Чтение онлайн

– Я тоже так думал. Всё думал и думал, а потом стал отцом троих страшилищ. И вот теперь думаю, что это неспроста!

– Знаешь, что я думаю?

– Знаю. Что я слишком много думаю. А от этого, говорят, мозг разжижается.

– И стекает в штаны.

– Вот именно. Стала бы ты штаны носить, если бы не разжижившиеся мозги?

– Устэр!

– С этого начинается искусство флирта: со штанов. Юбки – женщинам, штаны – мужчинам, а бедным магам что остаётся? Только распашонки для переростков, то бишь мантии. У детей ведь мозгов вообще нет.

– А что у них есть, по-твоему?

– Головы. Пустые и оттого довольно гулкие. Мозги деткам вставляют позже, при помощи спринцовки. У кого на ногах юбка, у тех мозги тут же застывают и понемногу начинают костенеть. А у кого штаны…

– Ясно-ясно. А магам, значит, вообще мозги не вставляют?

– Не-а. Зачем?

– А чтоб были.

– Жестокая ты. Мозги – это же… неприятно!

– Неприятно – не ешь, – я покосилась в сторону скатерти. – Сама всё слопаю.

Тут Устэр не выдержал-таки моей алчной гримасы и заржал.

– Ты что, мне не веришь?

– Ох, ве… верю! Потому-то… ох! Ха-ха!

Нормально изъясняться он был временно неспособен, но очень даже чётко оттранслировал мне образ, в котором фигурировали я, большая ложка, мозги… и штаны.

Хорошо, что Лурраст увёл страшилищ купаться, а Джинни отгородила себя и Терона магическими барьерами, не пропускающими ни звуки, ни мысли, ни эмоции. Иначе в попытках сдержаться и не заржать в унисон я бы, пожалуй, лопнула.

Некромант, который лопнул от смеха? Это же… неприятно!

Ох, бедный мой живот…

Со стены цитадели Шинтордан, Белая Крепость, выглядит воинственно до грубости. Острые черепичные крыши – острые, чтобы долгими многоснежными зимами не скапливался снег. Местами изящные, местами основательные и толстые, предельно простых очертаний башни. Многочисленные кривые переулки составляют контраст прямым и широким главным улицам. Сады, парки и площади редки: городские стены не отличаются эластичностью резины, в их пределах земля очень дорога. Настолько, что приходится экономить даже богатеям. Выселки – дело другое. Там можно встретить как высокие и угрюмые доходные дома, так и привольно раскинувшиеся по холмам особняки, окружённые обильной зеленью частных садов.

Чёрная башня видна преотлично: очень высокая, обманчиво узкая. Она похожа на… впрочем, ни на что она не похожа.

Лишь на саму себя, как и её хозяева.

Сухтал, маг воды, командор Союза Стражей Сумерек, часто приходит сюда. Независимо от времени суток или времени года. Посмотреть на свою столицу. Подышать свежим воздухом.

В конце концов, подумать (не помедитировать!). Здесь хорошо думалось.

А иногда и побеседовать.

– Значит, договорённость остаётся в силе, командор?

– Да, уважаемая. Урочище Тихих Вод – ваше… на очередные семь лет.

– Только на семь?

– Вы гордитесь своей независимостью. У всего должна быть своя цена, не правда ли?

Худая, почти измождённая женщина в свободном белом одеянии и знаком Ордена Чаши на груди бросила на Сухтала острый взгляд.

– Этим, – скупо указала она на Чёрную башню, – вы позволили выкупить землю для строительства. Даже помогли в оформлении купчей.

– Да. Но "эти" плетут заклятия, а не интриги.

– Вот как?

Командор позволил лёгкой насмешке отразиться в своём взгляде.

– Старший магистр некромантии Устэр Шимгере и его жена Эйрас сур Тральгим – люди законопослушные, мирные. Они не являются представителями какой-либо организации. Частные же лица, согласно общему закону Союза, имеют право покупать и продавать имущество обоих видов[*] без ограничений, если тому не препятствуют особые обстоятельства. Вам известны обстоятельства, способные стать основанием для расторжения совершённой некромантами покупки земли?

[* – то есть движимое и недвижимое.]

Глаза женщины в белом темны и непроницаемы.

– Значит, слухи не лгали. Вы действительно их боитесь, Сухтал.

– Нет, Кеваэ Трость. Их боитесь вы. А я с ними дружу.

"Прямота, употреблённая к месту, тоже оружие". Глядя на выражение лица представительницы Ордена, командор позволил себе усмехнуться…

Исключительно мысленно.

– Своей властью я могу дать приют любому: беглецу, изгнаннику, даже преступнику. Но некроманты, живущие в уютном домике у подножия Чёрной башни, оказывают всей Белой Крепости немалую честь своим выбором места жительства.

– Следует ли понимать вас так, что разрешение арендовать Урочище Тихих Вод, выданное представительству моего Ордена, не делает вам чести?

– Ну почему же. Я рад приютить в своей командории столь достойную организацию. Хотя я не разделяю цели Ордена Чаши, я уважаю Орден и его представителей.

"Что ты можешь знать о наших целях?" Однако лицо Кеваэ осталось невозмутимым.

– Очень рада это слышать, командор, – сказала она, не трудясь прибавить выражению лица и тону правдоподобия. – С вашего разрешения, я возвращаюсь в Урочище. Успехов вам.

– Вам того же, уважаемая.

Кеваэ Трость отрывисто кивнула, развернулась и направилась к ближайшей лестнице. От её резких, каких-то неженских движений и гуляющих вдоль стены порывов ветра белая ткань одеяния билась хаотичными волнами. Минута – и женщина скрылась из вида.

– Сволочь, – холодно констатировал Сухтал. – Крильта!

– Командор?

– Тебе понравилась эта особа?

– Нет. – Понимая, что слишком короткого ответа мало, телохранитель добавил. – Властолюбие, честолюбие и двуличность уродуют всех, но в женщинах они особенно отвратительны.

– А ты заметил, какие у неё щиты?

– Я не маг. Но… ментальные блоки "этой особы" отменно хороши.

– Ещё бы! Знаешь, что это за блоки? Я тебе скажу. Это артефактная защита первого уровня. Работы всем нам известной Иглы.

– Эйрас сделала защитный амулет для Ордена Чаши?

– Сомневаюсь. Я бы знал. Скорее, она сделала его для подставного лица… кстати, надо выяснить, кого орденцы использовали в этом качестве. И какое положение занимает в Ордене эта самая Кеваэ, тоже надо выяснить. И какого Орфуса вообще затевают эти… бабы. В прошлый раз они всего лишь прислали в главную канцелярию какую-то мелкую сошку с набором документов для продления аренды, а теперь – нате, личный представитель!