интересовало.

Важно не то, как именно остановлена атака, а то, что она остановлена.

– Сюрприз! – сказала я хмуро, в упор глядя на зеркальную маску забрала. Эсбэшник попятился… и пятился до тех пор, пока не захлопнул дверь, оставив меня в допросной одну.

– Я начинаю верить вам, Зун, – процедил старший офицер службы безопасности станции, на белом бэдже которого значилось предельно лаконичное "М. Т. Рекусерт" – без расшифровки инициалов и указания должности.

"Поздновато до вас доходит", – подумал в ответ Тройф. После неприятной прозрачности наедине с "Соллой" тот факт, что начальник СБ не умеет читать мысли, наполнял его душу чувством приятной безнаказанности.

На экранах, демонстрирующих интерьер соседней допросной, сидела Солла Виэнаф. Сидела себе и даже не думала реагировать, как должна была… хотя десять минут назад перепрограммированная система вентиляции начала закачивать в допросную, кроме кислорода, старую добрую закись азота, более известную как веселящий газ.

– Значит, портит оборудование, – сказал М. Т. всё тем же малоприятным тоном. – Голыми руками киберстражей бьёт. На веселящий газ плюёт. Блокирует без технических устройств рекордеры разных типов. И всё потому, что она, видите ли, маг!

– Оборотень-псионик, – поправил доктор Зун. М. Т. обернулся, хмурясь, и психолог добавил. – Насколько я помню, она не называла себя магом. Телепатом – да. Магом – нет.

– А ещё я говорила, что действую с ведома и согласия куратора проекта в КИПИС.

Начальник СБ и Тройф дружно посмотрели на экран. "Солла" помахала им рукой.

– Уважаемый Рекусерт, – добавила она, – может, признаете наконец, что задерживать нас с доктором Зуном было… не нужно?

– Дьявольщина!

Медленно, как во сне, М. Т. вернул обычные настройки системы вентиляции, задав заодно ускоренный режим фильтрации.

– Зачем вы устроили это… это шоу?!

Мой знакомый хлыщ стоял, тяжело опираясь сжатыми кулаками в поверхность стола и пытаясь создать психологическое давление на меня, сидящую.

Получалось не очень.

– Что вы им ещё не продемонстрировали, уважаемая? Фокус с ложкой?

Я достала из воздуха ложку (изумительно красивую, кстати: серебряную, с тончайшей гравировкой). Под моим задумчивым взглядом ложка "поклонилась публике" на три стороны, закрутила черен спиралью вправо, потом влево…

– Очень смешно, – прошипел хлыщ. – Несомненный талант к балагану!

– У меня много талантов, – откликнулась я, возвращая ложке исходную форму и положение в пространстве. – Но я нахожусь в Иридосети не для совершения открытий в имплантологии, не для порчи казённых киберстражей и не для показа фокусов.

– О! А я и забыл. Странными же способами вы ищете убийцу!

– У каждого свои способы. Я, знаете ли, не Странник.

– Но смысл-то? – тихо возопил функционал, плюнув на реноме невозмутимого высшего существа. – Смысл во всём этом шоу какой? Или Странник сосватал мне несовершеннолетнюю ведьму, у которой ещё детство из головы не выветрилось?

– А какое вам дело, кого именно вам сосватали, – протянула я с вальяжной ленцой, – если я благополучно решила ваше уравнение с кучей неизвестных и одним трупом?

– Что?

– Вы слышали. Я знаю, что случилось с Соллой и кто в этом виноват.

На ночных улицах Тимтиэры пешеходам неуютно. Особенно на нижних, наземных, в далёких от центра "спальных" районах.

Сверху то и дело что-нибудь капает. Чаще всего – не особенно чистая вода. Порой птичий помёт (как ни бейся за соблюдение санитарных норм, а твари, метко прозванные летающими крысами, всё равно найдут в громаде города и убежище, и пропитание). Бывает, на прохожих льётся спиртное. Бывает – кровь. А иногда хулиганьё обливает идущих по своим делам едким и вонючим синтетическим топливом. Да ещё хохочет: огоньку не хотите? У нас найдётся!

Некоторых потом даже в ожоговый центр не успевали доставить…

Огни внизу в дефиците. Многочисленные эстакады массивными тёмными телами заслоняют часть яркого верхнего света. А внизу… внизу мерцают испорченные голограммы, горят неестественно голубым или раскалённо белым огнём "традиционные" рекламные щиты. Иногда вывернет из-за угла заплутавший мобиль, ослепит галогенным огнём фар – и снова сгинет, оставив пешехода в темноте ещё более густой и мрачной, чем прежде.

Для меня тьма нижних улиц вполне прозрачна. А для моего спутника, нацепившего "умные" очки – тем более.

– Значит, ты не сказала ему всей правды?

– Нет. Я устроила "следственный эксперимент": оставила без развоплощения скопированное с покойницы тело. Его подвергли точно таким же тестам, как первое, но установить причину смерти, разумеется, не смогли.

– Разумеется. И какую версию ты выдала?

– Простейшую. Я предположила, что Солла – пользователь одного из миллиардов трансфертов. По неизвестной причине в одном из миров, где в ходу "саркофаги странников", произошёл аварийный сброс программы. "Солла" при этом "умерла". Так как выход был аварийный, а не плановый, остался грубый след вмешательства в ход событий: мёртвое тело. Хотя в результате планового выхода "Солла" могла покинуть реальность чисто. Вплоть до исчезновения записей на материальных носителях и коррекции воспоминаний знавших её людей. Также её оболочка могла продолжать существование автономно, без "наездника" – так, что даже сама Солла Виэнаф не заметила бы ничего необычного. Это уже зависит от программы, реализуемой "саркофагом".