Камень любви
Шрифт:
— Ты ошиблась! Этого человека на самом деле не существует, — покачал головой Анатолий и вновь посмотрел на Татьяну, словно искал у нее поддержки.
Но ее точно пригвоздили к земле. Даже под угрозой расстрела она не смогла бы сдвинуться с места. Страх настолько сковал ее тело и помутил разум, что она забыла об осторожности, забыла, что нужно прятать эмоции. К счастью, новый возглас Раисы отвлек внимание Анатолия, но зато окончательно вогнал Татьяну в ступор.
— Вспомнила! Его фамилия Бауэр! — Глаза Раисы сверкнули торжеством. — Я видела его портрет в одной старинной книге. Кстати, в ней упоминался Абасугский острог…
— Что? — Анатолий нахмурился. — Что ты несешь? Какая книга?
— Фу, грубиян! — возмутилась Раиса. — Книга как книга. Восемнадцатый век. Барыга какой-то попросил перевести ее, как он выразился «на нормальный язык». Сам, видишь ли, не справился с кириллицей…
— Я не о том спрашиваю, — Анатолий схватил ее за плечо. — Объясни внятно, как называлась книга?
— Отпусти! — Раиса сбросила его руку. — Не помню, как называлась. Мне ее оставили ненадолго. Я толком даже не рассмотрела, что к чему. Через день книгу забрали и принесли несколько отсканированных страниц. Вот там-то и было об Абасугском остроге, о кыргызах… Точно не помню, что именно. Уже полгода прошло! А портрет я хорошо запомнила, хотя видела мельком. Импозантный мужчина…
— Людмила! — Анатолий отыскал глазами племянницу. — Сходи в камералку и принесу бумагу. Понятно, какую именно? Только быстро, одна нога здесь, другая — там.
Людмила кивнула:
— Понятно! — и бегом бросилась к оврагу.
На полпути ее встретил Сева, что-то спросил, но Людмила отмахнулась и через пару секунд уже исчезла из виду. Сева поплелся следом, то и дело оглядываясь на тех, кто оставался возле палатки.
Глава 23
— Почему я ничего не знал об этом переводе? — процедил сквозь зубы Анатолий. — Я с Абасугским острогом весь лоб разбил, копаясь в архивах. Ты специально скрывала?
— Странный ты человек! — пожала плечами Раиса. — Можно подумать, ты рассказывал, что откапываешь в архивах.
— А фамилию барыги запомнила?
— Рассмешил! — Раиса делано рассмеялась. — Позвонил какой-то молодой человек, затем приехал ко мне домой. Сказал, что в руки его босса попала старинная книга. Нужно, мол, быстренько перевести.
— А тебя не насторожило, что книгу у тебя сразу отобрали и предложили перевести всего несколько страниц?
— Слушай, чего привязался? — вспыхнула Раиса. — На свою голову я тебе рассказала. Теперь мозги вынесешь своими подозрениями. Я что, следователь или, как ты, помешана на кыргызах? Я перевела, мне заплатили! Так себе, конечно. А текст был ужасный, полуустав, буквы сливались, слова без пробелов, бумага серая…
— Но ты хоть помнишь, что переводила? — Анатолий устало потер лоб. — Может, черновики остались, файлы в компьютере?
— Оно мне надо? — удивилась Раиса. — Этот парень и черновики забрал, и на компьютере все просмотрел, чтобы ничего не осталось.
— И опять ты ничему не удивилась? И у парня имя, конечно же, забыла спросить? — Анатолий с досадой махнул рукой. — Верно, не стоит тебе заниматься наукой. Иди-ка ты замуж!
— Анатолий Георгиевич, — возникла за его спиной запыхавшаяся Людмила. — Вот, принесла!
Татьяна отметила, что обрывки бумаги наклеены на картон, очевидно, постаралась Ольга Львовна.
— Где Ева? — быстро спросил Анатолий.
— В камералке, — так же быстро ответила Людмила. — Она и Митяй…
— Все спокойно?
— Спокойно, — кивнула девушка. — Ева сказала, чтобы не беспокоились.
— Спасибо, — поблагодарил ее Анатолий и протянул бумагу Раисе. — Смотри, это твой перевод?
Раиса взяла картонку, всмотревшись, прищурилась.
— Мой, но здесь только часть. Тут было еще описание смерти этой княжны.
— И все?
— Все! Три странички компьютерного текста. Это даже не моя распечатка. Мой текст был в электронном виде. Парень скопировал его на флешку.
— Понятно, что ничего не понятно! — Анатолий обвел всех тяжелым взглядом и на мгновение задержал его на Татьяне, отчего у нее снова подкосились ноги.
Неужели он считает, что она каким-то боком замешана в непонятных интригах? Правда, на его месте она тоже заподозрила бы неладное! Чертов портрет! Зачем она только его нарисовала и показала Анатолию? Еще обрадовалась, что ему понравилось. Дура, ох какая же она дура! Непроходимая тупица! Сейчас он подступит к ней с вопросами, и что она скажет в ответ? Поведает о фантазиях художника? Но кто же поверит в эти бредни?
К счастью, Анатолий ничего не сказал и отвернулся. Татьяна перевела дух. Она не сомневалась в грядущей расправе и воспринимала его молчание всего лишь как отсрочку смертной казни.
— Раечка! — никто не заметил, что подошел «олигарх».
Он взял ее под локоть, заботливо заглянул в глаза.
— Ты расстроилась? — и осуждающе посмотрел на Анатолия. — Что за разборки вы устроили с моей женой?
— Вадик, успокойся, — защебетала Раиса. — Мой бывший муж в своем репертуаре.
— Прошу вас, милейший, оставьте мою жену в покое! — Ноздри «олигарха» гневно раздулись и опали. — Иначе я найду способ испортить вам карьеру.
Анатолий смерил его взглядом и усмехнулся.
— Напугали ежа… Посмотрю, Вадим Сергеевич, как вы это сделаете! — Взгляд его повеселел. — Впрочем, хорошая мысль! Что мне терять, кроме своих цепей? Выгонят — подамся в землекопы. По крайней мере, неплохо заработаю!
«Олигарх» побагровел, но Раиса схватила его за руку.
— Пошли, Вадик, пошли, — и лучезарно улыбнулась на прощание: — Чао! Пока!
Татьяна вздохнула. Милая, нежная женщина, но как обманчиво порой впечатление. В отличие от нее, робкой Раису не назовешь. Она четко знает, что ей нужно от жизни. Что в ней — главное, а что — второстепенное. Олигарх — главное, а наука? Анатолий прав, Раисе лучше держаться подальше от науки. От настоящей науки, где совсем другие ценности. Так рассуждает отец, об этом твердила тетя Ася. Да и Ольга Львовна явно в стороне от коммерческих интересов. Хорошо это или плохо? Наверное, с точки зрения олигарха, такие рассуждения присущи убогим интеллигентам, которые больше десятка тысяч в руках не держали. А помани их миллионом?
Татьяна поморщилась. Какие миллионы? Чем она забивает себе голову? Или это способ защиты от страха? Ведь вскоре ей предстоит объяснение с Анатолием — неприятное, в этом она не сомневалась.
— Люся, проводи Кирилла и его учителя в палатку к землекопам, — тихо сказал Анатолий и посмотрел на Татьяну. — Все слышала? Пойдем ко мне, поговорим!
Взгляд его был чужим и тяжелым. Как у директора школы, который приглашает провинившегося школяра в свой кабинет. И тот плетется, словно на эшафот, с поникшей головой и обреченным видом.
Учитель и Людмила, оживленно болтая, направились к палаткам. Татьяна проводила их взглядом. Счастливые, им нечего скрывать и нечего опасаться! Им не станут задавать вопросы, ответы на которые сочтут вздором, откровенной ерундой или больной фантазией.
— Иду, — покорно кивнула она, не ожидая от жизни никаких радостей.
Ну зачем она ввязалась в эту авантюру? Зачем приехала к человеку, которого, по сути, совсем не знает? И не на судьбу ей надо обижаться, а на собственную беспечность. Только судьба, оказывается, приготовила ей еще один сюрприз, который и вовсе не оставил надежды на благополучный исход.